• Boosty Shared
• Сорес

• T

• сорес
• колдун 11 мира

2 июля, 2013 год от рождества Христова.

Три дня спустя.

Бывший дворец Суртура, Муспельхейм, где-то на просторах бывшей Асгардскрй империи, Млечный Путь.

Муспельхейм полностью оправдывал свою славу горячего и недружелюбного мира. Расположенный на околоземной орбите и освещаемый яркой, для своего класса, красной звездой, он был идеальным местом для формирования жизни… Не будь сама планета так молода и не находись на стадии геологического формирования.

«Настоящий ад, каким его представляют евангелисты», — подумал я, медленно шагая по широким вулканическим пещерам, в которых смог бы спокойно протиснуться самосвал. — «Даже аналог демонов есть».

Последнее относилось к местной живности, которая хоть и выглядела как натуральные черти, но была безвредной, питаясь многочисленными минералами, рудами и вулканическим пеплом.

Что касается самого Муспельхейма, то он, вопреки всем здравому смыслу и законам физики, имел, на удивление, чистую и пригодную для жизни атмосферу, в которой мог дышать даже простой человек, не обладавший какими-то особыми способностями или сверхтехнологическими приспособлениями.

Скорее всего, это было заслугой тех самых существ, которые не только питались мелкодисперсным пеплом, постоянно вдыхая его и таким образом фильтруя атмосферу, но и выделяли кислород, постоянно формируя и укрепляя озоновый слой. Не будь Муспельхейм миром, где в любой момент могло начаться извержение какого-нибудь супервулкана или резко расхождение литосферных плит, устроив землетрясение тысячелетия, он стал бы идеальным местом для колонизации и заселения людьми.

А почему нет?

Мир молодой, богатый полезными ископаемыми, много утрамбованного пепла, насыщенного микроэлементами, необходимыми для роста растений, да и солнечный день здесь почти не отличается от земного. Лишь настроение немного подкачало.

«Правда, зная людей, они сначала истребят всех местных, впечатлившись их внешностью, а затем будут удивляться, почему здешняя экосистема разваливается», — подумал я, со смешком продолжив путь вперед.

Откуда у меня вообще возникли подобные мысли, настолько далекие от реальности?

Все просто — здесь было очень скучно.

Еще в первое посещение Муспельхейма, случившееся пару недель назад, между мной и хозяевами этого места было заключено соглашение: только я имею право ступать на эти земли, и никто более. Нарушу слово — и целая планета, доверху забитая огненными демонами, обернется против меня.

Я дурак, настраивать против себя будущих союзников? Конечно нет, даже если ради этого придется несколько часов побродить в однотипных коридорах местного, если можно так сказать, дворца.

Высокие резные колонны из матово-чёрного обсидиана, потрескавшиеся плиты, под которыми текла самая настоящая лава (сопротивлению огню рулит), широкие и длинные коридоры, способные вместить настоящего дракона… Любой земной археолог принял бы это место за древние руины, когда-то построенные в жерле спящего, а потом проснувшегося вулкана.

Но я видел — дворец был не просто обитаем, но за ним постоянно ухаживали, убирая пепел, пыль и прочие отходы местной жизни. Почему же всё было так запущено?

Ответ прост: это был стиль огненных великанов. Их ответ монументальным и величественным строениям асгарцев. Этакий жест, говоривший — "можете бесконечно строить свои дворцы, ковать мечи, развивать магию, завоёвывать миры, но когда-нибудь всё это падет, обратившись в пепел, став лишь напоминанием о былом величии".

«Жаль, что не получилось узнать всю историю взаимоотношений двух миров», — подумал я, продолжая идти по известным коридорам. Ядовитых газов и жара я не боялся. С первым хорошо справлялись местные демоны, а ко второму я был полностью устойчив благодаря маске Красного Дракона. — «Было бы интересно узнать, как дом асов превратился в летающий континент, а Суртур стал связан пророчеством о Рагнарёке».

— Может быть, потом… Когда всё это закончится?.. — задался я вопросом, но, вспомнив, что стоит на кону, помотал головой и продолжил путь дальше. Теперь я не мог повернуть назад. Никогда.

Идти оставалось недолго. Всего через полчаса я оказался на пороге огромной, занимавшей десяток футбольных полей, пещеры. В середине которой бурлило настоящее лавовое озеро, а рядом с ним находился трон, в котором сидела цель моего короткого путешествия.

— Леди Левантейн, — поздоровался я с великаншей, как только подошёл на достаточное расстояние, и склонил голову, выказывая уважение перед новой хозяйкой и владычицей Огненного мира.

— Красный колдун, — кивнула мне девушка, назвав именем, дарованным мне Суртуром при первой встрече, за цвет мантии и моих глаз. — Ты исполнил договор. Мой отец выполнил своё предназначение.

— Да, — ответил я, привычно заведя руки за спину. — Я своими глазами видел, как своим мечом он пронзил саму основу Асгарда, а затем расколол его, превратив в груду космического мусора.

— Хорошо, — сказала великанша, смотревшая на меня сверху вниз. Лишь немного уступая в росте Суртуру, она сидела на его троне и смотрела на меня своими жёлтыми, как бушующее пламя, глазами.

— Я рада за него.

— Надеюсь, наш договор в силе? — уточнил я, склонив голову. — Рагнарёк свершился. Асгард уничтожен. Асы истреблены. Надеюсь, и вы исполните свою часть договора.

— Да, — кивнула Левантейн, прикрыв глаза и проведя пальцами по подлокотникам отцовского трона. В этот момент было заметно, насколько он ей мал и непривычен. Привыкшая всегда быть на задних ролях, довольствуясь титулом "вечной наследницы", она была не готова в одночасье стать правительницей целого народа.

Жалкая и, одновременно с этим, грустная картина. Идеальная для меня, но не для огненных дьяволов.

Вообще, когда я явился сюда в первый раз, то ожидал тяжелой и продолжительной битвы, с непредсказуемым финалом и последствиями. Все же местный Суртур оказался гораздо умнее своего книжного оригинала, не став рассказывать о своем слабом месте и сразу призвав на помощь всю свою армию, окружившую меня и моих людей плотным кольцом.

Однако, выслушав представленный ему план и последующее за ним предложение, он сразу согласился, не доводя дело до битвы. Чем в немалой степени меня удивил, ибо в старшей Эдде он описывался как очень боевитый и взрывной великан, любящий хорошую драку, к которой я усиленно готовился. Вон, даже Коко и Каспера с Земли забрал в качестве подкрепления, но сначала случился Камень Души, а затем быстрое согласие Суртура.

Черт, даже вспоминать не хочется…

«Я бессмертен, как сами звезды, колдун», — ответил мне тогда правитель Муспельхейма. — «Моя судьба — сидеть здесь и ждать, пока не представится возможность одним ударом сокрушить Асгард, исполнив свое предназначение. Кто я такой, чтобы отказываться от подарка самой судьбы?»

— Мой народ поможет тебе, — сказала новая правительница огненного мира, отчётливо полыхнув глазами. — Клянусь тебе, в назначенный день наши легионы выступят на твоей стороне, а огненные недра поделятся своим жаром. Отныне и вовек ты, Красный Колдун, друг и товарищ для всего народа Муспельхейма. Никто не посмеет тронуть тебя. Никто не посмеет отказать тебе. Никто не посмеет оскорбить тебя. Так было, есть и будет, пока я буду восседать на троне и не исполню своё Предназначение.

— Предназначение? — заинтересованно уточнил я. — Как у вашего отца?

— Да, — ответила Левантейн, едва заметно кивнув. — Каждый член королевской семьи Муспельхейма рождается, дабы свершить вселенское правосудие. Например, уничтожить угрозу всему живому или наказать тех, кто восстал против великого порядка и его создателей.

— Как интригующе, — протянул я, почувствовав, что нащупал что-то очень интересное и важное. Что-то способное не просто спасти мне жизнь, но и не дать нарушить мои планы. — И кем же были эти создатели? Если не секрет?

— Вряд ли тебе что-то скажут эти имена, ибо они очень редко проявляют себя в реальном мире, — пожав плечами, ответила великанша. — Но в качестве жеста доброй воли я назову их. Наш создатель и хранитель — Харген Измеритель. Владыка звезд. Величайший из творцов — Незарр Счетовод. Спящая реальность. Тот, кто бродит во тьме — Эсон Искатель. Истребитель. Умнейший из бессмертных — Джемайя Аналитик. Воля всего сущего. И тот, кто олицетворяет правосудие во Вселенной — Судья Аришем, под прозвищем Верховный.

* * *

4 июля, 2013 год от рождества Христова.

Два дня спустя.

Ледяной дворец, безымянная пустыня, Йотунхейм, где-то на просторах бывшей Асгардскрй империи, Млечный Путь.

Те два дня, что потребовались, чтобы добраться до Йотунхейма, я провел наедине с собой в каюте, с бутылкой хорошего французского коньяка, "Книгой Мира" под боком и личным дневником, где были описаны все мои воспоминания о мире Марвелла и задумки на эту космическую одиссею, лишь изредка не вызывая к себе Коко и Малекит. С первой — посоветоваться, со второй — проконсультироваться.

Скажу правду: когда я услышал рассказ Левантейн, то с огромным трудом смог сохранить лицо. Узнать, что создателями огненных великанов были целестиалы, было неожиданно, с одной стороны, а с другой — давало подсказки ко многим вопросам. Например, происхождение Асгарда. Так, вызвав к себе Малекит и узнав, где изначально располагалась планета асов (альвы это знали, ведь обрели материальность незадолго до появления нынешнего Асгарда), я без удивления узнал в нем систему Затмение. Систему, где болталась отрубленная голова настоящего звёздного бога.

Совпадение? Не думаю.

Прибавим к этому пророчество о Рагнарёке, что уже не было чем-то естественным, и слова Левантейн, переданные им самим Имиром, первым великаном, то получим одну интересную теорию. Что асы, на момент пробуждения их целестиала, были настолько развитой и технологически продвинутой цивилизацией, что смогли не только спастись от уничтожения, отколов от своего дома весьма крупный континент и превратив его в этакий плоский мир, со своей атмосферой, гравитацией и прочими необходимыми мелочами, но и обезглавить убийцу своего родного мира.

«Наверняка затем пустив остальное тело на собственные нужды, превратив в могущественные артефакты или укрепив основу самого Асгарда», — подумал я, невольно усмехнувшись и поежившись. Холод в Йотунхейме стоял собачий. — «Голову же они наверняка оставили в качестве напоминания, что будет, если связаться с асами. Глупо и неэкономно, но очень хорошо вписывается в их логику общества, застрявшего в родоплеменном строе».

Главное — это сработало. Видимо, Аришем не стал лезть на народ, сумевший убить одного из звёздных богов, в первую очередь ценя собственную жизнь и своих сородичей. Вместо этого он посидел, подумал и решил создать огненных великанов — вечных врагов Асгарда, чьей главной задачей было уничтожение асов и, таким образом, устранение единственной угрозы для целестиалов в галактике.

«Звучит неплохо, но уверен, я упустил много важных моментов или полностью ошибся», — подумал я, едва заметно хмыкнув.

Как эта информация касалась меня? Напрямую. Раз целестиалы имеют такое большое влияние на Муспельхейм, то в будущем это нужно учитывать, если я не хочу получить удар в спину в самый ответственный момент. Это точно приведёт к корректировке планов, перестановке ряда фигур, необходимости провести пару новых интрижек, организовать подстраховку и задействовать больше ресурсов, чем я рассчитывал.

Вроде бы мелочь, а столько мороки.

«Надеюсь, хотя бы ледяные великаны не принесут мне никаких новых сюрпризов», — подумал я, переводя взгляд на хозяина этого места.

Ингур был старым, могучим великаном с седой густой бородой, закрученными усами, мускулистыми руками и сияющими голубыми глазами, показывающими, насколько крепка была его связь с ледяной магией.

Прямо сейчас он сидел на массивном каменном троне под охраной двух стражей, не уступающих ему статями, и не сводил взгляд с Ларца, который внимательно изучал маленький и щуплый йотун, испещренный тонкими белыми татуировками и держащий в руках длинный посох с навершием в виде головы дракона.

— Он подлинный, владыка, — после долгого колдовства над артефактом сказал он, даже не попытавшись скрыть, как тряслись его руки и слезились глаза. — Поздравляю вас. Ларец Древних Зим наконец-то вернулся на Йотунхейм.

Лица всех присутствующих стражей вытянулись, глаза расширились, а на их губах появились легкие, едва заметные улыбки. Мне не нужно было читать их эмоции или использовать магию. Я и без них знал, что они были рады возвращению величайшей реликвии своего мира не меньше народа Авраама, узнай они о нахождении скрижалей.

За исключением одного. Того самого старого йотуна, который понимал: за такую услугу придется платить. Очень серьезно платить.

— Ты сдержал свое слово, колдун. Вернул Ларец, — сказал он, вставая со своего трона и подходя вплотную ко мне. Учитывая, что ростом йотун превосходил два с половиной метра, картина получалась достаточно угрожающей.

— Надеюсь, вы сдержите свое, ярл Ингур, — ответил я, мягко, но холодно улыбнувшись, всем своим видом показывая свое отношение к таким маленьким психологическим уловкам, к которым прибегал местный провинциальный князек. Что сказать? Варвары-с, похуже асгардцев.

— Да, — через силу кивнул он, сморщившись. — Слово Ингура Свенсона нерушимо. Я обещал тебе любое желание за возвращение Ларца. Я его исполню.

— Хм… — На что я лишь злорадно хмыкнул. По какой причине я вообще отдал Ларец именно этому ледяному великану?

Причина проста: он был одним из слабейших претендентов на трон правителя Йотунхейма, который до сих пор оставался свободным после гибели Лафей. Напомню, инистые великаны — варвары даже по меркам асов. Ничего удивительного, что после гибели лидера, тысячелетия державшего свой народ в ежовых рукавицах и не оставившего законных наследников, началась всеобщая междоусобица.

Десятки царьков, сотни князей и тысячи банд свободно разгуливали по всей поверхности ледяного мира, вырезая всех встречных и набирая силы для финальной битвы за Ледяной трон. С таким раздольем найти и выбрать идеального кандидата, подходящего именно под мои требования, было вопросом пары дней и активного применения шпионских технологий темных альвов.

Ингур Свенсон, лидер племени Ледяной Скорби, подходил идеально.

— Мое желание будет простым, — ответил я, театрально разведя руки в стороны. — В назначенный день и час вы позволите одолжить силу Йотунхейма, выступив против моих врагов.

— Хм… — глубоко задумался старый вождь.

По своей натуре он был настоящим ледяным великаном: кровожадным, хитрым, уважающим право сильного. Но одновременно с этим у него были два качества, выделяющие его среди сородичей и позволившие стать вождем в мире жестокого матриархата.

Он на своей шкуре ощутил горечь нарушенных клятв, когда его супруга нарушила обещание и поплатилась за это жизнью, подставив под удар собственное племя, и терпеть не мог женщин. По его мнению, именно они развязали эту бессмысленную и кровавую войну, идущую лишь во вред Йотунхейму. Кровожадные, дикие, неуправляемые, грубые… Так он отзывался о девах йотунов, вызывая у меня настоящие приступы неконтролируемого смеха.

Великан-феминист наоборот. Даже звучит как неудачная шутка.

Подводя итоги, стоящий передо мной разумный обожал битвы, умел думать головой, был готов идти за сильным, железно держал свое слово и терпеть не мог противоположный пол. Добавить к этому Ларец, с которым он быстро сможет завоевать трон Йотунхейма, устранив других кандидаток, и получим фигуру, способную по могуществу поспорить с самим Одином.

Разве не идеальный союзник, особенно если предложить ему то, что хочет услышать любой уважающий себя рубака?

— Я принимаю твои слова, Виктор Хематьярсон. В назначенный день и час мы выступим на твоей стороне. Мы сокрушим твоих врагов мечом и топором! Клянусь молотом Бримира! — провозгласил Ингур, все хорошенько обдумавший и не нашедший подвоха. Ну захотел какой-то колдун ради власти или каких-нибудь волшебных цацок получить в свое распоряжение армию кровожадных ледяных великанов.

В чем проблема? Пусть ведет. Новые миры, новые битвы, новая добыча. Что еще нужно дикому и кровожадному народу, живущему на куске льда, едва способном удовлетворить их нужды?

«Нет, он точно подозревает меня в какой-то гадости, вот только не осознает ее глубину», — думал я, пока с улыбкой на губах пожимал лапищу будущего правителя Йотунхейма. Планеты, которая в скором времени отдаст гораздо больше, чем живущие на ней варвары могут вообразить.

* * *

8 июля, 2013 год от рождества Христова.

Четыре дня спустя.

Дворец Хеля, Хельхейм, где-то на просторах бывшей Асгардскрй империи, Млечный Путь.

Предпоследней остановкой в моей космической одиссее оказался хорошо спрятанный и ничем непримечательный мир, информацию о котором пришлось клещами вытаскивать сначала из архивов темных альвов, а затем — Тивана, оказавшегося неплохо информированным о делах божественных рас.

Хельхейм, или, как его называли асы, мир мертвых, носил такое название относительно недолго: всего три тысячи лет, с тех пор как на нем был заключен первенец Одина, вырезавший всех живших там разумных.

До этого он был известен под другим названием — Нифльхейм, родина гномов, величайших кузнецов этой галактики. Однако после того, как мир был завоеван, Один свернул свои походы и восстал Хель. В своем безумии и жажде власти, уничтожив всю жизнь на планете, гномы были переселены на Нидавелир.

«Этим объясняется малочисленность их расы, упомянутая в фильмах», — подумал я, медленно шагая по ступенькам местной твердыни, построенной явно не для людей. Слишком большие коридоры, широкие двери, высокие ступеньки. Было видно: дворец строился гномами для гномов, а его нынешний хозяин — лишь пленник, запертый здесь чужой волей и не способный выбраться. — «По крайней мере, так было раньше».

Сейчас бог смерти больше не связан волей Одина, однако Асгард, источник большей части его силы и могущества, уничтожен, что ставит крест на мечте выбраться из его тюрьмы.

«Посмотрим, как пройдут наши переговоры», — хмыкнул я, глядя на снующих вокруг клонов в форме VersaLife и идущих рядом Коко и Чикиту. Темных альвов я предусмотрительно брать не стал, ибо не знал, какую реакцию может вызвать у последнего аса присутствие старых врагов Асгарда. В том, что он их гарантированно распознает, я был уверен. Это не киношный Тор, который даже не потрудился изучить историю собственной расы.

— Думаете, будет жарко, господин? — с надеждой спросила идущая за моим правым плечом Чикита, кутаясь в свое любимое пальто. Хельхейм хоть и был теплее дома йотунов, но местные ветра, наполненные какой-то темной, дурной энергией, быстро пробирали до костей.

— Посмотрим, — ответил я, спрятав ладони в глубокие рукава мантии. — Здесь все мои планы и аналитика бесполезны, ведь затрагиваются материи, которые нам не подвластны.

— Все зависит от силы бога, — сказала идущая рядом Коко, накинувшая на плечи длинную белую шубу. — Будет слаб — свяжем и заберем с собой. Силен — попробуем договориться. Откажется — изобьем, свяжем и заберем.

— Жестко, но правда, — пожав плечами, согласился я, прекрасно понимая, что, скорее всего, пойдет по силовому варианту. Трудно ожидать другого, направляясь к разумному, в одиночку уничтожившему целый мир.

Так и случилось.

Стоило нам пересечь границу просторного, богато украшенного зала, на противоположной стороне которого виднелся огромный, не подходящий человеку разрушенный трон, как мы увидели его.

— Какая неожиданность… Смертные. Что вы забыли во владениях бога смерти? — прозвучал спокойный, полный величия и спеси голос.

С одного взгляда было видно, что Хель и Тор были родственниками: длинные светлые волосы, правильные черты лица, голубые глаза, сияющие от внутренней силы. Вместе с плотным, облегающим черно-зеленым костюмом, длиннополым плащом и массивной короной с многочисленными рогами, напоминающими паучьи ноги, это выглядело в какой-то степени красиво.

«И угрожающе, если почувствовать исходящую от него энергию», — подумал я, сразу поняв: будет сложно.

— Мы пришли за вами, многоуважаемый Хель, — ответил я, выйдя вперед, желая потянуть время и дать своим людям хотя бы немного времени подготовиться: составить план, распределить огневые точки, разойтись по залу. — Асгард пал. Отныне вы больше не пленник Хельхейма.

— Да, я почувствовал это, — сказал он, подняв ладонь, над которой заиграли зеленоватые искорки. — Мой дом мертв. Его сила развеяна. Всё, чего я достиг, все мои достижения и победы уничтожены.

Последний представитель королевской семьи ссутулился, глубоко выдохнул и бессильно обмяк на своем маленьком троне, собственноручно вырезанном из местных камней.

— Может, тогда отправитесь с нами? У меня есть для вас одно предложе… — начал было я свою речь, пытаясь заговорить асу зубы, однако был перебит на полуслове.

Ну как перебит? Прямо из пола вырвался черный, отдающий некроэнергией меч, остановившись в считанных миллиметрах от моей шеи.

— Тише, смертный, — произнес Хель, приложив палец к губам. — Я не разрешал тебе говорить.

После чего перевел взгляд на напрягшуюся и готовую сорваться в бой Чикиту, а затем на спокойную Коко, на лице которой не было привычной лисьей улыбки — лишь холодная, фарфоровая маска, не пропускавшая ни одной эмоции своей хозяйки.

— Хотя вижу, ты единственный, у кого хоть немного подвешен язык, — устало заметил ас, махнув ладонью и распылив свое оружие. — Говори. Что произошло с Асгардом? Как он пал, если мой отец до сих пор был жив?

— Случился Рагнарёк, — ответил я, про себя корректируя истинную силу бога. — Клинок бы я успел перерубить, спасибо Ловкости, превосходящей человеческие пределы, но вот беспомощным нашу цель точно назвать было нельзя. —Суртур попал в Асгард, добрался до Вечного пламени и разрушил Небесный мир, совершив предначертанное.

Шух …

Дзынь …

— Не лги мне, смертный, — раздраженно произнес Хель, в этот раз попытавшийся точно убить меня. Слава Богине, я был настороже и успел призвать Оружие Договора, отразив атаку. — Я знаю, что Один — старый дурак и размазня, но Всеотец не идиот. Он бы не позволил подобному случиться.

— Козни врагов, — ответил я, пожав плечами и начав бессовестно лгать. — Сам я был лишь простым гостем в Асгарде, успевшим вовремя сбежать. Однако мне удалось увидеть большую часть происходящего. В один момент из ниоткуда появились странные, доселе никому невиданные корабли и…

— Тихо! — приказал ас, практически на звуковой скорости метнув в меня кинжал, перехваченный выстрелом Чикиты. — Не хочу слушать о глупости своей родни. Все равно уже скоро окажусь рядом с ней.

После чего пленник Хельхейма встал с трона и медленно направился в нашу сторону, воплотив на ладонях два тонких, одноручных меча.

— Я знаю, ты пришел сюда не просто так, смертный, — сказал он, не меняя выражение лица, пока из боковых коридоров начал доноситься скрежет металла о камень с мерным пощелкиванием костей. — Не знаю, как ты узнал о моей темнице. Не знаю, зачем я тебе нужен, но принц Асгарда не может так просто сдаться.

Шух…

И один из клинков оказался направлен точно в мою сторону, в жесте вызова и готовности к неизбежному сражению.

— Бой есть лучший судья, мерило всего, — провозгласил бог, тело которого отчетливо полыхнуло мощью, не уступающей его младшей сестре. — Тебе дается шанс совершить великое деяние — убить последнего члена королевской семьи Асгарда. Давай, докажи, что достоин одолеть меня. Умри, став частью моей саги, или победи, отправив меня в Вальхаллу!

Взмах клинком, и в нашу сторону полетела настоящая стена из мертвенных лезвий, кликов и кольев, стремясь убить всех моих людей за раз.

«Не позволю», — отчетливо промелькнуло в моей голове, а на теле вспыхнуло заклинание шестого круга — " Облачение огня ". Напряжение, взмах — и в сторону Хеля летит настоящая огненная волна, опаляя и плавя большую часть снарядов, давая время моим людям нормально увернуться.

— Всем! План А! — крикнул я и, не обратив внимания на полетевшие в сторону аса синие лучи и пули, начал зачитывать вербальную формулу заклинания. — Отбрось оковы воли. Склонись перед моим зовом. Подчинение чудовища!

Одно из моих самых полезных и могущественных заклинаний, позволявшее взять под контроль любое существо, было сплетено за считанные секунды и отправлено в сторону бога смерти. Но…

Треск …

Стоило нити подчинения сформироваться, как она была сразу разорвана, тратя мой высокоуровневый Таинственный арканум впустую.

«Черт… Смог сбросить его», — выругался я сквозь зубы. Вот за это я и ненавидел систему D&D. В ней каждый бомж мог с вероятностью в 5% избежать любого, даже самого высокоуровневого заклинания.

Мне везло, и такие эксцессы происходили достаточно редко, в основном во время наложения Обетов на менеджеров Abstergo Industries, но бывали исключения, заставлявшие лишь бессильно скрипеть зубами. Такие, как Домино при нашем первом знакомстве, или Хель, умудрившаяся сбросить с себя путы контроля.

А это значило, что придется прибегать к другому, гораздо менее надежному и нравившемуся мне плану.

— Неудача! — воскликнул я, вызывая из Сосуда Гения Маску Красного Дракона и в одно движение надевая на лицо. — Коко! Обращаемся!

— Поняла! — ответила дочь, сверкнув своими голубыми глазами.

Спустя мгновение в бывшем тронном зале Нифльхейма появились два огромных белых дракона, чье дыхание одновременно обрушилось на их врага, совершенно к такому не готового.

— ГР-А-А-А-А!!!

Всем привет. Прошу прощения за задержку. Вчера решил прочитать одну интересную книгу и капельку увлекся. Сел в 4 и смог оторваться лишь 7. Утра. В общем мой очередной литературный запой.

Надеюсь глава вам понравилась. Дальше будет больше. Мы потихоньку приближаемся к развязке. Думаю еще глав 10-12 и книга подойдет к концу.