— Тиглат Вавилонский. Прибыл согласно контракту, — я спокойно стоял перед чиновником корпуса. Тот, услышав имя, коснулся пальцем бумажного листа, на который мгновенно выползла вся информация обо мне. Удовлетворенно кивнув и поставив отметку о дате моего прибытия, мужчина повел рукой: надписи исчезли, вернув бумаге девственную белизну.
— Вам надлежит пройти восстановительный курс, мэтр. Приступайте. Через пять дней вы получите назначение.
— Конечно, — я кивнул головой. — Принял, — добавил через секунду. Реально нужно. Полгода прошло, а я даже отзываться правильно перестал.
Чиновник больше меня не задерживал. Выйдя из помещения, я смог лицезреть вид на пристань с несколькими кораблями: с верха холма, где располагались административные здания, вид открывался вполне себе приличный. Где-то вдали виднелся край берега первого острова-полигона.
Восстановительный курс… Медицинское освидетельствование, укрепляющие зелья. Дальше ряд тренировок и тренировочных боев, краткий коллоквиум по тактике и базовым знаниям. Не для переэкзаменовки, а для того чтобы освежить в памяти. Нельзя же человека сразу в какое-нибудь гуано пихать? Сначала надо убедиться, что боец, который в свой законный отпуск мог валяться под финиковым деревом и плеваться в море косточками, не забыл, как кидаться огненными иглами.
Я вздохнул. Делать все равно больше нечего: проще было отправиться в медицинский блок и дальше к куратору. Надеюсь, меня снова определят в группу Ортинума и Кларны. С учетом численности ее могли расформировать или переиграть состав, но все же было бы неплохо.
В медцентре я прошел курс микродозинга алхимических эссенций: полуучил прямые уколы в кровь соответствующих концентратов в микродозах, чтобы поддержать организм и подготовить к приему полноценных порций. По регламенту ЭКЧ требовалось около семи-десяти дней на восстановление бойца после отдыха: зелья, включая базовые эссенции корпуса, полосы препятствий, спарринги, отработка базовых тактических действий. Просто восстановление навыков, ничего больше. Первый день я этим и занимался, относительно лениво гоняя по полигону пару големов своим посохом: несмотря на хороший уровень сложности, физические нагрузки не то что измотать, но даже напрячь меня просто не могли. С моими выносливостью, концентрацией жизненной силы… Без шансов. Да и техника боя у големов была ниже Шак‘Чи на порядок. Пусть их и было двое, а в пик вообще выпустили еще троих разных форм, но обезьян задавал настоящего жару а тут — так, баловство.
Следующий день уже заставил попотеть — начались учебные бои и марш-броски с препятствиями учебного плана и иммитациями боевых условий в сводных группах: новобранцы и такие же вернувшиеся после основного цикла смены личного состава, как и я. Нас мешали в группы случайным образом и заставляли работать в них. Про Ортинума я успел узнать только то, что он сейчас за пределами Парифата, так что встретиться нам, судя по всему, не светило.
А вот на третий день начавший становиться привычным распорядок был резко нарушен. Поступил вызов по личному слову-ключу, присвоенному ЭКЧ. Мой студенческий по обмену действовать перестал после окончания стажировки. Дожевав пирожок и вытерев рот, я прямо из столовой принял сигнал и оказался перед столом куратора. В помещении больше никого не было. Перед мужчиной лежал пупярь.
— Тиглат Вавилонский?
— Он самый.
— Ознакамливайся, зайду через часа два… От занятий ты освобожден — результаты очень хорошие, а времени не так много.
Я лишь пожал плечами: я вне основного состава терции, так что такие закидоны — это нормально. Любое срочное задание или еще какая ерунда ложится именно на нерегулярный состав, чтобы максимально его использовать. Логика руководства понятна: регулярный состав терции, скажем, по десятилетнему контракту, он всегда будет под рукой.Его нужно кидать в первую очередь в тщательно спланированные операции, чтобы нести наименьшие потери. А вот нас, таких как я “полугодников” надо использовать наоборот максимально… Прошлый срок меня, видимо, зачислили в группу к Ортинуму и натаскивали, как и всех остальных, а в этот я явно перешел в какой-то новый “ранг” внутренней иерархии с точки зрения боевого потенциала. логично. Так-с… Что тут у нас… Твою… Налево.
ЭКЧ не изменял себе — очередные суховатые строчки, отдающие канцелярщиной. Но зато очень четко и по полочкам описывают ту задницу, в которую меня собираются впихнуть. И кто бы сомневался — что мне подгадило! Энки! Я жрец светлого божества с возможностью Очищения, что априори делает меня идеальным кандидатом для предполагаемой миссии с идеальным порогом живучести! Класс…
Мир назывался “Террикон-12056/62”. Что за численное обозначение — я не понял: впервые такое встретил. Да и в принципе — находился он довольно далеко, в четырех переходах от Парифата. А вот задача собираемой группе предстояла, говоря мягко, со звездочкой.
Согласно предлагаемой справке планета была техногенной. Это означало одновременно легкую прогулку и тяжелейшее испытание. В ЭКЧ изучали базовые технологические системы вооружений. Существовала шутка, что маг — существо для обычного человека неуязвимое, но только пока не попадает под тяжелый пулемет. Плазменное вооружение еще опаснее — это уже традиционно разогнанный до неадекватных скоростей плотный снаряд с температурой в тысячи градусов. Такое любили многие техногенные цивилизации и эти штуки пробивали немалую часть стандартных магических защит. Еще из опасностей были часто роботизированные системы, которые били идеально точно, крайне эффективно и слабо распознавались, не будучи живыми…
Но это все лирика. Большую часть из перечисленного встретить нам не предстоит, потому что “Террикон-12056/62” или просто Террикон был миром скорее павшей, чем развивающейся цивилизации. В нем местные додумались до технологии, позволявшей проводить эксперименты с метафизическими энергиями. Здесь сводка ЭКЧ давала лишь ряд предположений: от какой-то местной сложной формы эфира до низкореального хаоса, который они сумели использовать для построения экспериментальных реакторов. Действительность же такова, что все без исключения точки, где предположительно строились промышленные образцы этих махин, стали центрами аномальных зон с целым сонмом интереснейших и практически на сто процентов летальных для жизни эффектов вроде “перезагрузки” отдельных кусков территории время от времени путем каких-то темпоральных искажений или еще чего.
Но это было полбеды, как и просто безумное количество вооружений на руках местных. Самое дрянное- это появление в мире двух существ, которых ЭКЧ даже квалифицировать как-то не мог. В справке четко не указывалось даже их происхождение: местное или закромочное. Единственное, что было известно точно: они крайне опасны, являются отдельными сверхсознаниями, строящимися по принципу коллективного, имеют демоническую природу, уже прикончили исследовательскую роту ЭКЧ в полном составе.
Первая сущность была крайне непонятна, но имелся ряд подробностей: крайне слабое влияние на интегрированных членов, сверхлегкое заражение, основание на физической структуре типа гриба. То есть, проще говоря, что-то вроде плесени непонятной степени разумности, споры распространяются по воздуху, заражает практически гарантировано, почти не влияет на зараженное существо. Наоборот — увеличивает физические характеристики и в большинстве случае вызывает мутации. какие-то зачатки сознания или инстинкты точно имеет. Во всяком случае захват первыми группами нескольких мутантов и попытка их исследования на месте вызвали шквал агрессии от окружающих мутантов по местности.
Вторая — еще более неприятная, но про нее известно больше. Именно она уничтожила большую часть роты Чудовищной Терции. Это существо “центром” точно обладала, строя себя однозначно не как рой, а как коллективный разум вокруг центрального узла. Довольно агрессивно “заражало” местных, в основном людей. Сознание подавляло жестко, заражение происходило менее эффективно, способ ЭКЧ не выяснил, но вероятнее всего — каким-то образом, связанным с плотью других зараженных, Особенное предупреждение было про кровь: ни в коем случае с ней не контактировать. Классические зараженные приобретали со временем вытянутую форму грудной клетки и гибкое жало, способное бить изо рта на расстояние до двух-трех метров. “Объект Х”, как был обозначен центральный узел, он же, вероятно, “нулевой пациент” имел чрезвычайно мощные ментальные способности. В основном, правда, атакующие: шум, сведение с ума, галлюцинации. Защита разума была обязательной.
“Объект Х” и “Объект К” действовали на разных континентах, первый считался кратно опаснее, так как сумел перебить бойцов ЭКЧ, в отличие от второго. Плесень являлась штукой аморфной. Демоническая природа достоверно была установлена только у “Х” — это точно был демон. И самое обидное было в том, что он не был таким уж выдающимся с точки зрения силы: очень быстр, ловок, великолепно применяет свои способности, силен. Группа ЭКЧ оказалась в западне вследствие исключительно эффективной тактики зараженных, от которых не ожидалось слаженных действий, их огромного количества и мощных ментальных ударов. Ну и применения технологических средств поражения. В чем-то могу понять тех ребят: сложно ожидать от мутанта с длинным жалом, бегающего на четвереньках, что тот достанет бластер и начнет по тебе стрелять. Ну или кинет гранату, ага.
Основной опасностью в справочном материале виделось заражение “Объектом Х” всей территории планеты. С учетом масштабов его деятельности — шансы были велики. Техногенные цивилизации отличаются высокой плотностью населения даже на ранних этапах развития. И это была наибольшая проблема: на что способен демон, который получит контроль над миллионом душ? Даже если он демон новорожденный. А если над десятью миллионами?... Нюанс в том, что до катастрофы население Террикона оценивалось в районе десяти миллиардов. И массовые взрывы экспериментальных реакторов случились всего около трех-пяти лет назад. Это значило, что не так уж далеко от Парифата могло появиться существо очень неоднозначное, которое мало хочется иметь под боком. В случае Парифата оно было не совсем под боком, но в отличие от того же Иммертала с Парифатом их не разделяло несколько трудно преодолимых и мало пригодных для жизни миров. Прямая дорога до Иммертала занимала восемь переходов по населенным и пригодным для существования измерениям. А тут — всего четыре вполне себе подходящих мира. Если вдруг эта дрянь вырвется за пределы родного измерения, то распространяться точно станет именно в этом направлении.
Нанимателями здесь выступали маги Тир’Йона — они находились по соседству и не спешили лезть в это место самостоятельно. Могу их понять. Задача формируемой группы была максимально простой и сложной одновременно. Явиться на Террикон, максимально быстро выйти на след “Объекта Х”, ликвидировать его, запечатать и вывезти останки, оценить влияние на другие части “Объекта Х” — других зараженных — по возможности. Проще говоря, нужна была максимально эффективная, быстрая и мобильная, жесткая по структуре группа боевых магов с упором в демонологию и ликвидацию заражений различного толка. Еще бы меня туда не взяли…
Материалы я изучал еще долго. Смутные образы зараженных, которые получилось воссоздать в разных формах, записи выкидывания жала, крайне краткие результаты анализа наблюдений за заражением разных форм, особенности аномальных зон, которые удалось выяснить, информацию о политическом устройстве до катастрофы и имеющихся вооружениях…
“Ознакомился?” — Голос куратора зазвучал в голове после принятия вызова.
“Да.”
“Давай на шестой полигон, наши умельцы сумели сделать имитацию объекта. Повторяет способности частично. Попробуйте хотя бы с ней пока поспаринговать. Группу все еще собирают.”
“Буду через десять минут.”
“Принял.”
Я со вздохом потянулся. Лениво так, протяжно. Мышцы у меня не особо затекали — тело превратилось в рабочий и эффективный механизм для выполнения самых разных задач очень давно. Но все-таки небольшую волну истомы вызвать получилось. Я почему-то чувствовал, что в ближайшее время расслабиться у меня не выйдет никак. Мозг просто тянул время. Секунду там, секунду тут… Встряхнувшись, я сбросил наваждение. Постепенно сознание, переключившееся в режим расслабленной благодати после перехода на Парифат, начало из него выходить. Я сосредотачивался. Готовился мысленно к предстоящей миссии. И сейчас случился тот переломный момент, когда лень и нега ушли окончательно. Произнеся слово-ключ полигона, я перенесся в нужное место. В руках возникли жезл, посох.
— Тиглат Вавилонский. Прибыл.
— Хорошо. Вот и ваш номер один.
— Я первый?.. — Я малость растерялся. Куратор кивнул на группу. Ну как — группу. Пару человек. Вглядевшись в их ауры, я мысленно покачал головой. Мужчина. Сильнее меня, но не слишком сильно. Он был бы, наверное, величайшим из магистров на моей родине, но именно магистром. По уровню… Немного выше Халая Джи Беш. Во всяком случае — по мощи ауры. Ощущение цвета — фиолетовый, багровый. Звуки интерпретировались как тихое, но низкочастотное неприятное жужжание, гул, треск… Не знаю, как это даже назвать… И женщина. По силам — ненамного слабее меня. Аура ровная, светлая. Магия света?.. Если да, то это очень кстати.
— Нулевой, — куратор кивнул мужчине. Тот заговорил:
— Я нулевой. Группа будет распущена после завершения задания. Меня зовут Абрэмо Альякелли. Наша прекрасная напарница, — брошенный взгляд на женщину дал понять, что равнодушием тут и не пахнет, — Аллисия Окальтьети.
— Бриароген? — Я усмехнулся.
— Я из Варианогена, — мужчина покачал головой.
— Ясно. Принял. Командуй, — мне было все равно.
Если ЭКЧ собрал именно такую группу, значит дела либо совсем плохи, что маловероятно, либо на то есть какие-то причины. Откровенно говоря, на ударный отряд мы не особо тянули. Зато были однозначно крайне мобильны. Ортинум сейчас точно пришелся бы к месту как нельзя лучше: его мощь и способности были прекрасно применимы для наших задач. А еще — с архимагом во главе мы как раз добрали бы нужный уровень боевой мощи, чтобы вломиться куда-то и быстро уничтожить цель. Но что поделать.
На полигон мы явились спокойно. По пути Абрэмо объяснял особенности работы. Мне этот мужчина нравился мало: он на уровень слабее был прошлого командира… И внешность не самая приятная: крупный, челюсть квадратная, волосы вьются, но подстрижены коротко. Шире меня в плечах и мускулистее. От женщин, наверное, отбоя нет, но все равно неприятное что-то сквозит.
— Я занимаюсь площадными конструктами, множественными целями. У меня всего одно заклинание по твоим меркам, но оно универсально. Мой метод восполнения маны — эмоциональный. И покуда я не истощу свои эмоции, маны во мне не убавится.
Я молча “мотал на ус”. Становилось малость понятнее, почему именно этот маг встал во главе группы и почему группа именно такая. Мощи и запаса маны ему немного недостает, но… Если все так, как он говорит, то он едва ли не опаснее Ортинума. Пока эмоции не истощатся… Знавал Шумер одного такого чародея. Знавал так хорошо, что дал занимательное прозвище: Хана Всему Живому. Архимаг Арза сочетал в себе несколько пренеприятнейших качеств для любого противника: он был крайне мощным в плане силы своих чар, крайне быстро из создавал, и, Пазузу сожри Ингу, создавал их крайне много. истощить Арзу могла только Длань Шамаша, да и то — много меньший был срок того истощения, чем у любого другого мага.Даже когда великий архимаг ослеп, он не перестал быть лучшим из дуэлянтов Шумера. Его даже Алкелалол Урский победить не мог, а он стал лучшим в Шумере сразу же после гибели Арзы. И вот как раз Арза-то и черпал силу из своих эмоций. Презанимательнейший метод, позволявший шестое начало использовать для подпитки седьмого. У метода этого свои особенности и риски, но черпать ману из собственных эмоций — это быстро, много и карайне эффективно, если научиться это делать нормально.
Касательно же универсального заклинания… Я подозревал, что столкнусь с чем-то, подобным школе базовых чар Те-Кемет. Если это что-то площадное, а наш напарник и командир владеет этим достойно, то Абрэмо буквально может взять под контроль приличную площадь пространства вокруг себя, творить на ней все, что душа пожелает, в рамках действенных способностей своих чар. Хорошо…
— Аллисия моя противоположность. Дальний бой, точечное воздействие…
— Я концентрирую когерентные пучки света и использую магию света, включая Светлый Взор, — на мой вопросительный взгляд она пояснила, — Модификация Чистого Взора. только эти чары концентрируют давящее воздействие стихии Света дополнительно. В отличие от Чистого Взора — эффективны в применении одиночкой против даже сильной цели, но требуют очень высокого уровня концентрации.
— Ясно, — я кивнул головой. — У меня полный набор универсала: транслокации разных типов, раздвоение, ближний бой с применением чар, молнии и ряд противодемонических воздействий.
— Ты впереди. По возможности — вступай в бой только после того, как я возьму область под контроль. Аллисия наносит точечные удары у тебя из-за спины.
— Логично, — я кивнул.
— Четко давай. Отдых закончился, ты снова в боевом составе.
— Принял.
— Хорошо.
Мы дошли до центра полигона. Там уже стояло нечто человекоподобное, закрытое по большей части огромным халатом… Плащом? Странная фигура, в общем. и большая. Я ей по живот головой достаю. Настоящий гигант, если он имитирует человека, конечно.
— Начали! — Куратор стоял в отдалении за пленкой защитного поля. Тренировочный полигон как-никак.
Тварь рванулась вперед с огромной, надо сказать, скоростью. Он был быстрее Шак’Чи, а это показатель. Я, встав несколько впереди новых товарищей, едва-едва успел среагировать. точнее — я бы и не успел. Но Предвестник уже работал на максимум, позволяя мне предугадывать удары, компенсируя несколько более низкую скорость. Дыхание сразу стало быстрым-быстрым, а мышцы от резкого начала работы начали гудеть. Но ничего критичного. Жизненная сила буквально пульсировала в теле, не позволяя ни устать, ни ослабнуть.
Очередной удар голема я принять эффективно не успел: ударившее из каменной пасти жало едва не пробило мне череп, а тело оказалось застигнуто в точке неустойчивого равновесия мощным ударом когтистой рукой, пришедшейся прямо на центр подставленного посоха. Словно валун в меня влетел… Толчок был подобен по силе врезавшемуся в тело быку. И будь тут кто другой — его бы неприменнопросто бы сломало, превратив кисти в кашу и раздробив как минимум лучевые кости около запястий. Но мое тело было малость крепче.
Предвидя удар за полторы секунды, но ничего не успевая сделать физически, я лишь выдохнул слово-ключ с Малым Исцелением, восстановив руки еще до того, как моя задница коснулась песка полигона, вынудив тело сделать еще кувырок назад. Мгновенно сблизившийся голем получил сразу три удара: Звуковым Резонансом от меня, ослепительно-белым, словно прорезавшим реальность и даже не казавшимся настоящим лучом от Аллисии, и вспыхнувшим багровым пламенем воздухом от Абрэмо.
Территория вокруг вообще преобразилась… Я чувствовал поток чужой силы и внимания, а в воздухе то и дело появлялись красно-черные искорки. Где-то атмосфера искажалась… Словно над пламенем костра. С момента начала боя прошло-то всего ничего: секунд десять. Округа уже была взята под контроль. Силящийся встать полуразрушенный моим резонансом голем с прожженой грудиной буквально опутывался плотными, словно бы материальными, плазменными канатами, появляющимися то тут, то там. Без шансов.
Вокруг голема начало распространяться багровое пламя, постепенно переходящее в ярко-алый, а затем и вовсе — в белый цвет. Жар был столь силен, что даже с семи-восьми метров мне пришлось прикрыть лицо рукой: обжигало кожу.
Еще с треть минуты Абрэмо самозабвенно жарил голема, пока тот, частично оплавившись, а частично осыпавшись пеплом, вовсе не развалился на мелкие камушки, из которых и состоял.
Защитное поле опало, куратор шел внутрь. Пару раз он даже хлопнул в ладоши:
— Прекрасная работа. Хотел бы сказать я… Но нет.
— Очень быстрый, — Абрэмо покачал головой. — Команду вы подобрали хорошо, — взгляд на меня.
— Да, Исключая более высокие ранги, в Корпусе не так много подходящих для ближнего боя с такими противниками бойцов. Здесь вам повезло. Но случись нападение с другой стороны — и выжил бы только Тиглат. Скорее всего — телепортировавшись, потому что вокруг “Объекта Х” было бы множество других мутантов. Послабее, но очень, очень многочисленных. И без способностей номера ноль не так много шансов у кого-то из вас, — он кивнул нам с Аллисией, — их уничтожить или сдержать, — я мысленно поморщился.
Недостаток маны. Все упирается в недостаток маны. Я могу прикончить практически любого противника, который мне только может встретиться. исключая высших демонов, могущественных джинов и прочих монстров такого уровня. Но я слаб, когда против меня множество слабосилков. Массовые атаки доступны, но разово. Два раза… Три… А потом все — только кулаками отмахиваться. Можно пользоваться накопителями, конечно. Да вот беда: они неудобные, недолговечные, да еще и имеют ограниченную скорость передачи. Нельзя мгновенно подпитаться от накопителя. Просто вот взять — и напониться маной. Если он не связан с каким-то мощным проводником, конечно. требуется минута-две… Накопители у меня и так есть: жезл немного хранит, экипировка ЭКЧ имеет мановые накопители не самого большого, правда, объема. Раза в полтора мой запас увеличен, но на этом и все. Можно взять больше, конечно… Но там свои сложности. И в случае реально большой армии это не поможет. Что я сделаю? Применю испепеляющий Вал не десять раз, а тридцать? Или сорок? В случае действительно массовой проблемы это не поможет.
— Он не кажется слишком уж опасным, — девушка покачала головой.
— Так это просто голем. Он имитирует только физические способности вашей цели. да и то — не все. Точно известно, что, выйдя на первую группу, он применил ментальный крик крайне высокой мощности. Убил группу он по большей части жалом и когтями, пока она была дезориентирована. Кто-то потерял сознание. Сила ментального удара превысила ожидаемые показатели при планировании задания в восемь раз.
— У нас ведь будет нормальная защита. Что он еще умеет — вы не знаете?
— Нет, — мужчина пожал плечами. — Вам это узнать и предстоит. Мы подготовим еще два тренировочных стенда, сделаем имитацию мутантов попроще, позовем кого-то не слишком сильного с ментальными способностями — он будет имитировать удары по вам без защиты. будем надеяться, что шлемы Корпуса справятся с нагрузкой с помощью дополнительных модулей, но лучше хоть как-то вас подготовим.
— К группе больше никто не присоединиться? — Я приподнял бровь.
— Нет… Если вы поймете, что не справляетесь, то отступите любыми способами: информация сейчас важнее уничтожения цели.
— А… Понял, — ну да. Не хотят рисковать более сильными магами или подготовленными отрядами. Составили разведывательную ячейку из резервистов. А дальше — наша задача просто не помереть. добудем информацию. Выполним все правильно, станем большие молодцы. Логично, чего уж там.
Я был бы рад перед заданием отлучиться куда-то… Да в тот же Калладиан. Но Человекия для ЭКЧ делала только ограниченную визу. Персональное слово-ключ действовало только внутри корпуса, перемещения ограничивались островами… Короче — Парифат в глобальном смысле был для меня закрыт. Но была открыта доставка и удаленные покупки. Хоть что-то.
Впрочем, прикинув финансы, я быстро понял, что мне особо ничего серьезного не светит, а ширпотреб… Ну вот на кой мне дорогие ткани из модных ателье с защитой от дубликации или изысканные блюда ресторанов с поварами-алхимиками? ЭКЧ пользовался чудесной технологией временной трансфигурации еды, в основном пытаясь накормить своих людей крайне полезной питательной пастой со всеми нужными человеку компонентами. Фокус был в том, что предварительно она трансформировалась временными чарами во что-то вкусное, возвращая себе исходный вид уже в желудке. Несотворенная питательная пища с рассчитанной калорийностью, микроэлементами… В виде любого блюда, какое только можно пожелать. Идеально.
Так что расслабленность и предварительный отдых были отброшены — оставшееся время я тратил на отработку командного взаимодействия, совместные тренировки на полигоне и тактические уловки, которые мы отрабатывали под руководством куратора после рекомендаций аналитического отдела. Трое полных суток нам дали на подготовку, а затем просто повели через портальные станции по торговому полузакрытому маршруту Человекия-Тир’Йон: время, судя по всему, поджимало.
— Я так быстро еще не преодолевал столько миров.
— Демоны, — Аллисия поморщилась.
— Пропускной пункт держит барон Гъяллаят из Паргорона, — Абрэмо пожал плечами. — И здесь нам либо сражаться с ними, а это бесполезно, либо платить.
— Чем вы заплатили, кстати? — Я с интересом глянул на нулевого. Мы только-только сошли с последней портальной станции, которая представляла из себя старые каменные аутентичные врата, явно созданные довольно давно в качестве авторского индивидуального творения. Но ставшие по забавному стечению обстоятельств частью более длинного маршрута межмировых путешественников. Не все же могут скакать через Кромку аки блохи? Это даже высшие демоны не все умеют. Да и результат может быть непредсказуем. Переместишься еще в жерло вулкана… Так что маршруты чаще составлялись через реперные стабильные точки вроде портальных станций или других стационарных переходов. Предпоследнйи как раз принадлежал Паргорону, как оказалось. И демоны вполне успешно брали дань за его открытие и проход, мирно живя и контролируя локацию.
— Прана, кровь, — мужчина махнул рукой. — Они обычно берут жизненную силу. Не слишком много, если можешь сам открыть проход, — я кивнул: логично, что мана наша. Не станут демоны утруждать себя за мелкую плату постоянными активациями перехода.
Суммарно путь до Тир’Йона занял меньше суток, что, сравнивая с прошлыми нашими переходами с Ортинумом, было чрезвычайно быстро. Хотя тут и точка назначения была рядышком…
— Группа Корпуса? — К нам подошел маг уровня мастера в синем свободном балахоне. Интересная аура: переливается множеством разных цветов.
— Именно.
— Мы подготовили все для отдыха. Завтра с утра мы поможем вам выдвинуться через наш участок Кромки. Сейчас она активно укрепляется.
— Вы что?.. — Я подумал, что ослышался. — Укрепляете Кромку?..
— Да.
— Первый, не спрашивай, — Абрэмо покачал головой. Я с легким раздражением покосился на него, но промолчал. “Не спрашивай”… Ну не ответит он мне — и что? Зато если хоть что-то ответит, то…
Нет, подумать только! Они УКРЕПЛЯЮТ Кромку. Как это вообще возможно? Это даже на Парифате не делается вроде бы! Или делается… Что я вообще знаю про такие вещи? Только то, что на Парифате достаточно активно действует имперская служба миграции, которая жестко и быстро пресекает попытки нелегалов попасть на Парифат неофициальным путем. И все. Впрочем, Тир’Йон — это именно тот мир, у магов которого хватило знаний и могущества наложить на всю планету мощнейший ритуал, который даже сильнейших демонов низводит кратно. Вплоть до того, что высшие демоны в большинстве своем тут просто не выживают: я точно знаю, что на Тир’Йоне проводят эксперименты над Эг’Мумиями Лэнга, к примеру. Те, кто сюда попадают, теряют в силах раз в пятьдесят примерно. И становятся слабее обычных магов. Поэтому, кстати, выходцев из этого мира нечасто встретишь за его пределами: они предпочитают сидеть дома, а если выходят, то далеко не всегда возвращаются: когда тебя не любят все темные миры в округе — это сказывается на выживаемости.
Природа этого удивительного места, кстати, ничуть не впечатляла. Словно бы я на Землю обратно попал.
— Идем, — Абрэмо кивнул.
Нельзя сказать, что я устал, хотя на самом деле — переход меж мирами утомителен. Не критично — один переход даже незаметен. Но два-три подряд… Тянуло в сон немного. обычный человек после третьего бы отключился почти сразу, как дополз бы до кровати. Я же, сидя в выделенной мне комнате, просто весь вечер копался в виртуальной книге, просматривая все то, что успел туда напихать. Забавно. Наверное — она сравнима сейчас по объему с библиотекой Гильдии. В ней все равно больше, но не сильно уже. Не на порядок — точно. Просто перепиши я все это на обычный папирус — и уже можно было бы идти защищаться на магистра… Сразу десятком человек. Всем бы хватило материала.
Меня интересовали в основнмо артефакторика, спиритизм, вольтование, наука о материалах, магия духа… Я пытался прикинуть и так, и эдак… Проблема проекта моего будущего посоха: нового мощнейшего оружия, которое прослужит мне долгие годы прежде, чем я вообще приближусь к планке, за которой такой артефакт мне станет “тесен”, заключалась в том, что я до сих пор не до конца понимал, что я хочу в него заложить.
Однозначно я желаю совершить небывалое: заложить внутрь живую основу, заковать плоть в металл, обратить металлом плоть, сохранив в ней жизнь. Даже не представляю до конца, как это сделать. Но так и только так я сумею восполнять запас жизненной энергии достаточно быстро и эффективно. Пусть я и достиг великих успехов в направлении шоковых медитаций и развития второй оболочки, но каждая моя значительная трата праны на самом деле подобна хождению по лезвию ножа: можно довести себя до той грани, после которой возврата назад уже не будет. Да и никто никогда особо не издевался так над своей жизненной силой, как это делаю регулярно я. Кто поручится, что регулярные опустошения ее и дальше будут провоцировать развитие второй оболочки под стрессовыми нагрузками шоковых медитаций? Не заложен ли в человеке некий потенциал, который я выработал окончательно? Вот магические способности, к примеру, имеют так называемый “естественный предел”. А что до второго начала? Не случится ли его распад в какой-то момент? Да и увеличение его мощи вполне может вызвать разрыв с седьмым. И тогда что? Неконтролируемые процессы, в ходе которых я стану чем-то подобен нежити. Жизнь есть магия, магия есть жизнь. Не живой, но и не лишенный жизни. Не умерший… Я вообще не понимаю, кем я тогда стану. Так что создать родственный источник жизненной силы — видится логичным делом. И постоянно обмениваться с ним энергией, заимствовать у него же в случае необходимости восстановиться.
Еще в посохе должен быть прямой доступ к нематериям трех основных планов: Теней, Снов и Зеркал. И он должен поглощать эманации этих сил вокруг, включая улавливание моих собственных снов. Это сделает меня с “той” стороны куда менее заметным. Словно бы миражом. Потому что я совсем не забыл про Онейрена Метамерос. Его обитатели готовы на многое, чтобы меня заполучить. И они практически незаметны. Ровно настолько, насколько это вообще возможно. Покуда не приходит пора наносить удар. Тогда они действуют ловко, жестко, безжалостно.
Из чего я буду создавать посох — понятно: из моего нынешнего посоха, воплощенного в кровавом электруме. И из моего жезла. Получится увесистая штука, плотная и высокая: мне по плечо, капельку выше…
Когда уже достаточно сильно захотелось спать, я оставил свои мечты и теоретические измышления, занявшись тем, что точно мог сделать сейчас, на что мне хватало знаний: дизайном. Хотя бы внешний вид того, что хочется получить, определяю. Уже неплохо. Вышло у меня просто: тяжелый стержень круглого сечения, с парой углублений для рук точно по форме моих ладоней и пальцев. навершие трехгранного сечения, почти тупого в плане формы — это был не клинок в конце концов — но очень точечно заостренного в точке пересечения граней, куда должна быть выведена крупица имеющегося у меня адамантия. Пока так, хотя я очень надеялся, что к моменту создания сумею добыть настоящий адамант… Мечты-мечты. Но вдруг? Мне нужно пару граммов… Сколько угодно вообще. было бы великолепно создать такой вот ультимативный аргумент в бою.
С этими мыслями я окончательно уснул: предстоял тяжелый день в новом мире. Быть может, поспать больше у меня в ближайшее время и не получится.