Чекист, Магия, Война. Глава 6. Часть I
Имматериум кипел и пенился, стремясь захлестнуть инородную для него, стабильную и неизменчивую душу. Азек шёл по тропе, сотканной из света, борясь с этим местом. Инквизитор знал, что, если он только остановится, смирится, перестанет думать или подастся шёпоту существ, окруживших тропу, сама его суть перестанет существовать. Одна небрежность, секунда слабости, и назад вернётся не люминарий, а облачённая в его плоть тварь, пожравшая не только разум, а ещё и душу легионера.
Любой бы другой смертный уже давно отдался на волю этого места, где сны обращаются в кошмары, перемалывающие осколки светлых мечтаний. Обычный человек ничего бы не заметил плохого в едва слышимом шептании сущностей, чьё существование было чуждо материальной форме. Впрочем, ровно так же, как и любому живому существу — варп. Местные обитатели просто появлялись из страстей смертных, никогда не будучи рождёнными.
Пятки инквизитора жёг нестерпимый лунный свет тропы, удержаться на которой было уже испытанием. Легионер Тысячи Сынов балансировал на этом полотне, словно пытался шагать по лезвию острейшего клинка. Свет грозил просто стереть его сущность, словно её никогда не было, при любой ошибке.
Будто бы этого было мало, но за ним, медленно ползя, горя и извиваясь, следовала тварь, которую Азек добровольно пустил в своё тело…
Прошло полгода с момента обретения Легионом примаха Магнуса. Уже одно появление Алого Лорда, как его начали называть с лёгкой руки его сыновей, принесло перемены.
Примарх, произнося, казалось бы, очевидные вещи, мог заставить воззреть на привычное под новым углом, даруя откровение. «Варп — опасен. Знание — не священно, а лишь информация, что может быть искажена», — одно это напоминание изменило легионеров, заставив их взглянуть на многие вещи по-другому, даровав понимание, насколько они поддались изъяну гордыни.
Магнус не остановился на этом. Он решил отковать оружие, которому суждено вести бой в самый тёмный час. Два брата-близнеца стали заготовками для карающего клинка немезиды. Азек и Ормузд, как и никто другой, не понимали, что же означает нанесённый их примархом символ на их броню, но он разделил их жизнь на «до» и «после».
Лорд Магнус учил их таинствам псионики, рассказывал о сути псайкеров, доверив им тайну своего открытия, Исчислений, первыми из Легиона. Попутно примарх давал им задания, которые могли показаться недостойными космодесантника. Узнать информацию, собрать компромат, создать сеть осведомителей, выбить информацию… Это можно было оправдать поиском чужаков в Легионе, особенно поначалу, если бы не обстоятельство: знание имён засланных, за которыми без усилий инквизиторов уже велось наблюдение.
Братья не роптали, доверившись своему Отцу. Даже когда их мудрый примарх стал обучать близнецов искусству таких пыток, где воздействие было минимальным, эффективным и не фатальным, они не озвучивали вопросов. Они молчали, даже когда Алый Лорд начал обучать их, как пытать и ломать других легионеров.
— Лучший учитель — собственный опыт, — наставлял их примарх, заставляя опробовать преподанную науку братьям на самих себя. — Враг вас щадить не будет.
Сквозь вспышки боли Алый Лорд рассказывал им, как ей противостоять, как закалить свой разум. Пусть близнецы и умели это, как и любой, кто прошёл возвышение в астартес, но эти знания были куда как более глубокими. Примарх не давал откровений, а заставлял нарабатывать практику, учащую куда лучше мудрых слов.
Когда близнецы сыскали тех, кто, как они думали, смогут справиться с ношей инквизитора, Магнус лишь улыбнулся, уступая братьям лекторское место, заняв позицию наблюдателя. Азек не знал, как было единоутробному брату, но ему было тяжело пытать братьев по наследию Легиона. Через духовную боль они справились и с этим испытанием.
Узрев результаты, примарх с лёгкой улыбкой произнёс:
— Вы готовы.
Алый Лорд приказал им явиться в ангары ещё строящихся казарм утром. Тринадцать воинов, несущих эмблему Инквизиции, застыли в строю, будто бы статуи, ожидая примарха. Магнус не заставил себя ждать. Владыка Тысячи Сынов кивком головы приказал следовать за собой, а сам поднялся на борт Громового Ястреба.
Недолгий полёт — и тринадцать легионеров склонились перед Императором. Повелитель Терры внимательно осмотрел каждого. Его сила пронизывала каждую из тринадцати душ, холодно перебирая их память, жонглируя ассоциативными цепочками, придирчиво рассматривая потаённые воспоминания.
Убедившись в чём-то, что было ведомо лишь ему, Император прекратил давить, повернув голову к своему сыну. Склонив голову, Магнус начал свой рассказ об Истинном Враге, зачем ведётся вообще Великий Поход и почему Имперские Истины именно такие, а никак иначе. Многое было сказано легионерам.
Астартес узнали и то, почему им не говорили об этом раньше, о том, что эта битва будет вечной, ибо пока существует разум во вселенной, будет и Враг. Человечество может защитить себя, может бороться, но всегда останется тень, где будет слышен шёпот. Поэтому и нужны воины, что будут искать тех, кто поддался этому губительному голосу.
Тринадцать воинов ждало последнее испытание. Они должны были впустить в себя воплощение награждённого кошмара, демона, и победить его, не дав захватить своё тело. Если они не справятся, примарх и Император их уничтожат, полностью стерев из этого мира.
— …поэтому сейчас вы можете просто отступить, — молвил Алый Лорд, но никто не дрогнул, выдержав последнюю проверку. Не после таких слов. Если бы кто и проявил слабину малодушия, то его жизнь прервали бы оставшиеся двенадцать легионеров, во имя сохранения великой тайны. — Хорошо. Тогда приступим.
Ритуал был недолгим и простым. Достаточно было круга из крови с небрежно вычерченными знаками, на которые было физически больно смотреть. В центре пентакля виднелся иной, куда более детальный контур, который должен был замкнуть своей силой и намереньем легионер. Инквизитор, не читая знаки, боясь за свой рассудок, нарисовал картину добровольного жертвоприношения…
Азек лишь успел ощутить, как что-то противоестественное ворвалось в его тело, а душа оказалась один на один с Имматериумом. Сила твари, соединённая с его собственной волей по тонкой нити, утянула обоих в глубинные слои Океана Снов. Только тропа, проложенная его Отцом, не давала ему проиграть в первые секунды. Тварь не смогла воспользоваться его замешательством и была отброшена. Борьба началась.
Не сразу, но пришли ведения, как заметил Алый Лорд, иссохшей веточки будущего. Азек видел взлёт и падение Легиона, низвержение самого Магнуса, торжество Волков на руинах горящего Просперо. Легионер не просто просматривал фрагменты уже перечёркнутого будущего. Инквизитор проживал их.
С каждым прожитым сюжетом менялся он и менялась тварь. В конце тропы, когда в ведении он совершил Рубрику, демон принял облик его-колдуна. Перед ним стояло существо в броне легионера, но оно уже не было человеком. Вместо лица у него была чёрная дыра во тьму…
Еретик вещал о силе, о знаниях, об оковах Императора, рассуждал о лже, пытаясь убедить Азека принять отсечённое будущее и возродить его… Только потомку королей это было неинтересно.
Его взор, больше не скованный догмами, видел всю глубину падения, от которого спас примарх весь Легион.
— Умри, демон, — без злобы сказал инквизитор, щёлкнув пальцами.
Психическое пламя разорвало тварь в клочья. С её смертью родился воин, что никогда не склонит головы перед отродьями Эфира. Пусть на его пути была лишь боль и огонь, но он с гордостью пронесёт свой долг перед Человечеством…