Чекист, Магия, Война. Глава 6. Часть V.
Мозг до поры до времени просто не осознавал происходящего, банально выключив свою вменяемую часть. Словно ты хорошо так накатил и уже тёпленький. В таком состоянии ни баба своей пизде — не хозяйка, ни мужик своему шилу в жопе. Хреново то, что пока зелёный змий тебя не срубил, ты можешь сотворить или втереть какую-то дичь…
Хотел бы я сказать тому орку, отоварившему меня по башке подобием топора, спасибо, да только мертвяку похуй на благодарность. Звон в думалке позволил докричаться до самодеятельной жопы о всём пиздеце происходящего, заставив мгновенно сжать булки и остановиться. Охуев, я продолжил мелко нарезать резвые зелёные грибы, пёршие отовсюду, как коричневая субстанция.
В абсолютно пустой голове, пустой как утро первого января после отмены сухого закона, билась лишь одна мысль.
«Какого хуя?!»
Очконув (а кто бы не присел на искомое, сузившееся сейчас так, что струёй поноса можно было бы резать сталь десятку), я от пролетарских щедрот вложил охренеть сколько мощи в обычный огненный шар. Этой дури бы хватило прогреть озеро до кипячения всего содержимого, отбелив всё без волшебного порошка.
Рвануло так, что даже самые рослые зленокожего говнюки подлетели метров так на двадцать в воздух. Попадав на свои бесполезные головы (потому что могут в фотосинтез, и отверстие, чтобы есть, им особо не нужно), они, считай, не получили повреждений, от чего, вскочив, радостно попёрли опять на меня. Были бы у них хуи, можно было бы опасаться, но разной степени заточенности сталь меня не впечатлила.
Тряхнув ещё звенящей головой, не до конца понимая, что делаю, заряжаю ближнему зелёному хряку промеж копыт, отправляя ещё раз в полёт, включаясь осмысленно в нарезку всяких мицелий.
Немного вдалеке слышалась задорная стрельба и ощущались буйства чужих психических сил. Ауры телохранителей и других легионеров стремительно приближались, излучая в многострадальное пространство волны пафоса.
В воздухе творился форменный пиздец. Что-то куда-то летело, взрывалось. Облака то и дело прорезали лучи орбитальной бомбардировки. Куда-то била артиллерия, мешая землю и орков в говно.
Посреди этого хаоса мой пятак оказался такой точкой стабильности, вокруг которой вроде и жужжат пули, но как-то фоном. Даже толпа орков, стремительно сокращающая расстояние, воспринималась как что-то само собой разумеющееся, располагая на созерцательно-похуестичный лад. Перегорев во вспышке гнева и страха, вложив весь свой негатив в огонь, я резко остался без бури в пустой голове.
«От чего мне так сорвало башню?» — задал резонный вопрос самому себе. Однако через пару мгновений я слегка себя поправил, охуев ещё раз.
«А его-то как накрыло?!»
Русс жёг. Если раньше варвар наш комнатный мог просто дать прикурить любому, то сейчас, словив шикарную белочку, он мог себя прежнего заломать, не напрягаясь, оставив на земле в состоянии, когда от хомячка, кусающего тебя за муди, не отобьёшься.
Картина была эпическая, если бы не детали. Леман не стал мелочиться в раздаче пиздюлей, о чём свидетельствовала широкая такая просека.
Моя прожжённая тропка немного блекло смотрелась на фоне груды тел. В момент, когда включилась моя думолка, этот ирод окаянный оторвал хреново приделанную башню от орочьего танка и, держа её натурально за хобот, самым натуральным образом принялся пиздить второго, которому закономерно было похуй.
Техники я на поле боя не припомню, а следовательно, прошло никак не пять минут, что были по ощущениям этого угара.
Поняв бесперспективняк, волк выдал что-то матерное на своём народном, откинул башню, рыбкой метнувшись к избиваемой технике. Движением топора он вскрыл люк, и, весел-задорно рыча, прыгнул во внутрь, от чего уже орки захотели резко выйти, но кто их пустит?
Нет, зелёные старались. Доспех на волчаре стал модно эклектичным, превратившись в уделанную кровью и мозгами безрукавку. Самому Руссу тоже, видать, пару раз досталось на пизды. Псина сутулая немного прихрамовала.
Оглядев себя самого, узрев пожёванность доспеха, ощутил разом весь отбитый ливер.
«Точно не пять минут!»
Прикинув хуй к ветру, решил рискнуть здоровьем печени. Зачерпнув силушки, смещаю себя по пространству, телепортируясь аккурат к псине, прямо перед его хлебалом.
Окинув меня мутными зенками, Леман попробовал меня обойти, что сделал зря…
— Стоять, блять! — усиленный пси-керской силой крик поднял лёгкий ветер, заставив поколебаться мутность Русса. Зря я очень детально представил последствия звукового удара…
Волк тряхнул головой, повторив за мгновение моё охуевание, да только фарш пошёл в оборот.
Орки, радостно, как лоси на гон после нескольких лет воздержания, попёрли на нас, оря что-то про биг-боссов юдишек. Минут на десять нам пришлось отвлечься, раздавая всем сёстрам по пизде.
— Что это было? — спросил я, разрывая хавальник очередной зеленокожей твари, прикрываясь ей от не самого точного, но очень меткого огня других придурков, успев оценить по полной. Уроды могли не попасть в сарай в упор, но, если им было надо, пули, блять, просто извивались в воздухе, а радостные лучи добра клали болт на законы физики и логики. В случае орков угол падения нихрена не равен углу отражения!
Поняв, что снова закипаю, делаю глубокий вдох, начав зачитывать простые Исчисления, прочищая, наконец, мозги, попутно пытаясь ухватить за хвостик понимание всей этой хуйни.
— Мы прошли тропою вюрда, — немного заторможенно ответил мне Русс.
Прикусив язык, чтобы не ляпнуть шутку про дорожки кокаина, и что их не втягивал, спрашиваю:
— А точнее? — преобразуя свой скептицизм в психический приём, от которого несколько орков осыпались прахом, буквально состарившись вусмерть.
Леман, очень нехотя, перемежая рассказ с работой копьём и топором, поведал мне следующую фигню. Бывает у него такое состояние, что его словно что-то ведёт, словно по тропе. В бою это помогает избежать смерти, а в мире дарует озарения. И самое главное, взбрыкнуть можно, но чревато. После нескольких случаев он и пробовать перестал, фаталично положившись на судьбу.
Для меня же стало понятно несколько моментов, прочитанных в ещё том мире. То ли Император Руссу чуйку прокачал, то ли так проявился его психический отблеск (а он есть. Так бы у него не было присущей ауры примарху, и его бы сожрали волки, нашедшие капсулу), но факт остаётся фактом. Волк этим управлял слабо, поэтому так странно в конце своей истории и исчез, уведённый своей чуйкой. Не вернулся он в описанных событиях от того, что порвался в процессе, достигнув цели, ну или попал в оборот.
— А что было на холме? — теперь настал его черёд интересоваться ответами.
Как ни странно, но я мог объяснить. Под впечатлением от прихода я неосознанно, на голом желании включил его в спонтанный ритуал. Слишком мысль была сильна и одновременно размыта, что для всей мистики недопустимо. Энергия варпа, как электричество, прёт по пути наименьшего сопротивления. Так что нечего удивляться, что без внятного ТЗ результат у нас такой.
В равной степени как накрыло его эманациями его дара, так и меня накрыло его чуйкой. Это ещё повезло. Не переноси он псайкеров вообще начисто, и не считай одного идиота своим братом, меня бы распидарасило на много маленьких Магнусов его отрицанием. К тому же такие спонтанные ритуалы нестабильны сами по себе. Впечатлённый всем этим, я для себя решил, что ну его на фиг!
С воем и улюлюканьем к нам прорвались Волчьи Гвардейцы, охрана Русса. Чуть позади, следом пёрли мои охранники. Облачённые в терминаторский доспех, они банально были медленней. Замыкали весёлую ватагу инквизиторы, как и все помятые до нельзя. Хорошо, что убитых среди них не было, а лишь раненые, да увечный, без одной руки, что для десантника не критично само по себе.
— Мой Лорд, — подскочил к нам Азек, несколько специфично стукнув кулаком о кирасу, от чего я и Русс мысленно потёрли лапы. Ещё один засланец был упакован и отправился на подготовку к допросу.
Волк был несколько нетерпеливым, и своих он переловил, правда грохнув двоих в процессе, чудом не переполошив оставшихся. Азек, в отличие от дуболомов брата, мотивированный до нельзя, действовал предельно аккуратно.
— Вызвать технодесантников и апотекариев. Занимаем оборону, — скомандовал Русс после краткого диалога взглядами…
* * *
До позиций Тринадцатого мы добрались только спустя час, наконец узнав, а почему они решили переть нахрапом. Будучи прямолинейными и очень щепетильными в вопросах чести, помноженной на их высокомерие, Рождённые Войной закусили удила. Решив не посрамить эту самую честь, чтобы предстать перед пока ещё не найденным примархом в блеске славы, утерев мне и Руссу нос, они ударили, не ожидая наших легионов, за что и поплатились.
Орки были не пальцем деланы. Давно подмяв под себя планету, они освоили и сеть туннелей под её поверхностью. Легат Тринадцатого где-то смог найти карту этих коммуникаций и путём нехитрых размышлений вычислить центральный узел, бывший когда-то штабом планетарной обороны. Нетрудно угадать, что штаб был рядом с тем замечательным древним космопортом, на который мы решили ссадить большинство наших частей, как и Имперская Армия.
Кузены моих сынков отличились и тут, произведя десант прямо на побережье, решив сократить путь тем самым. Бяда была в наличии у орков водных судов. Легионеры Тринадцатого приспособились и дали люлей, потеряв три сотни бойцов, что был хороший размен, но горы сходу взять не смогли, из-за, тадам, наличия тяжёлой техники!
Без неё расковырять штаб не представлялось возможным, как и накрыть его с орбиты или авиацией. Древние были не дураки, сделав главный узел обороны в расщелине, с одним проходом. Скалы там отлично защищали от всех поползновений с воздуха, а острые пики гарантировали отсутствие обходных путей. Поэтому, когда мы высадились, эти товарищи отправили вперёд кулак из пятисот космодесантников и трёх дредноутов. Дошли до цели уже четыреста легионеров и один дредноут.
На планете был явно склад вооружения времён ТЭТ, до которого добрались ксеносы. Там были замечательные ЭМИ-гранаты, судя по описанию, и то, что они для миномётов или чего-то подобного, орков не смутило. Они брали гретчинов, вешали на них снаряд, и те радостно делали бум, от которого становилось плохо как броне, так и машинам. Пока это легионеры поняли, они успели отхватить.
Подошли мы тогда, когда ситуация стала патовой. Последний дредноут был оглушён, и над ним колдовали технодесантники, пытающиеся реанимировать системы от подлых древних гранат, кладущих болт на защиту от такого рода воздействия. Без него переть нахрапом не получится. Орки просто радостно устроят пальбу, компенсируя косорукость узким проходом и своей верой в удачу.
Самым поганым было то, что наша техника тоже матылялась позади, а пробить силой псайкеров ворота орочьей крепости не получилось. Конструкт просто рассеивался зеленокожими, которых было дофига на одной их уверенности.
— Клянусь своей кружкой, это будет трудной задачей! — подбил банк Русс, не нашедший, также как и я, решение. — Был бы дредноут на ходу…
Это верно. Даже нашей дури совокупной просто не хватит пробить эти ворота до того, как нас нашпигуют всем чем можно. Шагатель послужил бы не только тараном, но и щитом…
Разогнанный исчислениями мозг зацепился за хвост идеи, и я по новой осмотрел передвижную могилу. Как сказали специально обученные бойцы, чинить его часа три, в лучшем случае, лепеча про дух машины. Сам я туда не лез, потому что слабо представлял устройство этого механизма, что для мехомантии было критичным, но кто сказал, что мы не можем его просто использовать?
— Дражайший мой брат, а сколько ты можешь поднять? — не отводя взгляда от дредноута, пилот которого не иначе как что-то почувствовал, спрашиваю у Волка. Ждать у нас времени не было. Орки вот-вот опомнятся.
Леман, не будь дураком, сперва проследил мой взгляд, потом прикинул ход моих мыслей, рассмеявшись после того, как до него дошёл неозвученный план.
— Нет… — всё понял технодесантник, ставший между нами и дредноутом, только, кто его будет спрашивать?
* * *
Крепость изрыгала огонь. Орки, сперва обескураженные жутью, с удвоенной яростью стреляли, стачивая укрытие, за которым были люди. Пацаны уже предвкушали, как будут крушить чопами головы, но вселенная преподнесла им удивительный сюрприз.
Из-за холма вынырнули двое здоровых людей, что сразу побежали на них, держа за руки и за ноги обесточенный дредноут. От удивления зеленокожих, оружие ксеносов потеряло и точность, и эффективность. В ореоле осязаемого пафоса странная процессия ринулась вниз по склону, сметая своей поступью всё на своём пути.
Гордая машина, подобно древнему тарану, влекомая мощью двух полубогов, просто не заметила сваленных из каменных завалов баррикад. Словно стилет, атака людей пробила брешь в обороне крепости, открывая прямой путь к воротам, как вдруг…
Под ногами двух гигантов вспучилась земля, там, где была вырыта волчья яма, на месте бывшей системы водоотвода. Уже в падении две пары дланей метнули вниз по склону импровизированное стенобитное орудие.
«Вжух!!!» — дредноут со скрежетом заскользил по камню лицевой бронёй, взмывая ввысь. Из-за подвижки грунта на поверхность показалась древняя труба, ставшая трамплином.
От рывка и праведной ярости духа машины реактор почти мгновенно перезапустился. Обрётший возможность двигаться пилот засучил ногами и руками своего вместилища, меняя траекторию приземления.
Пролетев намного выше ворот, дредноут вошёл аккурат в замаскированную вентиляционную шахту, убив своим телом нерасторопных гретчинов.
«Чпок!!!» — на мгновение зависнув в шахте, дредноут упал на воззревших в немом удивлении орков, обрушивая на них свою ярость…
* * *
— Я прослежу, чтобы этого не было в сагах. Клянусь элем! — негодовал Русс, выбираясь из ямы.
— А жаль, — излучал я добро всем своим естеством. — Ты ещё больше отбитый, чем я! Это надо было додуматься, крикнуть дредноуту, которого мы метнули, чтобы тот поджал колени!!!
— Вот если бы он поджал бы, то угодил бы прямо в ворота… — не успел закончить фразу Русс, как ранее непреодолимая преграда буквально разлетелась, открывая нам путь…