Переоценить влияние Серебряных Городов на жизнь всего Асхана крайне трудно. Могущественные конструкты, великие волшебники, процветающая экономика и свобода необходимое столь же сильно, как воздух. Именно этой ветреностью, которую невозможно удержать, отличались люди, созданные Аспектным Драконом Воздуха. И даже если человек почему-то присягал Эльрату или становился чернокнижником, то всё равно его суть зачастую оставалась той же. Просто менялся путь, по котором он шёл.
Так или иначе влияние Серебряных Городов было не только экономическим. Ведь например помимо Карталя на том же полуострове Эгин, чуть восточнее расположился и портовый город Герцогства Единорога. И корабли плавали там не реже, чем чем в Картале, как и сама Империя Сокола процветала и была пожалуй самым сильным с военной точки зрения государством.
И сила это то, о чём никогда нельзя забывать. Власть денег несомненно и деньги стоят выше королей, однако не всё можно купить. Особенно когда речь заходит о, скажем так, тонких моментов. Когда навязать свои условия военным путём хочется, но вот начинать войну никак нельзя.
Потому существовали Мечи Ветра, братство элитных наёмников, действующих на территории Вольных Городов. Под покровительством Дракона Ветра Илата, они шли путём смерти и удачи. И зачастую выполняли крупные заказы как раз Серебряных Городов, которые щедро платили за нападение на тракты конкурентов или за присоединение к той или иной стороне конфликта.
Однако купить их мог каждый и потому Ваниэль отправился в ещё один город полуострова Эгин — в Морскую Гавань, что находился уже на севере, ближе к Илоррану. Там же находилось комтурство Мечей Ветра, где они вербовали в свои ряды любых желающих. А желающих было много, ведь в этом городе мирно жили и гномы, и эльфы, и наги, и люди — все желающие.
Раньше этот город также принадлежал Герцогству Единорогов, но ныне он управлялся Алыми Магами из Дома Химеры, один из великих Домов нынешних Серебряных Городов. Они были настолько древними, что застали ещё времена существования Империи Шантири, а также когда Серебряные Города и Серебряная Лига называлась просто Семью Городами.
И именно к ним прибыл Ваниэль, понимая что ситуация накаляется и что для победы ему необходимо использовать все козыри. Потому что тёмные эльфы не так слабы, как хотят считать многие командиры под его началом. Хитрые и опасные, они уже прогнали со своих территорий армию Анвэн, пленили её и даже Дираэль, сделав их рабынями, как и многих других.
Под началом Кифры легионы минотавров, Раилаг договорился с драконами, сами драконы уже выступили против Карталя, желая стать правителями детей Тьмы, что остались без своих извечных лидеров в лице Безликих. И хоть они могут все передраться между собой, но на удачу Ваниэль уповать не смел. Тем более он понимал, зачем именно Менан копит деньги.
Ведь пока Ваниэль ещё только выдвинулся на полуостров Эгин, дабы закрепить изоляцию тёмных эльфов, Менан уже давно вёл переговоры. Всеми силами он пытался склонить Мечи Ветра на свою сторону, как и в целом пытался выстроить сотрудничество с Серебряными Городами. Ведь иных союзников у Лиги Теней возможно никогда и не будет, потому что для своих ближайших соседей они лишь потенциальные враги из-за географического расположения, разной религии и культуры.
А за всем происходящим размеренно следил Ваярон, что скрывался в тенях и продолжал строить козни всем врагам покойной Туидханы.
— Как изменился Дом Химеры, — шептал Ваярон, один из сирот той ужасной войны, приёмный сын и свободный брат Раилага, Менана, да и всех других.
Прячась на крыше одной из башен, он смотрел как ночью открылись врата и в них въехал сам Ваниэль. Он был так близко, на расстояние выстрела из арбалета. Однако как бы не хотел Ваярон его убить, он понимал, что не сможет этого сделать. Охрана Ваниэля была какой-то сумасшедшей, лучшие маги, драконы наблюдающие из облаков… никакое заклинание или болт не достигнет Ваниэля.
Как и сам Король Эльфов обладал невообразимой силой, неся в себе кровь первых эльфов и самой Силанны. Нападать на него было бы самоубийством. Кроме того Ваярон выполнял задачу по слежению, а не ликвидации. Он собирал информацию, передавал письма и вёл свою игру. Или вернее игру Эребоса, своего предводителя, учителя и наставника, Безликого, что поклялся убить Михаэля и во второй раз.
— Всё идёт по плану. Полуостров Эгин охвачен хаосом, — бурчал Ваярон, убедившись что это не двойник Ваниэля, а он сам.
Спустившись вниз с башни, он спорхнул на крыши и побежал уже по ним. Плащ позволял некоторое время левитировать, а также скрывал его ночью от любопытных взглядов. Его приёмный отец Салвин, также член Клинков Эребоса, проводил свои переговоры в Сопригале-у-моря, том самом портовом городе Герцогства Единорога. Целью Салвина была также сеянье раздора.
Прямо сейчас корабли Герцогства выдвинулись вдоль залива, совершив ряд нападений на острова, что принадлежали Эрин. Та сейчас пряталась на конце полуострова, отступив из тех мест из-за давления как раз Империи и лесных эльфов. Однако те не станут отступать и будут преследовать её дальше. А вместе с этим они должны будут столкнуться как с флотом Карталя, который усилил патрулирования из-за нападения драконов, так и с самим драконами, а ещё с Ваниэлем.
Проще говоря план Эребоса был прост — заставить Империю Сокола, Илорран и всех местных жителей полуострова убивать друг друга. Всех тех кто убивал детей Туидханы или продавал им оружие. Все они должны ответить, все они должны утонуть в крови, в том числе и безумные драконы, которые считают тёмных эльфов ошибкой, да и всех других смертных своими рабами.
Но как заставить их убивать друг друга? Вариантов может быть множество, но вне сомнений Ваярон был тем, кто готов был пойти на любые меры. Даже самые безумные и жестокие, те которые никогда бы не простила Туидхана. Полностью окровавленный жаждой мести и великой цели по уничтожению врагов — Ваярон добрался до одного из особняков в условленный час.
Один из Алых Магов Дома Химеры уже ждал его, весь побледневший и напуганный.
— Они в безопасности? — почувствовав присутствие смерти, спросил маг.
— От части… — произнёс Ваярон, холодно и без эмоционально.
Он вошёл через балкон, прямо в комнату, где стоял полумрак. Сердце мага билось, он предчувствовал ужасное, а Ваярон размеренно дошёл до стола, аккуратно сняв с пояса мешочек, низ которого был бурым и липким. Сердце мага пропустило удар, когда мешочек оказался перед ним.
А затем он открыл его и издал болезненный стон, слёзы потекли по лицу мага, который мог убить словом, но оказался весь во власти Ваярона.
— Мой сын, за что ты так с ним? Я же всё исполнил! — умоляюще кричал он.
— Ты должен был подготовить всё раньше. Даже один день это большой срок.
Ваярон украл его семью, спрятал в разных местах, связал, сковал, иногда проверял и кормил. А в данном случае за два дня просрочки с доставкой "особых" артефактов из Серебряных Городов Ваярон отрезал по пальцу первенцу этого мага. Бедный мальчик, как он выл от боли, даже с кляпом пол леса разбудил.
— Не переживай, всё будет хорошо, если ты впредь будешь делать ровно то, что сказано, — положив руки на плечи магу, тихо произнёс Ваярон. — Ну тише, тише… успокойся, возьми себя в руки. Они пока ещё живы, но если ты не будет сосредоточен на выполнении моих приказов, то придётся вернуть их по частям. Ты же этого не хочешь? Кстати… артефакты хоть и приехали, но ты же помнишь о том, что надо было не только убедиться в том, что Мечи Ветра не перейдут на сторону Ваниэля, но и что они не достанутся Менану.
— Я… все силы ушли на то, чтобы дистанцировать их от Ваниэля. Король Эльфов предлагал огромные деньги, угрожал блокадой, обещал в случае чего военные союзы. Как-никак его войско проходит рядом, он всеми силами пытался склонить город на его сторону. Мне стоило огромных усилий отговорить всех от того, чтобы они продали свои мечи ему.
— Ты молодец, ты постарался. Я это ценю, но… — Ваярон вздохнул, словно бы даже не хотел всего этого, но на деле за маской скрывался самый настоящий маньяк, полный жажды мести за смерть Туидханы, той кто может и не была его родителем, но мачеху он всегда называл мамой и никто кроме неё его наверное и не любил в этом мире.
Аккуратно, из одного из подсумков на груди, Ваярон пальцами достал склянку и поставил перед магом. После аккуратно повернул, так чтобы плавающий внутри глаз смотрел прямо на него.
— Мне говорили, что ты любил её глаза. Теперь она будет следить за тобой, чтобы ты всё делал безупречно.
В этот момент маг сломался. Он просто замолчал и затих. Он достиг крайней точки, более давить на него нельзя иначе состояние будет необратимым. Тем не менее Ваярон пришёл и с чем-то хорошим, ведь помимо кнута для контроля нужно использовать и пряник.
— Не грусти, я верну тебе твою дочь. Возможно уже через неделю. Тебе надо сделать только одно… — рядом со склянкой с глазом, Ваярон поставил ещё одну. — Добавить по одной капле в каждый бочонок на будущем пиру.
— Что это? Яд?
— Да, это яд. Однако необычный. Он активируется только при определённых условиях, что должны будут наступить в течение месяца, пока яд будет в организме. До этого он незаметен и обнаружить его практически невозможно. Ты тоже его выпьешь. А затем проследишь, чтобы противоядие дошло до других на пиру.
— Зачем?
— Нам нужно убить определенных личностей. Да, условия весьма специфические, однако случайные смерти нам не нужны. Отправлять точечно Ваниэля тоже тяжело, поэтому самый простой отравить вообще сразу всех, а затем через месяц активировать яд в организме отдельных целях, а остальным просто передать антидот, дабы их случайно не задело. Справишься?
— Яд точно не заметят после проверки? — спросил маг и это был его единственный вопрос.
Он готов был сделать всё, лишь бы снова увидеть свою семью, даже пусть и уже потрёпанную. Прямо идеальный кандидат для шантажа. Ваярон лишь улыбнулся, показав свои белоснежные клыки.
— Конечно.
После чего ушёл, подложив под уже готовый взорваться полуостров Эгин ещё одну бомбу замедленного действия. Скоро всё здесь охватит пламя и в нём сгинет и Ваниэль, и Раилаг, и Эрин, и Герцогство Единорога и все другие, которые так сильно мешают Клинкам Эребоса.
После чего эхо этого удара дойдёт уже и до Ироллана, который должен сгореть. И в этот раз уже действительно от рук детей Туидханы.