Открывшееся передо мной помещение, наверное, было темницей. Камер здесь нет, но кое-какое зонирование всё же присутствовало. Из стен торчали решётки на метра два. Как раз между ними располагались пленники.
Освещение в этом месте практически отсутствовало. Было лишь по фонарю в каждом углу, и ещё один свисал с потолка в центре помещения. Поэтому, когда распахнул дверь, часть пленников зажмурилась из-за слишком яркого света. Точнее, пленниц.
Не сразу понял это, но здесь были лишь одни девушки и женщины.
Не став тратить время, забежал в центр помещения и прошёлся взглядом по пленницам. Они, когда я появился здесь, затаили дыхание. Взгляд задержался на очередной женщине. Повесив голову, она, как и остальные пленницы, сидела на полу. Я вдохнул. Пахло в этом месте неприятно, но… вновь возникло чувство чего-то знакомого, похожего на Лили.
Я подошёл к этой женщине и убрал её тёмные волосы с лица. Под уголком левого глаза увидел знакомую родинку. Если бы не она и запах, я бы не смог узнать Лили…
— Лили, — я позвал монахиню, но она не ответила.
После сделал это ещё раз, но Лили не проснулась. Даже тогда, когда потряс её плечо.
Я знал, что она жива. Слышал её дыхание и звуки бьющегося сердца, но увиденное всё равно сильно расстроило меня. Больше всего беспокоился по поводу того, что монахиню превратили в демона. Знала ли об этом Лили? Как она отреагирует на то, что стала демоном? Не совершит ли какую-нибудь глупость?
Внезапно в голове проскочила мысль, что с демонами мне не по пути. Я ни за что не стану демоном. Их общество мне противно. Диодора так давно порабощал монахинь и Святых Дев, а с ним всё ещё не разобрались. Не поверю, что ему всё это время удавалось скрываться. Не тогда, когда число похищенных было больше двух десятков. Его прикрывали. Даже если не весь Подземный Мир, то как минимум Столп Астарот.
[Бейже: Ты же был не против рабства… И вдруг изменил свою позицию?]
Я хотел ответить, но меня прервали.
[Бейже: Не оправдывайся. Я понимаю твои чувства. Понимаю и принимаю. Тебя задело, что монашку похитили, держали в ужасных условиях и превратили в демона. Поэтому ты так резко передумал становиться одним из них. Ты зол на эту расу. А ещё тебе страшно. Ужасно страшно. Ты не хочешь знать, что ещё пережила твоя монашка. Поэтому не активируешь навык, боясь увидеть нити…]
Я стиснул зубы. Попытался это сделать, но ненависть к демонам разгоралась. Я понимал, что это не совсем логично, испытывать враждебность к целой расе, ведь виноваты, скорее всего, лишь Диодора и Столп Астарот. Но сейчас мне хотелось умножить на ноль всех демонов. А ещё церковников. Да, обязательно перемолоть ещё и часть церковников. Жаль, что большинство из них, наверное, убиты при недавней зачистке.
— Лили… — одна из пленниц в этом помещении заговорила. Я отстранился от Лили и вышел из квадрата, который она занимала. — Она, скорее всего, устала и сейчас крепко спит. Ей в последние дни не давали спать.
Объяснение пленницы не особо успокоило моё сердце. Пока она говорила, поднялась на ноги. Монахини были прикованы к стенам. Они могли либо стоять, либо сидеть. Прилечь кандалы не позволяли. Разве что прислониться к стене спиной. Но она даже на вид была холодной…
— Ты же не из слуг лю… Ты же не из слуг демона? — с надеждой спросила монахиня.
— Ц-церковь кого-то отправила освободить нас? — охрипшим голос задала вопрос другая пленница.
Вернувшись к Лили, ответил:
— Да, я не слуга Астарота. И изначально это была операция по освобождению похищенных Святых Дев и монахинь.
— Выходит! Мы наконец-то покинем это место… — пленница с охрипшим голосом вдруг зарыдала. Она попыталась произнести это громко, но под конец голос подвёл её.
Услышав женщину, другие пленницы оживились. Все, кроме той, что заговорила со мной первой. Пока другие радовались, она не издала ни звука.
Сколько ни вертел кандалы на руках Лили, так и не понял, как их снять. Поэтому решил воспользоваться грубой силой. Просто разорвать металл. Судя по всему, они были рассчитаны только против существ, обладающих человеческой силой. Кандалы покатились по полу темницы.
Когда я укрывал тело Лили, пленницы не переставали кричать, что следующим от кандалов нужно избавить именно их. Вдруг жуткий смех одной из монахинь заставил замолчать других.
— Вы не понимаете? — спросила она. — Мы стали демонами. Знаете, что с нами сделает Церковь?
А я уже думал, что, кроме той монахини, которая заговорила со мной первой, больше никто ничего не поймёт.
В темницу мгновенно вернулась атмосфера отчаяния.
— Этого не может быть, — произнесла пленница с охрипшим голосом.
Закутав Лили в тонкое одеяло, с ней на руках направился к выходу.
— Куда ты? — с отчаянием обратилась ко мне одна из пленниц. — Разве ты не должен освободить нас?
Помимо Лили, в темнице было пять монахинь, которых превратили в демониц. Три из них молили освободить их. Одна продолжала безумно смеяться. И оставшаяся, как раз та самая, что первая заговорила со мной, вдруг произнесла:
— Освободи меня. Тебе нужны свободные руки, чтобы сражаться. Я могу нести Лили вместо тебя.
Я задержался возле выхода из темницы. Слова монахини звучали разумно. Если вдруг столкнусь с врагом, действительно не помешает иметь свободные руки.
Вскоре я аккуратно прислонил Лили к решётке возле той самой монахини. Встав перед ней, смог более внимательно рассмотреть её. Девушка была смущена из-за своей наготы, но старалась не подавать виду.
По лицу я понял, что передо мной иностранка. Причём весьма красивая. Даже то, что она некоторое время была в этой темнице, не сильно отразилось на её красоте. Да, выглядела монахиня уставшей и худой, но всё равно была красивой.
Слегка вьющиеся волосы показались мне платиновыми, но в то же время присутствовал какой-то оттенок. Кажется, фиолетовый. Глаза были голубого цвета. Ростом монахиня оказалась чуть ниже меня.
Я прочитал её мысли. Девушка действительно планировала помочь мне, чтобы сбежать из этого места.
— Сломай большие пальцы. Если руки не пролезут, то руби кисти, — внезапно произнесла монахиня, когда потянулся к её кандалам. Остановившись, взглянул на неё. На лице девушки появилась грустная улыбка. — Мои кандалы отличаются от тех, что демон использовал на других сёстрах. Они гораздо крепче и с защитой против магии. Не волнуйся. Если что, я смогу остановить кровотечение и, как и сказала, буду нести Лили.
Усомнившись в её словах, попытался разорвать кандалы с помощью грубой силы. У меня и правда ничего не вышло. А потом, пару секунд спустя, ещё и долбануло током. Да так, что отбросило назад.
Сжав и разжав кулаки несколько раз, чтобы руки пришли в норму, посмотрел на монахиню. Ей, судя по всему, защита не нанесла никакого вреда. Либо она гораздо крепче меня…
— Что ты делаешь? Сказала же, ломать пальцы! — монахиня повысила голос. — Мы теряем время!
Наверное, она права. Я подошёл к монахине и схватил ладонь девушки двумя руками. Мои большие пальцы давили на её.
— Я готова, — произнесла она, а после зажмурилась.
Девушка выгнулась от боли и зарычала. Я действительно сломал ей большой палец. Когда послышался треск, монахини в темнице вновь затаили дыхание.
Пленница дёрнула рукой, пытаясь высвободить её из кандалов. Ничего не вышло. Я достал из инвентаря бутылку воды и жидкое мыло. Но даже как следует смазав кандалы и руку монахини, у нас ничего не получилось.
— Р-руби, — дрожащим то ли от боли, то от страха голосом произнесла она.
— Это может плохо кончиться.
— Даже если так, то лучше умереть от кровотечения, чем быть полностью порабощённой демоном!
— На самом деле я могу попробовать порвать твои кандалы ещё раз.
— Это всё равно ничего…
До того, как монахиня успела договорить, кандалы на её травмированной руке разлетелись, а меня долбануло током в несколько раз сильнее и отбросило назад. Улетел, к слову, дальше.
— Как ты это сделал? — спросила шокированная монахиня, следовало мне подняться на ноги.
Подойдя к ней, попытался схватить кандалы на другой руке. Получилось только со второй попытки. Руки подрагивали. Мышцы сокращались сами по себе. Это не только последствия удара током. Наложилось одно на другое. Ток и ультранасилие . Навык увеличивал урон во время атаки на плюс триста процентов. Просто чудовищное число. Но такая сила имеет недостаток. Ультранасилие травмирует и пользователя. Поэтому после получения навыка я лишь один раз испробовал его и до этого момента больше никогда не применял.
И ладно бы травмы были на одном уровне. Но если за день второй раз использовать ультранасилие , сила отдачи возрастёт. То же самое произойдёт и при третьем применении навыка. Можно было, конечно, глотать зелья здоровья. Я даже думал так сделать, но потом отбросил эту идею.
Отдача в первую очередь била по мышцам. Вполне могла разорвать их. Допустим, разрыв бицепса будет просто чем-то сильно неприятным, но вот у меня есть один полый мышечный орган… Это моё сердце. Именно из-за него частое использование ультранасилия казалось мне плохой идеей. Вдруг после очередного применения просто не успею залить в себя зелье здоровья?
Всё же, схватившись за кандалы, в следующее мгновение разорвал их. По мне вновь прилетело. Только сейчас даже не понял, когда отбросило назад. Просто очнулся, сидящем на полу, с болящими руками. Вот теперь, наверное, можно выпить и зелья здоровья, чтобы восстановиться.
Кстати, у ультранасилия , как «по секрету» поделился со мной Бейже, должна быть какая-то анимация. Но пока что я ничего не видел. Не работает с неодушевлёнными вещами? Или кандалы не подошли по размеру?
Не успел я призвать зелье, как меня привлекла освобождённая монахиня. На её руках появились кольца. Священный Механизм. Сумеречное Исцеление. Она не просто монахиня, девушка передо мной — это Святая Дева.
С тошнотворным звуком Святая Дева вправила свой палец. На этот раз она не дрогнула. У Механизма есть обезболивающий эффект?
Плюнув на это, уже хотел принять зелье, как монахиня подбежала ко мне и начала исцелять руки. Всего несколько секунд и я почувствовал, что с ними более или менее всё в порядке. Полезная штука. И мощная.
— Спасибо.
— Не за что, — ответила девушка, а потом махнула рукой. На мгновение перед её ладонью вспыхнул магический круг, но затем погас. Святая нахмурилась: — Что-то не так.
Она ещё раз махнула рукой, и магический круг на этот раз исчез лишь через секунду. Я услышал, как кандалы прочих монахинь падают на пол.
Похоже, я сильно ошибся, посчитав девушку передо мной Святой Девой. Церковницы так ловко с магией не должны обращаться. Даже с учётом перерождения в демона, это всё равно очень быстрая адаптация.
— Кто ты? — поднявшись на ноги, спросил у монахини. — И с помощью какой фигуры тебя перевоплотили в демона?
Наверное, последнее мне может сказать даже больше, чем всё остальное. Я вновь попытался прочесть мысли монахини, слушая её ответ, но сейчас… Система задержалась. Всего-то на мгновение позже показала окно со статусом демоницы. Такое чувство, что она засомневалась, прохожу ли я проверку по силе. Значит, передо мной, скорее всего, кто-то равный мне по мощи.
Рука потянулась к поясу, но сейчас там болтались лишь пустые ножны. Тогда незаметно призвал нож в руку.
— Фрейя. Кажется, меня превратили в демона с помощью ферзя…
Демоница не теряла времени даром. Отвечая мне, она уже поднимала на руки Лили.
Покачав головой, я всё же решил довериться… королеве Астарота. Надеюсь, не совершил чудовищную ошибку. И раз она освободила прочих монахинь, следует воспользоваться этим.
— Умеете держать оружие? Холодное или огнестрел? — обратился я к монахиням, сбросив с плеч сумку. Одного вида на них хватило, чтобы понять, что ничего они не умеют. — Тогда очень быстрый урок. Снимаете с предохранителя, направляете в сторону противника и стреляете.
Я достал «из сумки» несколько пистолетов-пулемётов, посчитав, что если не меткостью, то хотя бы количеством пуль поразят неприятелей.
Не очень вовремя вспомнил, что, когда раздал оружие в прошлый раз, его использовали против меня.
После оружия я достал «из сумки» ещё и несколько комплектов формы. Всего-то брюки и штаны. Будет дерьмово, если из-за смущения они не смогут сражаться.
Когда хотел протянуть форму и Фрейе, увидел, как она зажгла новый магический круг. Форма исчезла из моих рук. В следующее мгновение она уже сидела на демонице.
— Японская? Ты из Японии? — вдруг спросила она. На запасных комплектах я не срывал нашивки. — Я… всё это время говорила на японском?
— Да, — ответил, а затем развернулся. — Идём.
— А остальные?
— Догонят.
Наверное, догонят. Монахини, кажется, не понимали, как надевать брюки, и вообще в целом не казалось, что они торопятся. А ждать их… Уже потеряли много времени.
Оказавшись возле выхода, я услышал, как к нам кто-то бежит. Вскоре узнал запах человека. Это был Рикардо, поэтому спокойно вышел в коридор.
Он стоял на развилке и вертел головой, не зная, куда направиться дальше. Вскоре Рикардо увидел нас и обрадовался.
— Вот вы где… — сделав пару шагов, молодой экзорцист остановился. — Аки, а где остальные?
— Их убили демоны. Отряд охраны застал нас врасплох.
— Боже… — демоница за моей спиной споткнулась, но удержалась на ногах. — Это из-за меня. Если бы я не бросил вас, они могли бы жить…
Ускорившись, оказался возле Рикардо и схватив его за плечо, потащил за собой в сторону выхода из этого места.
— Что заставило тебя вернуться? — спросил у экзорциста.
— У нас проблемы. Из-за Энрико мы все умрём. — Рикардо бросил взгляд за спину: — А Фарнеза убьёт перевоплощённых сестёр.
— А теперь подробнее…
(***)
Фарнеза разбила окно, выходящее во внутренний двор. На мгновение экзорцистка задержала взгляд на небе. Она почувствовала это ещё минуту назад. Над территорией особняка подняли барьер, который мешал телепортации. Поэтому потом придётся пробиваться с боем. Скорее всего, из сотни экзорцистов выживет лишь несколько десятков.
Для Фарнезы это не стало новостью. Она с самого начала операции знала, что группа не справится вовремя. Чтобы люди не паниковали, экзорцистка не распространялась об этом. Наоборот, убеждала других, что они переместятся в Подземный Мир, а потом спокойно покинут его. В этом случае сладкая ложь по многим причинам была лучшим решением.
Она и члены её группы спрыгнули со второго этажа. Кроме барьера, была ещё одна странность: те братья и сёстры, которые должны были прикрывать им спины, почему-то сдали позиции и отступили к особняку. Первый этаж был занят ими. Часть отряда прикрытия пробралась даже в сад. Удивительно, но это оказалась группа Энрико, которую он вёл лично.
Энрико вместе со своими людьми направлялся в ту же сторону, куда хотела отправиться и Фарнеза. Добежав до него, женщина спросила:
— Энрико, что-то случилось? Прибыло слишком много демонов, поэтому вы не устояли на старых позициях?
— Нет, просто заманиваю демонов в ловушку.
В этот момент девушка увидела у своего коллеги пятна крови на лице. Также местами его форма была темнее.
— Ты ранен?
— Это не моя кровь. Всё в порядке.
— Что за ловушка?
— Несколько очень мощных зарядов вокруг особняка.
— Я не помню, чтобы в плане было что-то такое, — с подозрением произнесла Фарнеза.
Энрико остановился. Вместе с ним это сделали и подчинённые экзорциста. Все держали оружие в руках и готовились пустить его в ход. Люди, что следовали за Фарнезой, тоже приготовились к сражению.
— Как и у тебя, своя задача есть и у меня.
Для Фарнезы это тоже не было открытием. Она знала, что Энрико направили в Подземный Мир для решения какой-то проблемы. Только ей было неизвестно, какой именно приказ отдали экзорцисту. Раньше Фарнеза думала, что Церковь приказала Энрико доделать то, с чем не справилась бы она. Подстраховка. Но сейчас женщина усомнилась в этом.
И раз Энрико так открыто признал, что его отправили сюда выполнить какую-то задачу, то дела плохи. О таком разве что можно рассказать будущему трупу. Рука Фарнезы оказалась на мече. С такого расстояния она убьёт Энрико до того, как он успеет направить на неё пистолет.
— Кстати, ты справилась со своей? — спросил Энрико.
— Нет, — честно ответила Фарнеза.
— Получается, Диодора Астарот сбежал? Жаль… Ужасно хотелось убить его, но меня бы устроило, если бы демон пал от твоих рук, — мужчина, казалось, действительно расстроился из-за этого.
Фарнеза недовольно цокнула. Похоже, Церковь с самого начала рассказала Энрико, зачем посылает её в Подземный Мир.
— Демона здесь вообще не было. Вчера, прихватив только часть слуг, он отправился в главный особняк своей семьи.
Фарнеза узнала это, допросив дворецкого.
— Тогда зачем тебе туда? Там есть что-то, что позволит насолить демонам? — Энрико указал на центр сада.
— Мне рассказали, что Астарот вчера перевоплотил несколько человек. В том числе он использовал фигуру королевы. Должно быть, потеря такого могущественного слуги заденет его.
— Верно-верно, — согласился Энрико. — Этот демон меняет фигуры как перчатки, но ему всё равно не понравится так быстро потерять королеву.
— Прикончив её, а также другие фигуры Астарота, я хочу отдать нашим приказ, прорваться через барьер или даже разрушить его отсюда, чтобы потом мы могли отправиться в мир людей, пока демоны не успели возвести новый.
Энрико, прикрыв глаза, покачал головой.
— Боюсь, у тебя ничего не выйдет.
— Ты хочешь помешать мне?
Это была последняя миссия Фарнезы. После её завершения женщину ждала какая-нибудь кабинетная должность в Ватикане. Она сама попросила об этом. Фарнезе, конечно, предлагали то, что больше бы подошло ей. Например, быть инструктором в тренировочном лагере экзорцистов, но женщина отказалась. Ей не хотелось видеть, как молодых ребят возвращают в гробах. Считала, что будет винить себя. Думать, что недостаточно хорошо занималась с ними. Подобного ей было не нужно. Она просто хотела тихую пенсию. Фарнезе казалось, что заслужила покой.
— Ты просто не сможешь. Все те полукровки и маги, отвечающую за нашу телепортацию, перебиты моими людьми.
— Зачем? — мгновенно спросила Фарнеза, схватив Энрико за одежду. — Твоя ненависть к ним затмила разум? Как же мы выберемся отсюда?
Их бойцы уже были готовы разорвать друг друга, но мужчина поднял руку и остановил своих людей. Это успокоило и группу Фарнезы.
— Прошло столько лет, а ты до сих пор такая наивная… Кто бы что ни говорил, но я хорошо контролирую себя. Церковь желала проучить демонов. Но они не хотели брать на себя ответственность. Если бы мы сбежали из Подземного Мира, ситуация заметно ухудшилась бы. Передо мной поставили задачу помешать кому-нибудь покинуть это место или сдаться врагу.
— Но ты же застрял здесь вместе с нами… — отпустив одежду Энрико, произнесла Фарнеза.
— Мне и моим братьям всё равно оставался максимум месяц. Наши тела получились слишком дефектными. Но зато мы сможем дать демонам последний бой.
Фарнеза не удержалась и зарядила кулаком по лицу Энрико. Теперь она осознала, почему её так расспрашивали про кабинетную должность, о которой мечтала женщина. Старшие церковные чины поняли её неправильно! Они, скорее всего, подумали, что Фарнеза хочет занять место кого-то из них! Если бы поднялась по карьерной лестнице, стала кем-то большим, чем просто экзорцистом… Да, для некоторых людей из Церкви, учитывая её репутацию, это могло показаться опасным. Поэтому они решили пустить её в расход.
Вдруг в кустах рядом с ними что-то пошевелилось. Экзорцисты из обеих отрядов тут же начали стрелять по ним. Петляя, в сторону центра сада побежал молодой экзорцист. Фарнезе казалось, что где-то видела его раньше. Она вспомнила, что он был из группы Орси.
— Пусть бежит, — когда Энрико сказал это, стрельба прекратилась. Её люди остановились ещё раньше, поняв, что в кустах сидел не демон, а брат по вере. — Он всё равно ничего не сможет сделать.
— И зачем ты всё это рассказал? — сердито спросила Фарнеза, желая ударить собеседника ещё раз.
— Присоединяйся ко мне, сестра, — Энрико протянул ей руку. — Сразимся в последний раз плечом к плечу, как в старые добрые времена.
— Какой у тебя план? — голос женщины звучал обречённо.
— Церковь дала мне взрывчатку, которая могла бы убить нас всех, если бы мы собрались в одном месте. Мне этого показалось мало. Я достал несколько мини-бомб. Ядерных.
— Ты сумасшедший! — женщина сама не поняла, чего в её голосе было больше: страха или восхищения.
— Да. Церковь хотела избавиться от нас. Но если что-то такое взорвётся в Подземном Мире, ей не отмыться. К тому же я оставил следы, ведущие в Ватикан. Когда демоны начнут разбираться в произошедшем, то обязательно найдут их. Нам просто надо немного продержаться. Пока что на нас наседают лишь пограничники. Подождём хотя бы легион Столпа Астарот, чтобы прихватить с собой как можно больше демонов.
— У меня только одно условие, — через несколько секунд произнесла Фарнеза. — Не используй братьев и сестёр в качестве пушечного мяса. Пусть они умрут достойно.
— Конечно. Если бы я глупо бросал отряды в бой, то долго продержаться мы бы не смогли. Это противоречит моему плану.