Маг небесного Гримуара. Глава 109
Рождественские оборвались резко, словно кто-то дернул стоп-кран. Последние дни перед началом семестра Хогвартс напоминал растревоженный улей, в который подселили шершней. Русская делегация, вопреки ожиданиям Снейпа, не сидела тихо в гостевом крыле. Они осваивали территорию. «Медведи» были замечены купающимися в Черном озере. В январе!
Гигантский кальмар, по слухам, попытался выразить протест, но после короткой потасовки, в ходе которой вода вскипела, предпочел ретироваться на глубину. Студенты, оставшиеся в замке, шептались, что русские ловят рыбу голыми руками и жарят её прямо на берегу, разводя костры магическим огнем, который не берет ни ветер, ни снег.
Я наблюдал за этим со стороны. Но главным событием стало возвращение Дамблдора. Директор появился в замке за день до прибытия Хогвартс-экспресса. Я увидел его в Большом зале во время ужина. Он вошел через боковые двери, тихо, без помпы. Внешне он изменился. Да, это был все тот же старец в мантии (на этот раз цвета грозового неба с серебряными звездами), с длинной бородой и очками. Но его аура… Словно он только что вышел из эпицентра магического шторма. Его правая рука, обычно такая подвижная, была скрыта широким рукавом, и он держал её неестественно неподвижно. Он выглядел уставшим. Не как человек, который провел неделю на совещаниях в Министерстве, а как воин, вернувшийся с передовой, где ему пришлось принимать решения, от которых чернеет душа.
Он обменялся коротким взглядом с Графом Орловым, который сидел за преподавательским столом (да, русские уже оккупировали и его). В этом взгляде не было вражды, но было понимание. Понимание людей, которые знают, что такое «необходимое зло».
Утро первого учебного дня.
Хогвартс-экспресс прибыл вчера вечером, выплеснув в замок сотни отдохнувших, шумных и ничего не подозревающих студентов. Вестибюль гудел! Смех, крики, топот ног, обмен новостями.
— Ты видел?! У Хагрида новые питомцы?
— Какие питомцы, идиот, это русские!
— Говорят, они пьют кровь драконов на завтрак!
— А я слышал, что они привезли с собой ручных медведей…
— Внимание! — голос Дамблдора, усиленный магией, перекрыл шум зала. Директор встал. Зал мгновенно затих. — Добро пожаловать обратно! — произнес он, широко улыбаясь. Но улыбка не коснулась его глаз. — Надеюсь, вы полны сил и решимости, ибо этот семестр будет… особенным.
Он сделал паузу, обводя взглядом столы.
— Как многие из вас уже заметили, у нас гости. В рамках возрождения старых традиций международного сотрудничества и в свете… некоторых событий в мире, Хогвартс принимает делегацию из школы магии Колдовстворец.
По залу прошел шепот.
— Прошу приветствовать Графа Ивана Орлова и его подопечных!
Орлов встал. Он был огромен в своей меховой мантии. Граф коротко поклонился — не студентам, а пространству в целом.
— Но это не все новости, — продолжил Дамблдор. — В связи с тем, что наши гости пробудут с нами до конца учебного года, мы приняли решение о усилении наших, Хогвартских традиций. Студенты Колдовстворца будут посещать занятия вместе с вами. А чтобы укрепить связи между школами… они пройдут процедуру Распределения.
Зал ахнул. Распределение? Для иностранцев?
— Мы считаем, что факультетская система поможет нашим гостям лучше понять культуру Британии, — пояснил Дамблдор. — Профессор Макгонагалл, прошу.
Макгонагалл вынесла старую Шляпу и табурет. Русские студенты — двенадцать человек, включая Марию, и четверо «медведей» — выстроились в шеренгу перед столом. Они не выглядели испуганными. Они выглядели так, словно оценивали, достоин ли этот табурет их присутствия. Первым вызвали одного из парней.
— Волков Дмитрий!
Коренастый паренек с жестким ежиком волос сел на табурет. Шляпа едва коснулась его головы.
— ПУФФЕНДУЙ! — рявкнула она почти мгновенно.
Стол барсуков неуверенно захлопал. Дмитрий пожал плечами и направился к желто-черным, на ходу подмигивая какой-то пятикурснице.
— Соколова Елена! Высокая девушка с бледной кожей и глазами, как у оленя.
— КОГТЕВРАН!
Я кивнул. Логично. Русская школа славится своими теоретиками.
Распределение шло быстро. Шляпа, казалось, была в шоке от того, что в её голову (метафорически) врываются разумы, структурированные совершенно иначе. Русские не прятали мысли, они думали… громко. И образы у них были другими –— это и я подмечал, поверхностно сканируя их разум и мысли.
Наконец, очередь дошла до анимагов.
— Медведев Василий! — провозгласила Макгонагалл.
Анимаг со шрамом, который пугал Малфоя, подошел к табурету, который жалобно скрипнул под его весом. Шляпа на его широкой голове смотрелась как наперсток.
Тишина длилась секунд тридцать. Шляпа что-то бормотала, морщилась.
Василий сидел с каменным лицом, скрестив руки на груди.
— Слишком много крови… — наконец громко произнесла Шляпа, и в её голосе звучало сомнение. — Но и чести не меньше. Ты не ищешь славы, ты ищешь врага. И ты верен стае до конца. ГРИФФИНДОР!
Стол львов взорвался овациями. Близнецы Уизли уже свистели, предвкушая, какие шалости можно устроить с таким «однокурсником». Василий ухмыльнулся, показав ряд крепких зубов, и направился к столу, похлопав Гарри по плечу так, что тот чуть не сложился пополам.
Следующий «медведь», Михаил, отправился в Пуффендуй (видимо, Шляпа оценила его трудолюбие и любовь к еде). Двое других — Петр и Борис — разделились между Гриффиндором и Слизерином. И вот, осталась она.
— Романова Мария! Зал затих. Даже призраки перестали шелестеть.
Мария шла к табурету как королева, восходящая на эшафот, который она планирует превратить в трон. Её мантия (сегодня она была в школьной форме, но перешитой по фигуре, с добавлением мехового воротника) развевалась.
Она села.
Макгонагалл опустила Шляпу ей на голову.
Секунда. Две. Три.
Мария сидела с прямой спиной, глядя прямо перед собой. Шляпа дернулась.
— Амбиции… — проскрипел артефакт. — Древняя кровь. Сила, которая требует подчинения. Ты видишь цель и не видишь препятствий. Ты готова пожертвовать всем, даже собой, ради… Хм. Интересно. Очень интересно.
Шляпа широко раскрыла свой разрыв-рот.
— СЛИЗЕРИН!
Стол змей взорвался сдержанными аплодисментами.
Малфой выглядел так, словно выиграл в лотерею, но боится забрать приз. Мария сняла Шляпу, небрежно бросила её на табурет и направилась к столу Слизерина. Садясь, она бросила короткий взгляд в мою сторону.
Но сюрпризы на этом не закончились.
— И последнее, но не менее важное, — голос Дамблдора снова привлек внимание. — Я рад сообщить, что наш профессор Защиты от Темных Искусств, Златопуст Локонс, вернулся к нам после… важной миссии на северных границах.
Двери Большого зала распахнулись. И вошел ОН. Локонс выглядел… эпично. И немного безумно. Его золотые волосы были в художественном беспорядке, мантия цвета морской волны была порвана в нескольких местах (аккуратно, чтобы подчеркнуть мужественность, а не неряшливость), а рука была на перевязи. Он шел к преподавательскому столу, прихрамывая, но сияя своей фирменной улыбкой на миллион галлеонов. Только вот в глазах его, если присмотреться, плескался самый настоящий ужас.
— Спасибо! Спасибо, друзья! — восклицал он, махая здоровой рукой. — О, это было… незабываемо! Северные ветра, снежные демоны! И, конечно же, эти ужасные, заблудшие души, именующие себя Пожирателями… Но не бойтесь! Ваш покорный слуга дал им достойный отпор!
Он добрался до кафедры и, картинно оперевшись на неё, начал рассказ.
— Представьте себе! Ночь. Вьюга. Я один, если не считать моего верного зеркальца, на заставе. И вдруг из тьмы выходят они! Десятки людей в масках! Они требовали пропустить их, но я сказал: «Джентльмены! Вы забыли сказать пожалуйста!» Ха-ха!
Зал вежливо хихикнул. Снейп закатил глаза так далеко, что я испугался, как бы они не остались в таком положении навсегда.
— Битва была жестокой! — голос Локонса дрогнул, и на секунду маска слетела. Я увидел человека, который реально видел смерть. — Их проклятия летали повсюду… Одно задело меня, видите? Но я применил свое коронное заклинание «Облив…» то есть, простите, «Экспеллиармус Максима»! И они бежали! Бежали, поджав хвосты.
— Потрясающая история, профессор, — глубокий бас Орлова прервал этот поток сознания. Граф поднялся со своего места. — Просто невероятная.
Локонс замер. Он посмотрел на Орлова с опаской. — О, Граф! Вы… вы тоже слышали?
— Я слышал многое, — Орлов улыбнулся. — И я считаю, что такой опыт… бесценен. Нельзя, чтобы он пропал даром. Директор Дамболдор любезно согласился с моим предложением.
Орлов повернулся к залу.
— В этом семестре, чтобы лучше подготовить вас к реалиям мира, уроки Защиты будут проходить в новом формате. Я буду ассистировать профессору Локонсу. Мы объединим британскую теорию и… русскую практику.
Локонс побледнел. Его улыбка стала похожа на гримасу боли.
— О! Э-э… Великолепная идея, Иван! Просто блестящая! Давно я не встречал равного партнера для… дуэлей!
— Вот и славно, — кивнул Орлов.
* * *
На следующий день весь Хогвартс только и говорил, что о предстоящем уроке. Сдвоенная ЗОТИ у Гриффиндора и Слизерина (второй курс) была первой в расписании. Когтевран, к моему сожалению, стоял в графике только после обеда, но слухи в замке распространяются быстрее, чем совы. Я решил не ждать. У меня было «окно», и я, использовав Подменыша под проспавшего Невилла, пробрался на занятие.
Класс был очищен от парт. В центре стоял длинный дуэльный помост. С одной стороны стоял Локонс, одетый в фехтовальный костюм с золотым позументом. Он нервно поправлял прическу и старался не смотреть в сторону «ассистента».
С другой стороны стоял Орлов. Он даже мантию не снял. Стоял, опираясь на тяжелый посох, и выглядел как скала.
Вдоль стен жались студенты. Гарри, Рон, Гермиона, Малфой, Крэбб, Гойл… И, конечно, Мария, которая стояла в первом ряду слизеринцев, скрестив руки на груди, с выражением скучающего превосходства на лице.
— Итак! — начал Локонс, его голос слегка дрожал. — Сегодня у нас особенный урок! Мы продемонстрируем разницу в подходах. Мой уважаемый коллега, Граф Орлов, любезно согласился показать вам… э-э… варвар… то есть, экзотический стиль боя!
— Экзотический, — эхом повторил Орлов. — Хорошее слово. Златопуст, прошу вас. Атакуйте. Покажите детям, как сражается герой.
— С удовольствием! — Локонс встал в красивую позу.
— Приготовиться! Раз… два… Риктусемпра!
Заклинание щекотки вылетело из его палочки серебристым лучом. Орлов даже не поднял посох, он просто… шагнул.
В одну секунду он был в пяти метрах, в следующую — он стоял вплотную к Локонсу. Луч заклинания прошел сквозь пустое место. Орлов перехватил руку Локонса с палочкой. Мягко, но я… кажется, я слышал хруст суставов.
— В бою, Гилдерой, — спокойно произнес Граф, глядя в расширенные от ужаса глаза профессора, — дистанция — это иллюзия. А время — роскошь.
Он легонько толкнул Локонса в грудь свободным концом посоха. Локонс отлетел назад, словно его ударил тролль. Он проскользил по помосту и рухнул в кучу подушек, заботливо (или издевательски?) разложенных в углу.
Класс ахнул.
— Урок первый, — Орлов повернулся к студентам. — Британская школа учит вас дуэли как спорту. Поклоны, стойки, латынь. Это красиво. Но это работает только против тех, кто согласен играть по вашим правилам. Он обвел класс тяжелым взглядом. — Тьма правил не признает. Тварь из Бездны не будет ждать, пока вы выговорите «Экспеллиармус». Пожиратель Смерти ударит в спину.
— Но… — пискнула Гермиона, поднимая руку. — Профессор! Есть же устав! Есть законы магии!
— Есть, — кивнул Орлов. — Но есть и законы выживания. Мария! На помост.
Мария легко запрыгнула на возвышение.
— Покажи им, — скомандовал Орлов. Мария усмехнулась.
— Поттер! — позвала она. — Выходи. Ты же Знаменитость. Давай посмотрим, чего стоит твой шрам.
Гарри замер. Рон схватил его за рукав.
— Не ходи, Гарри! Она же чокнутая! Но Гарри… Гарри посмотрел на Марию. Потом на Малфоя, который ухмылялся и… вышел на помост.
— Я готов, — сказал он, сжимая палочку.
— Хорошо, — кивнула Мария. — Без поклонов. На счет три. Раз.
— Экспелли… — начал Гарри.
— Два! — Мария не стала ждать трех. Она ударила.
Просто выброс руки вперед. Воздух перед ней сгустился в плотный ком.
Телекинетический удар сбил Гарри с ног еще до того, как он закончил формулу.
Он упал, палочка выкатилась из руки.
— Ты проиграл, — констатировала она, подходя к нему.
В классе повисла гробовая тишина. Гарри поднялся.
— Это нечестно! Вы сказали «на счет три»!
— Враг соврет, — просто ответила Мария. — Всегда. Усвой это, и, может быть, доживешь до третьего курса.
Орлов одобрительно кивнул.
— Вот именно. В этом семестре мы будем учить вас драться. Встать в пары! Русские студенты — распределитесь между британцами. Покажите им, как ставить «Железную Рубашку» и как бить «Кулаком Ветра».
Локонс, который к этому времени выбрался из подушек, попытался сохранить лицо.
— Великолепно! Просто великолепно! Именно это я и имел в виду! Эффект неожиданности! Браво, Граф! Я сам использовал этот прием против оборотня в Вагга-Вагга…
Но его уже никто не слушал.
Покинул класс в смешанных чувствах. С одной стороны, это было унизительно для Хогвартса. С другой… это было именно то, что нужно. Орлов ломал шаблоны. Он готовил детей к войне, а не к экзаменам. И мне это нравилось.
Но мне нужно было проверить Гарри. Мария унизила его публично. Для подростка с комплексом героя это удар посильнее «Круциатуса».
Я нашел его после урока, в коридоре. Он шел один, яростно пиная воздух.
— Эй, Гарри. Он поднял голову. Глаза злые, блестящие.
— Ты видел? — спросил он. — Она… она просто сжульничала!
— Она преподала тебе урок, Гарри, — спокойно сказал я, идя рядом. — Жестокий, но полезный.
— Полезный?! — он остановился. — Она выставила меня идиотом перед Малфоем! Перед всей школой!
— Она показала тебе, где у тебя дыра в защите. Ты доверчив. А Том… — я намеренно использовал имя, — …Том Реддл, который убил твоих родителей, правил не соблюдал.
Гарри замер. Упоминание родителей всегда действовало на него отрезвляюще.
—Когтевранцы, тоже умеют жульничать. Просто мы называем это «стратегией», имей ввиду.
* * *
Дамблдор сидел в своем кресле, сцепив пальцы перед собой. Фоукс дремал на жердочке, спрятав голову под крыло. На столе перед директором лежала карта мира. Напротив сидел Снейп.
— Они агрессивны, Альбус, — сказал зельевар. — Орлов превращает уроки в полигон. Он учит их… опасным вещам. Стихийная магия без палочки. Боевые трансы. Студенты в восторге, но это… разлагает дисциплину.
— Это закаляет дух, Северус, — мягко ответил Дамблдор. — Времена меняются. Я видел Гриндевальда.
Снейп напрягся. Имя старого врага (и друга) Дамблдора в этом кабинете звучало редко.
— Он… в своем уме?
— Более чем, — вздохнул Дамблдор.
— И он прав в одном. Надвигается буря, которую мы не сможем остановить одними щитовыми чарами. Волан-де-Морт — это угроза. Но то, о чем говорят русские… Разлом в Сибири… Навьи…
— Вы верите в эти сказки? — скривился Снейп. — Древние духи, пожирающие мир? Звучит как оправдание для интервенции.
— Я видел их глаза, Северус. Глаза Орлова… Там есть страх. Истинный, глубинный страх. Они вовсе не завоеватели. Они беженцы, которые пытаются сохранить гордость.
Дамблдор встал и подошел к окну.
— Мы позволим им учить наших детей. Мы позволим им показать другую сторону магии. Потому что когда Том вернется — а он вернется, — нам понадобится любое оружие. Даже если это медвежьи когти и сибирский холод.
— А Поттер? — спросил Снейп. — Девчонка Романова провоцирует его. А Дурсль… он крутится вокруг них обоих.
— Гарри должен учиться стоять за себя. А мистер Дурсль… — Дамблдор улыбнулся в бороду. — Мистер Дурсль — самая интересная фигура на этой доске. Он играет в свою игру, Северус. И пока эта игра направлена против Тома, я не буду ему мешать. Но приглядывай за ним.
Снейп кивнул и вышел, взметнув полами мантии. Дамблдор остался один. Он посмотрел на восток, туда, где за тысячами миль трещала ткань мироздания.
— Держись, Геллерт, — прошептал он. — Держись. Мы не дадим им пройти.