• Boosty Shared
• Paimon

• T

• система фонда scp

Тело на каталке, еще минуту назад бывшее лишь инертным грузом, вдруг свело жестокой судорогой. Неестественный болезненный рывок, и оно с глухим стуком падает на холодный металлический пол испытательной камеры.

Тигра, стоя в стороне, наблюдала с деловым, хищным интересом. Мускулы под полосатой шкурой были готовы к мгновенному броску, хвост чуть подрагивал кончиком, вымеривая ритм будущей схватки. Но вид этих беспомощных, хаотичных конвульсий на полу заставил ее разочарованно рыкнуть — низко и с отвращением. Вся ее боевая поза рассыпалась. Она медленно, с нескрываемым презрением перевела взгляд с дергающегося на полу двойника на черную линзу ближайшей камеры наблюдения. Взгляд был красноречивее любых слов:

“И это всё?”

За монитором Шелдон поймал этот взгляд — полный разочарования. Он оторвался от монитора и вопросительно уставился на доктора Ахмадиева. Неужели это тот самый усовершенствованный клон, что должен был столкнуться в бою с Тигрой? Он ожидал увидеть красочный бой двух монстров, а вместо этого видит, как искусственный клон припадочно, как при эпилепсии, дёргается на полу, а кошка смотрит то на камеру, то на клона с презрением. От её боевого настроя не осталось и следа, стоило ей только увидеть начавшийся у двойника припадок. Очевидно, он в таком состоянии ей навредить не сможет.

— Доктор Ахмадиев, так и должно быть? — с вопросом уставился на мужчину Шелдон. Неужели учёный ранга А просчитался и допустил ошибку? Неужели А-ранговые учёные не такие соершенные, как до этого о них думал Шелдон. Возможно, стоит пересмотреть своё представление о них.

— Стоит просто подождать, — губы азиата растянулись в тонкой, знающей ухмылке. Он засунул руки в глубокие карманы белого халата, приняв позу человека, наблюдающего за предсказуемым экспериментом. — Для того чтобы показать полную силу и возможности клона, мне пришлось накачать его убойной дозой стимулирующих наркотических коктейлей. Сейчас все ранее введенные в его тело препараты вступают в синергию и раскрываются. Даже такое совершенное тело SCPM-002 неспособно мгновенно их ассимилировать без последствий.

— Сколько нам ждать? — послушав учёного, все сомнения Шелдона на его счёт растворились. Он теперь с новым интересом уставился в экран монитора. Барахтающаяся на полу фигура клона снова вернула его интерес к ней. — И как должны подействовать наркотики?

— Ждать осталось недолго, — пробормотал Ахмадиев, не отрываясь от наблюдения за камерой. — Как только тело переработает коктейль и адаптируется, высшие психические функции отключатся. Останется базовый инстинкт, чистая, неконтролируемая ярость.

— И зачем было вводить клона в такое состояние? Разве в безумии он сможет показать весь потенциал? — поинтересовался Шелдон. Всё же кто бы что ни говорил, а когда человек впадает в ярость и теряет своё рациональное мышление, он от этого сильнее не становится. Наоборот. Для опытного противника все его движения становятся предсказуемыми и нелепыми. Только на неопытных новичках может сработать так называемое состояние ярости.

— Это был единственный разумный выход, — грустно, почти с сожалением, покачал головой Ахмадиев. — Донором для клона SCPM-002 стала сотрудница класса D из пространства SCP-3008. Хрупкая, необученная, напуганная. Даже под пытками она не согласилась бы на смертельный бой, да и не смогла бы — время на адаптацию к новому телу измерялось бы месяцами. За это время эффект SCP-034 давно бы развеялся. Сильнодействующие стимуляторы в экстремальных дозировках… Они стали ключом. Они сожгут ее человечность, ее страх, оставив только голые инстинкты и возможности тела.

В камере эпилепсия у клона на полу прекратилась так же внезапно, как и началась. Тело обмякло, став безжизненным слитком плоти на сияющем металле. Тигра, скрестив руки под грудью, наблюдала за ним с ленивым, почти скучающим видом.

— Неужели уже сдохла? — протянула она с преувеличенной грустью. — Как-то я от тебя большего ожидала. Оказывается, ты даже не моя копия, а лишь жалкая пародия.

С презрительным фырканьем она развернулась к выходу, делая неспешный, разочарованный шаг. Но на полпути замерла. Её кончик хвоста задрожал. Она хищно развернулась обратно. Ее слух, нечеловечески острый, уловил изменение. Сердце клона, которое стучало до этого хаотично и часто, а затем замерло, забилось вновь. Не просто забилось — оно заработало как молот, как барабанная дробь в замкнутом пространстве.

Кровавые глаза клона медленно раскрылись. Зрачки, бешеные, бесконечно расширенные, метались по камере, пока намертво не зацепились за силуэтом Тигры. В тот же миг тело дёрнулось — нечеловечески, с жутким хрустом суставов, выгнулось дугой и встало. Встало не как человек, а как зверь на всех четырех конечностях, который затем выпрямился. Его пустой, безумный взгляд смотрел на единственное живое существо рядом с ним. Словно он хотел пожрать его.

— Ого, как ты на меня вылупилась. Я прямо испугалась… — игриво протянула кошка, но в ее позе появилась упругая готовность, мускулы вновь напружинились. Уголок губы вздернулся. — Если ты так же продолжишь на меня смотреть, сучка, я вырву тебе глаза.

Клон не слышал. Слова для него стали просто шумом. Единственным смыслом его существования теперь была фигура перед ним. Глухое, хриплое рычание, не оставляющее сомнений в намерениях, вырвалось из его груди.

И он рванул. Не пробежал, а сорвался с места, превратившись в размытый полосатый снаряд. Тигру такая скорость заставила сузить глаза. Инстинкт сработал раньше мысли — она легко, почти небрежно ушла с линии атаки, оказавшись у клона за спиной. Мгновенная оценка, расчет. Размах, винт корпуса — и кулак со всей силой обрушился на незащищенный затылок противника. Удар был точен, как удар гильотины.

Клона бросило вперед с той же чудовищной скоростью, с которой он атаковал. Он врезался в стену камеры с глухим звуком. Бетонная плита дрогнула, но выстояла. А вот клон — нет. Он стоя согнулся у стены, застыв в неестественной позе, голова бессильно склонилась на грудь.

Тигра ухмыльнулась. Удар, который она нанесла по затылочной части, считался запрещённым, так как причинял в стопроцентных случаях непоправимый вред здоровью человека и мог спокойно убить. Затылочная часть считалась уязвимым местом, и даже лёгкий удар по ней мог вызывать серьёзные последствия, что уж говорить об ударе, который нанесла кошка.

Клон как минимум получил сильнейшее сотрясение мозга, ушиб головного мозга и даже, возможно, внутричерепное кровоизлияние. Сколько кости не упрочняй и сколько мышцы не тренируй, мозг у тебя всё равно останется прежним. Любые удары по нему, и ты легко выйдешь из строя.

Клон простоял в оцепенении с десяток секунд. Казалось, всё кончено. Но затем… он медленно, с трудом, как марионетка на тугих нитках, развернул голову. Его взгляд, всё такой же безумный и пустой, вновь нашел Тигру. И в нем не было ни боли, ни замешательства. Только та же бесконечная ярость. Десяти секунд хватило его регенерации, чтобы компенсировать несовместимое с жизнью повреждение.

— Какая выносливая сучка, мне нравится. А теперь иди к мамочке, — поманила его пальцем Тигра.

Просить дважды не пришлось. Клон бросился снова. На этот раз — как таран, без хитростей, всей своей массой. Уверенная в превосходстве после легкой, казалось бы, победы, Тигра допустила ошибку: решила принять удар в лоб, проверить силы. По базовым характеристикам клон был крепче и сильнее оригинала. Для Шелдона и Ахмадиева не стало сюрпризом, когда клон, врезавшись в Тигру, не остановился, а протащил ее через всю камеру и с размаху вдавил в противоположную стену.

Началась борьба. Рука в руку, мускулы вздулись под шкурой кошек. Тигра, упираясь, пыталась оттолкнуть эту безумную тварь. Клон, не издавая ни звука, только с бешеной силой давил вперед, пытаясь вдавить её в стену. В этом прямом противостоянии чистых сил оригинал начал проигрывать. Руки Тигры, дрожа от напряжения, медленно, неумолимо разводились в стороны. А на лице клона расползалась безумная ухмылка.

— Задолбало!

Удар пришёлся откуда никто не ожидал. Резкий подъём колена и острый удар Тигры в полную силу приходится ровно по паховой области клона. Копия согнулась пополам, а хитрая полосатая кошка только садистски улыбнулась, медленно обходя согнувшегося противника.

Удар в паховую область, ещё один запрещённый удар. Удар по паховой зоне женщин может вызвать не менее серьёзные последствия, чем удар по затылочной части. В паховой зоне находится много нервных окончаний, удар по ней неминуемо вызывает сильную боль и травматический шок. Вместе с болью приходят и проблемы. От сильного удара по этой зоне может лопнуть мочевой пузырь, необратимо повредиться репродуктивные органы, матка, яичники и маточные трубы зальёт кровью или они вовсе порвутся. Очевидно, после такого женщину, если она это переживёт, будет ожидать только бесплодие.

— Ты серьёзно обоссалась от этого? Какая же ты противная! — прорычала Тигра за спиной клона, заметив медленно образующуюся под ним лужу мочи вперемешку с кровью. — Мне даже противно теперь к тебе приближаться стало. Может, ты просто сама сдохнешь?

Во время разговора кошка зашла своей копии за спину и обхватила её шею рукой, бицепс и её предплечье надавила на одну сторону шеи, а запястье на другую. Вторая рука легла на затылок клона, фиксируя голову и создавая замок. Одним умелым захватом Тигра перекрыла сонные артерии противника, тем самым отключив поступление кислорода в мозг.

Сидя в луже собственной крови и мочи, постепенно приходящий в себя безумный клон почувствовал захват на своей шее, начал вырываться и сопротивляться, но против навыка и опыта обычная безумная сила не котировалась. Совсем скоро он поплыл и уснул, обмякнув.

В среднем человек в таком захвате выдерживает 5-10 секунд. Улучшенная копия Тигры боролась в захвате секунд тридцать и только после этого обмякла.

Кошачья женщина разжала захват и оттолкнула бесчувственное тело в сторону, подальше от зловонной лужи. Победа, по сути, была предрешена еще у стены, когда ей удалось вырваться. Грубая сила и живучесть вчистую проиграли навыку и опыту. Казалось бы, на этом одностороннее избиение должно было закончиться. Но разве была бы Тигра собой, если бы просто прикончила такого живучего противника, вдоволь не помучив его? Разумеется, нет. В глубине души она всегда была и оставалась садисткой, черпающей темное наслаждение в чужих страданиях. В этом она радикально отличалась от своих животных тёзок — тигров. Те убивали, чтобы выжить, а не чтобы получать от этого удовольствие.

Из-за того, что Тигра вовремя отпустила свою копию, избежав необратимых повреждений мозга, та довольно быстро пришла в себя. Уже через минуту она стояла на шатких ногах, пытаясь сфокусировать затуманенный взгляд. Грир бросилась на свою копию первой. Отработанные удары по рёбрам, подсечка, захват и бросок через себя.

Шелдон наблюдал за действиями Тигры и фиксировал каждую деталь. В ее движениях не было ничего лишнего — только чистая, отточенная за месяцы изнурительных тренировок техника. Каждый удар, каждый бросок, каждый захват говорил о прогрессе, колоссальном скачке от инстинктивного зверя к дисциплинированному бойцу. Эта демонстрация была лучшим доказательством эффективности ее обучения. Она победила не потому, что была сильнее, а потому, что была умнее и искуснее.

Прямо на глазах у Шелдона Тигра в очередной раз завалила противницу на пол и, устроившись сзади, сцепила вокруг ее головы свои длинные мускулистые ноги в “удушающий треугольник”. Постепенно сжимая бедра, полосатая кошка-садистка с явным, почти сладострастным наслаждением следила, как меняется лицо задыхающегося клона. Паника, животный ужас, отчаянная борьба за глоток воздуха — похоже, продолжительные избиения смогли всё же пробудить одурманенный наркотой разум клона и научить его заново бояться.

— Подчиняйся мне, сучка, или я буду снова и снова тебя душить, пока ты на инстинктивном уровне не начнешь ссаться при одном моем виде! — рычала Тигра, методично сдавливая шею клона мощью своих бедер.

— Я-я подчинюсь… — прохрипела копия, голос был поломанным, полным ужаса. Сознание снова начало уплывать в черную бездну кислородного голодания, и тело, предательски расслабившись, вновь описалось.

Заметив, что противница обмочилась, Тигра скривила губы в брезгливой гримасе и резко разжала ноги, чтобы не испачкаться.

— Если ты теперь моя послушная сучка, то подойди ко мне и встань на колени! — прорычала она тоном, не терпящим ни малейшего неповиновения.

Клон, шатаясь, попытался подняться, но хлесткий, точно вымеренный удар ноги Тигры снова отправил ее на холодный пол.

— Ты моя сучка, а сучкам не позволено ходить на своих двоих, подобно людям. Ползи ко мне, животное, — прошипела Тигра, и в ее голосе звучала сладость унижения.

Клон, сдавшись, опустилась на колени и, униженно склонив голову, поползла к ногам своей хозяйки. Грир внимательно, изучающе посмотрела на ползающую перед ней копию и снова скривила губы.

— Подними голову и посмотри на меня, — приказала Тигра, копия сделала то, что от неё требовалось. Она подняла голову и уставилась своими двумя звериными глазами на оригинал, за что поплатилась этими самыми глазами.

— Я же говорила тебе, что вырву эти глаза, если ты продолжишь смотреть на меня этим взглядом? — кошка перебирала в пальцах два теплых, скользких, окровавленных шарика, ее голос звучал низко и удовлетворенно. Затем она с легким пренебрежением отшвырнула их в угол камеры. — Теперь же надо подправить тебе твою внешность. Негоже, чтобы животное выглядело так же, как его хозяйка…

Тигра вновь напомнила всем наблюдающим, что под милой полосатой шкурой скрывается не зверь, а маньяк с глубоко искаженной психикой. Вопли, что раздались из камеры в следующие мгновения, были нечеловеческими. Их было слышно даже в коридоре — пронзительный, разрывающий душу визг существа, познавшего абсолютную, бессмысленную жестокость.

Шелдон благоразумно и вовремя отпрянул от монитора, не желая наблюдать за тем, во что превратилось испытание. Там не было ничего, кроме извращенной грязи. Он решил на время удалиться. Ахмадиев же, этот ученый с явно искажённой психикой, остался, мотивируя это “наблюдением за естественным поведением аномального объекта SCPM-002 без искусственно накладываемых ограничений”.

Издевательства длились долго — около шести часов. Уже под самый вечер Ахмадиев вызвал Шелдона обратно в комнату наблюдения, чтобы продемонстрировать результат. Стоило ли говорить, что зрелище было жестоким и глубоко аморальным? В этот раз Тигра, кажется, вышла на новый уровень изощренности, чему, видимо, способствовала феноменальная живучесть ее жертвы.

Шелдон пошел, чтобы забрать Тигру из камеры. Едва массивная дверь со скрежетом отъехала в сторону, как в него врезалась тяжелая, пахнущая кровью и терпким звериным мускусным запахом фигура. Она сбила его с ног и обвила мощными руками, прижала к горячей от напряжения груди и начала тереться щекой о его плечо, издавая довольное, низкое урчание. Огромная кошка наконец выпустила через жестокое насилие весь накопившийся стресс. На нее накатила волна странного, животного блаженства, смывая все тёмные мысли.

— Пошли, вернем тебя в камеру содержания, — почесал он ей за ухом, и в ответ услышал лишь усилившееся, вибрационное мурчание. С трудом, подчиняясь его легким толчкам, пребывающая в состоянии полнейшей релаксации Тигра позволила себя увести, послушно следуя за ним в свою клетку под непрекращающееся довольное мурчание.

……

Тем временем в камере содержания SCPM-004 царила гробовая тишина. Сотрудник службы безопасности, крепко сжимая в ладони рукоять аномального кинжала SCP-034, стоял напротив объекта. Бессмертная царица, подобно изваянию из темного песчаника, сидела прямо перед ним, абсолютно неподвижно.

Как обычно в последнее время, сотрудник по указанию ученых пытался выйти с аномалией на контакт, произнося тихие, осторожные фразы. И, как обычно, аномалия, приняв сидячую позу, полностью его игнорировала.

Назвать её “мумией” теперь было уже невозможно. За время нахождения в Пенсильвании она успела полностью “отъестся” в камере содержания, её тело обрело идеальные, плавные, песочные формы зрелой женщины. Несколько дней назад завершилась и внешняя трансформация: кожа по всему телу приобрела ровный, бархатистый шоколадный загар, а волосы, некогда светлые, ломкие и тусклые, стали густыми, иссиня-черными, укоротившись до плеч в форме безупречного каре.

Теперь перед сотрудником сидела не ужасная мумия в чужой коже и не изможденная девушка, а женщина поразительной, почти скульптурной красоты, с идеальной кожей и чертами лица, будто высеченными древним мастером. Лишь вечно закрытые глаза напоминали о ее прежнем, жутком облике.

— Кххх… кхх… кх… — неожиданно в гробовой тишине камеры раздался хрипящий, скрежещущий звук, словно давно не использовавшийся механизм пытался прийти в движение. Сотрудник СБ застыл как вкопанный, сжимая кинжал, и уставился на сидящую женщину. Ученые, наблюдавшие через камеры, тоже остолбенели.

Аномалия. Аномалия впервые издала звук! В комнате наблюдения через секунду взорвался тихий, сдержанный ликующий гул. Люди в белых халатах хватали друг друга за руки, обнимались, будто празднуя величайшее открытие века.

— Ḥmwt tꜣ ḥm.t-nswt tn ḏd.s n.tn: ı͗n n.s snf! — вдруг изрекли её чуть приоткрывшиеся, полные, спелые губы. Голос был низким, гортанным и властным.

Комната ученых снова погрузилась в экстатическое ликование, но теперь уже с практичным оттенком. Десятки мужчин и женщин бросились к терминалам, пытаясь найти в базах данных хоть что-то похожее, определить язык, перевести. Это был первый прямой контакт!

Сотрудника СБ по приказу немедленно вывели из камеры, чтобы лишний раз не тревожить аномалию. А вдруг в своем обращении она потребовала оставить ее в одиночестве? Рисковать было нельзя. Дверь закрылась, оставив Бессмертную царицу в тишине.

(Бессмертная царица, примерно как выглядит)

Автор:

Следующая глава пт-сб скорее всего ночью по МСК.

Глава сегодня чуть подзадержалась, планировал раньше выпустить, но кто же знал, что сразу же, как я вернулся с работы домой, заёбаный, местные закладчики решат преподнести мне сюрприз)))

Я являюсь старшим по подъезду и как бы в мои обязанности входит проверять чат подъезда и дома. Вижу от соседки в чате подъезда сообщение: "…в дом проникли закладчики, съездили на 9 этаж, налетели на моего мужа…" Сел за телефон и начал просматривать видеозапись с камеры наблюдения за последний час-два. Если кратко, то там пиздец.

Банда пиздюков лет 15–16 решили, видимо, подзаработать на раскидывании веса. Я не понимаю, нахрена кто-то из их кураторов скидывает адреса подъездов жилых домов. То есть им кидают адрес подъезда, и они должны в этот подъезд проникнуть и где-то на этаже скинуть вес в щиток, пожарку или ещё куда-нибудь.

Ключа у них от подъездной двери не было, они начали на себя со всей дури дверь дёргать в надежде разодрать магнит. Но я-то человек умный, ещё месяцев 8 назад магниты двери подъездной переставил так, что её с рывка теперь хрен откроешь. Ну короче, у них ни хрена и не получилось. Их потуги заметил мужик, начал снимать на телефон. Они сначала убежали, а потом, видимо осмелев, вернулись обратно и толпой налетели на мужика. Пока толпа с мужиком разбиралась, один пиздёныш с банды, ругаясь-угрожая бабушке с собачкой, проник внутрь подъезда, прокатился по этажу и сбросил вес. Потом они сбежали, видео с телефона мужика удалили, но вот мозгов додуматься, что на домофоне камера стоит, не хватило.

По итогу все их лица уже лежат в личке тг у участкового. Пришлось ещё, так как жильцов мало, по подъезду шарашиться, считай, одному и скинутый вес искать. Нашёл))) Два пака на 9 и 3 этаже. Снимать паки не стал, участковому написал, он пришёл в своё нерабочее время, стояли с ним репу чесали и думали, как с весом поступать будем.

Если кратко, то пиздюкам теперь, скорее всего, пизда. Так как, помимо моего подъезда, они додумались пробежать по всему дому, по каждому подъезду, видео с камер домофонов есть, и там, скорее всего, тоже паки скинули. Видели бы вы лицо участкового, когда я его осчастливил данной новостью. Ему же теперь все эти паки искать придётся)))

И вот если бы они не накинулись на того мужика у подъезда, возможно, до меня даже не дошла бы эта новость, и я бы не стал проверять камеры и подъезд.

А теперь, после того как я вас загрузил данной историей, хочется увидеть в комментариях, как вам эта глава зашла)))