Драконий лекарь. Глава 61
— Они идут к острову, — понял Клинт, опуская лук, но не ослабляя хватки на рукояти. — Хотят выброситься на берег.
— Логично, — кивнул Саид, щурясь от бликов пламени. — Лучше разбиться о скалы, чем сгореть заживо в море… Авось, еще и спастись думают, и починиться здесь.
— Гаси костер. — рявкнул я, вырываясь из оцепенения. Адреналин наконец-то ударил в голову, запуская голову на решение ситуаций. Раз плывут к нам, то стоит подготовиться к этому!
— Зачем? — не понял Клинт. — Мы же…
Эм… потому что нас увидят, нет? А нам оно надо прямо сейчас?! Светиться перед неизвестным кораблем и разъяренным драконом не хочется.
— Затем, что мы на возвышенности, как на ладони! — Я подскочил к кострищу и начал закидывать угли песком и каменной крошкой. — И проблема не только в людях. Если эта тварь решит, что тут добавка, мы станем следующими.
Саид среагировал. Без лишних вопросов, он опрокинул котелок с недоеденной похлебкой прямо в огонь. Раздалось громкое шипение, облако пара ударило в лицо запахом вареного мяса и мокрой золы. Темнота навалилась мгновенно, лишь далеко в море пульсировала оранжевая рана горящего корабля.
Теперь, когда ближний свет не слепил глаза, картина стала четче.
Судно неслось на рифы, будто потеряв управление. Ветер раздувал пламя на парусах, превращая корабль в гигантский факел. И над этим факелом продолжала кружиться тень.
— Это Змеевик! — прошипел Фишлегс, вглядываясь в черноту. — Точно он. Видите, э-э-э, вот сейчас, как он складывает крылья перед пикированием?
Я прищурился.
Да, пацан прав. Дракон двигался с характерной для тероподов резкостью. Ну… я имею в виду динозавров, перемещающихся на двух ногах, балансируя хвостом. А в мире драконов это виверны. Силуэт узкий, большая голова с венцом шипов. Очередная вспышка — и я увидел, как из хвоста вылетел веер черных точек –— шипы. Понятно…
Корабль был уже в полукилометре. Я слышал треск дерева и крики людей. Жуткие вопли, смею сказать… Будучи сгораемым заживо. И чего это Змеевик на них накинулся?
Но тут произошло странное.
Дракон, заходящий на очередной вираж для атаки, вдруг резко дернулся в воздухе. Он был уже близко к острову, метрах в трехстах от береговой линии, но… внезапно издал визгливый крик, замотал головой и… развернулся. Резко, ломая инерцию, он ударил крыльями и рванул прочь, в открытое море, набирая высоту.
— Он улетает? — Клинт снова поднял голову к небу. — Господь отвел демона от порога нашего…
— Змеевик из класса Ищеек, так, Фиш? У них обоняние острее, чем у других драконов…
— Да! — кивнул парень. — Они чуют запах за мили!
— Вот он и почуял Олеандр…
— Значит, цветы работают, — констатировал Саид. — Хоть какая-то польза от этой отравы.
— Корабль! — выкрикнул парень.
Мы перевели взгляды вниз. Шхуна (теперь я видел, что это была именно она — торговая, пузатая, с широкой палубой) неотвратимо приближалась к скалам под нашим плато.
УДАР!
Звук долетел с задержкой. Глухой хруст ломающихся шпангоутов, скрежет днища о базальт. Корабль на полной скорости влетел в каменную гряду. Мачты, не выдержав инерции, с треском надломились и рухнули вперед, прямо на горящую палубу, добавив хаоса. Снопы искр взлетели до самого нашего плато.
Судно замерло, накренившись на правый борт. Волны тут же начали добивать его, с шипением слизывая раскаленную обшивку.
— Там могут быть выжившие, — я поднялся, отряхивая колени. — Фиш, хватай веревки. Клинт, нужна вода и чистая ткань, все, что найдешь. Саид, ты со мной.
— Ты собираешься лезть туда? — мрачно спросил мавр, лязгнув прутом, который уже успел вытащить. — Это может быть ловушкой. Или там пиратское судно вообще.
Я и об этом думал тоже, но раз мы можем помочь… тем более, когда там…
— Там ожоговые больные и политравмы, Саид. Если это пираты — мы их свяжем. Если торговцы, то спасем. В любом случае, нам нужна информация и припасы. А еще… — я посмотрел на Титана, который тревожно переступал с лапы на лапу, глядя на огонь. — Нам нужно, чтобы огонь не перекинулся на сухую траву у подножия.
В голове мелькнула мысль: а стоит ли? Ну вот реально, стоит ли рисковать шкурой ради неизвестных? Но как оставить людей умирать, когда реально можно помочь? Тем более судно торговое, от дракона они… такое ощущение, что даже не пытались отбиться. Просто уплывали. И тут же встал второй вопрос: сразу ли показать себя хозяевами положения, продемонстрировав своих прирученных драконов? Или предстать какими-нибудь изгоями, беженцами?
Я оглядел нашу компанию. М-да.
За «своих» тут могут сойти только Клинт и Фишлегс — более-менее приближенная к скандинавам внешность. А я? Недоазиат-казах. Саид? Огромный чернокожий.
— Драконов оставим здесь, — решил я. Если что-то пойдет не так — свистну. Спустимся по рукотворному серпантину, а там дойдем до берега сами. Не будем пугать их раньше времени.
Спуск был быстрым, но напряженным. Когда мы вышли на узкую полоску пляжа, жар ударил в лицо. Корабль застрял метрах в десяти от берега, нос был разворочен, корма уже уходила под воду. Вокруг плавали бочки, доски и… тела.
— Проклятье… — выдохнул я, подбегая к кромке воды.
Почувствовал тяжелый, сладковатый запах горелого мяса. Тошнота подкатила к горлу, но я сглотнул её. Не время. И мерзко было даже не от самого запаха — меня паленным мясом не испугаешь — а от осознания того, что этот запах, скорее всего, человеческий.
— Саид, проверь тех, кого вынесло на песок! Фиш, свети факелом, но не лезь в воду!
Я вошел в море по пояс. Вода была теплой, смешанной с пеплом и какой-то маслянистой пленкой. Схватил за шиворот дрейфующее тело. Это был мужчина. Лицо… лица не было. Ожог четвертой степени, уже с карбонизацией тканей — черная корка вместо кожи. Мертв…
Оттолкнул, рванулся к следующему. Женщина. Держится за обломок реи. Жива! Хрипит, глаза безумные, белые от ужаса на чумазом лице.
— Тише, тише! Я врач, помогу… — крикнул я, перехватывая её поперек корпуса.
Она вцепилась в меня мертвой хваткой, ногти впились в плечо. Паника утопающего — классика! Пришлось жестко встряхнуть её, чтобы не утянула обоих. Вытащив женщину на песок, быстро осмотрел её.
— Так… — пальцы пробежались по конечностям. Перелом голени, причем открытый, кость торчит, рваные края раны грязные от песка и морской воды. Плохо, есть риск сепсиса, причем колоссальный. Ожоги рук второй степени — волдыри уже надулись. Жить будет, если не умрет от болевого шока или гангрены…
— Клинт! Жгут сюда, выше колена! Быстро! — скомандовал я. — И не смотри на кость, просто затягивай!
Рядом Саид вытаскивал на берег еще одно тело — грузного мужчину, нахлебавшегося воды. Мавр перевернул его, и того вырвало морской водой.
— Аллах милостив, но суров, — проворчал Саид, оттаскивая спасенного подальше от прибоя. — Если Он захочет забрать вас сегодня, я не смогу помешать. Но этот лекарь попробует поспорить с ангелом смерти…
И этот туда же…
Фишлегс тоже не стоял без дела. Парень, бледный, с трясущимися руками, подтаскивал к сухой зоне чье-то тело. Глаза были пустыми от шока, но он механически выполнял работу. Молодец.
Я быстро переходил от одного к другому, сортируя раненных. Как говорят то у нас, сортировка — основа медицины катастроф. Быстро осмотрел принесенные тела. Видимо, какую-то естественную выборку спасенные уже прошли: те, кто получил самые тяжелые травмы при ударе, просто не доплыли или утонули сразу. Совсем уж фарша на берегу не было.
Через час всё было кончено. Корабль догорал, оседая на рифах грудой головешек. На песке лежало семеро выживших. Трое мертвых (мы оттащили их в сторону и накрыли парусиной, которую выловил Клинт). Больше никого не нашли… Десять человек, смею заметить, это о-о-о-очень мало для обслуживания такого торгового корабля. Но об этом я старался не думать.
Выпрямился, вытирая липкие от крови и сажи руки о штаны. Спина гудела, в висках стучало. Осмотр, по сути, тоже завершен.
— Что мы имеем? — спросил подошедший Саид. Он держал свой прут наготове, глядя на спасенных с нескрываемым подозрением.
— Так себе, — я потер переносицу. — Двое с переломами, они сами ходить не смогут, нужны носилки. У одного пробитое легкое — пневмоторакс.
— Это как? — не понял Клинт, отжимая мокрую тряпку.
— Дырка в груди, воздух засасывает внутрь и не дает легкому расправиться. Я наложил окклюзионную повязку из куска промасленной шкуры, прилепил на их же смолу. Надеюсь, продержится, иначе он задохнется… Такое делал уже с быком.
Я кивнул на стонущих.
— Еще куча ожогов разной степени тяжести. Один парень под вопросом — у него слишком обширное поражение кожи и, похоже, внутреннее кровотечение. В таких условиях… в общем, я не бог. Двое вообще не смогут держать ничего в руках.
— Значит, бойцы из них никакие, — резюмировал Саид.
— Абсолютно. Но есть еще кое-что… но проблема ли?
— Какая?
Я кивнул на одного из выживших, который сидел чуть в стороне, привалившись спиной к валуну. Он пострадал меньше остальных, хотя и выглядел потрепанным. Мужчина выделялся. Даже в мокром и грязном виде его одежда кричала о том, что он не простой матрос. Тёмные волосы, борода, заплетённая в короткую толстую косу. На голове, чудом уцелевшая, сидела шапка восточного стиля с золотой бахромой. Поверх теплой восточной ткани он носил что-то вроде красного сари или туники. На руках были массивные грязно-бежевые наручи, обвязанные тонкими веревками. Широкий пояс, разноцветные, явно дорогие штаны и светло-коричневые сапоги с загнутыми носами.
Но главное было не это. Главное — это его лицо. Хитроватое, даже сейчас, сквозь боль и шок. И герб на уцелевшей сумке, которую он прижимал к себе как родное дитя. Дракон, пронзённый копьем.
Фишлегс, который подошел ближе, вдруг охнул. Он выронил бурдюк с водой и попятился.
— Это не простые торговцы, — тихо сказал он, а потом чуть ли не закричал. — Это же Йохан!
— Кто? — переспросил я неуверенно, хотя уже слышал это имя неоднократно.
— Торговец Йохан! Самый известный торговец на всем архипелаге. Он бывает везде — от центра островов до Мертвого моря! Он ведь продает всё, что можно купить. Наверное, к нам и плыл… Но где защита его? Почему не смогли отбиться от одного дракона?
— Если это был не первый дракон на их пути, а они не бежали от чего-то…
Торговец, услышав свое имя, поднял голову. На лице расцвела вымученная улыбка. — О, вижу, моя репутация плывет впереди меня быстрее моего корабля! — прохрипел он, закашлявшись. — Приветствую вас, добрые путники! Вы спасли скромного торговца и его команду от верной гибели в пасти чудовища…
Саид шагнул вперед. Его лицо стало каменным. Одним плавным движением он выхватил прут и приставил острие к горлу «скромного торговца». Улыбка Йохана мгновенно увяла.
— Воля Аллаха странна, — проговорил мавр ледяным тоном. — Мы спасли врага? Этот герб… Я видел таких людей. Они торгуют не только пряностями, но и жизнями, полно других рабов ушли на его корабле в прошлые зимы. И где они сейчас, а? Может проще убить его?
Йохан сглотнул, скосив глаза на лезвие. — Э-э-э, почтенный воин… может, обсудим скидку?
— Саид! — я положил руку на плечо мавру. — Оставь.
— Он может быть опасен.
— Сейчас он опасен только для запасов нашей еды. Мы не для того корячились в воде и таскали их на себе, чтобы перерезать глотки на берегу.
— Ошибка, — буркнул Саид, но прут убрал, хотя далеко отходить не стал.
— Нет, — я покачал головой, глядя на Йохана, который тут же начал рассыпаться в благодарностях. — Искушение велико, но нет. — Отчего же вы, торговец, движетесь сюда в таком… плачевном виде? — я присел на корточки перед Йоханом, глядя ему прямо в глаза. — Почему не смогли противостоять одному Змеевику?
Кивнул на догорающие останки корабля.
— Вы ведь, Йохан, плаваете столько лет, что морская соль должна была въесться вам в кости. И на охрану вы бы не поскупились. И какие-нибудь баллисты с сетями, и наемники… Вы же, извините, не идиот, чтобы выходить в дикие воды на пустой посудине, надеясь на авось.
Йохан тяжело вздохнул, картинно прижав руку к груди — туда, где под мокрой тканью, вероятно, билось его сердце.
— Ох, все так, мил человек, все так! Ваша проницательность делает честь вашему… э-э-э… необычному наряду, — он бегло оглядел меня. — Да вот времена нынче неспокойные, переменчивые, как весенний бриз.
Он закашлялся, сплюнул соленую воду и продолжил, понизив голос, словно делясь великой тайной:
— Видите ли, пару тройку дней назад нам посчастливилось пересечься с флотилией самого Ульва Чернорукого!
При этом имени Фишлегс, стоявший за спиной с факелом, дернулся, что едва не уронил огонь в песок.
— Чернорукого?
— Того самого, юноша, того самого! — Йохан скорбно кивнул. — Он сейчас, знаете ли, в дурном расположении духа. Собирает армаду. Говорит, грядет Великий Тинг в центре Архипелага, и ему нужно каждое копье, каждый меч.
Торговец развел руками, звякнув цепью наручников.
— Ну, и как вы понимаете, скромному торговцу сложно отказать человеку, который может приказать своим берсеркам сделать из твоей кожи парус. Я… кхм… уступил ему большую часть своей охраны. Продал контракты, так сказать. За хорошую цену, разумеется! А сам рассчитывал дойти до Кьяденса, на которой намекнул водждь. Знаете этот остров-порт? Там всегда полно наемников, готовых за звонкую монету рубить хоть драконов, хоть чертей. Думал, там и разживусь новыми людьми.
Какая-то ложь… или он давно не был на острове, но даже при вожде там не было прям так уж и много людей, а после того, как Ульв добрую часть забрал на поход, то почти никого и не осталось. Он не в курсе, что мы местные?
— То есть, жадность, — перевел Саид, не меняя выражения лица.
— Коммерческий расчет! — поправил Йохан, но глазки его забегали. — Риск был просчитан! Но кто же знал, что боги отвернутся от нас так резко?
Он поежился, и на этот раз дрожь не была наигранной. Зрачки расширены, несмотря на свет факела, на шее пульсирует жилка, испарина на лбу не от жара огня.
— Змеевик — это так, — Йохан махнул рукой в сторону моря. — Последняя стрела в тело убиваемого. Мы уже были подбиты, мой друг. Нас шло три корабля. Три! А до этого берега доковылял только мой, и то… по милости Одина.
— Кто на вас напал? — спросил я. — Если не Змеевик.
Йохан сглотнул, облизав пересохшие губы.
— Мы проходили мимо группы безымянных островов. Дня два пути на юг отсюда, при хорошем попутном ветре. Места дикие, туманные… И там мы увидели… Нет, не так. Мы услышали это. Грохот, будто сами недра решили вывернуться наизнанку.
Он подался вперед, глядя на меня безумными глазами.
— Из-под земли, прямо сквозь скалу одного из островов, вырвалось… нечто. Оно было огромным. Нет, вы не понимаете. Оно было титаническим! Белое, как кость мертвеца. Длинное, как самый кошмарный сон Йормунганда.
В моей голове щелкнули мысли. Белое. Длинное. Из-под земли.
— У него были белые глаза? — быстро спросил я.
— Да! И пасть… О боги, эта пасть… — Йохан затрясся. — Она вращалась! Ряды зубов крутились, перемалывая камень, дерево и плоть, как зерно в жерновах. Оно вынырнуло из земли, сбило мачту Счастливой Устрицы, перекусило корабль пополам, как сухую ветку, и ушло обратно в глубину, оставив только воронку и крики…
— Вопль Смерти, — прошептал я одними губами.
Но знакомая ли мне особь, или какая-то другая? Конкретных признаков Матери я бы не назвал, кроме того, что они… эм, редкие. Да и достаточно недалеко от первого острова она… В общем, соу-соу. Может она, а может –— не она.
— Значит, вы бежали оттуда? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Мы улепетывали так, что паруса трещали! — подтвердил торговец. — Но эта тварь… она повредила и мое судно. Нас швыряло копьями, которые она выплевывала. Мы текли, мы горели… Но все-таки оторвались по милости богов! Змеевик просто почуял легкую добычу и решил добить подранка.
Йохан снова нацепил свою маску просителя. Он ухватился за край моей штанины, заглядывая в глаза с надеждой, которая казалась слишком приторной.
— Добрый господин… я не знаю вашего имени, но вижу, что вы человек чести и силы. Дадите ли вы убежище бедному торговцу и остаткам его людей? Мы изранены, нам нужно лечение…
–— …
— Мы не стесним вас! — затараторил он, видя, что я молчу. — Мои люди привыкшие к работе. А я… о, я умею быть благодарным! Трюм затоплен, но кое-что можно достать. Ткани, инструменты, специи… Припасы, кои найдем в воде — все ваше! Разделим по-братски! Убытков я понес страшно много, — он горестно вздохнул. — Но жизнь, как Один величает, дорога, пока она теплится. Главное ведь выжить, верно? А богатство — дело наживное.
Я смотрел на него и чувствовал, что… он недоговаривает. Совсем! Что-то в его рассказе не сходилось. Слишком гладко он слил охрану Ульву, слишком много несостыковок про остров, благо, у Фиша и других рабов хватило ума не перечить словам прямо сразу. К тому же, слишком вовремя наткнулся на остров. И этот взгляд… бегающий, оценивающий. Будто он прикидывает, сколько мы стоим, или боится, что мы узнаем о чем-то, что лежит в том затопленном трюме. Не привело бы это гостеприимство к тому, что нам придется сражаться не только с инфекциями его матросов, но и с кем-то похуже. Однако, и он не знает всей ситуации. Не знает о таком большом и толстом козыре в нашем рукаве.
Но сейчас меня волновало другое.
— Значит, два дня пути на юг… — задумчиво произнес я, выпрямляясь.
Вопль Смерти где-то рядом. И если это мамочка моих Шепотов… Будет интересно.
Я повернулся к торговцу.
— Вставай, Йохан. Ты получил свое убежище. Но запомни: одно лишнее движение, одна попытка обмана — и я скормлю тебя тому, кто страшнее Ульва.
— Кому же? — нервно хихикнул он.
— Ты скоро увидишь.