Марвел: Pay to Win - Глава 5.
Глава 5 — Влезая под кожу.
Фрэнк Касл. Он же — Каратель. Он же — чертовски крутой и мощный мужик с тягой к ультранасилию.
Сказать, что я оторопел, когда услышал его имя — ничего не сказать.
Чёртова легенда, гроза преступного мира… и он сидит здесь, прямо передо мной.
Хотя… а он уже стал Карателем или ешё нет? Интересный вопрос. Получив в руки телефон и интернет, я потратил немало времени выискивая в сети различные знакомые мне имена. Этому миру ещё не было известно многое из того, что вскоре станет нормальным.
Тони Старк всё ещё оставался «самым обычным» гением, плейбоем, миллионером и филантропом. Стив Роджерс, «Капитан Америка» — всё так же лишь красивая патриотическая легенда, погибшая где-то во льдах арктики. Имя «Тор» выдавало лишь ссылки на скандинавскую мифологию, как и «Локи». Среди «действующих» актёров этого безумного театра неоднократно отмечался лишь огромный зелёный монстр, первое появление которого до сих пор немного баламутило информационное пространство.
Куда интереснее был тот факт, что, помимо всех этих недостающих имён и фамилий, мне так же не удалось ничего найти про Школу для Одарённых Детей имени Чарльза Ксавьера. Впрочем, возможно, я просто недостаточно хорошо искал. Это в фанфиках адрес его особняка, забитого мутантами, можно было найти просто полазив по интернету, а вот в реальности, вероятнее всего, если сильнейший телепат и существует, то прятаться он предпочитает куда как глубже.
Ну и похрен, я никогда не был фанатом людей икс.
Возвращаясь же к Карателю… Я смотрел и сериал, и старый фильм. Более того, даже думал приобщиться к комиксам, но свободного времени у меня было не настолько много, чтобы с головой погружаться в линейку, так что я прочитал не так уж и много.
Местный Фрэнк Касл не был внешне идентичен ни актёру сериала, ни актёру фильма — скорее что-то среднее, но чуть ближе к сериальной версии, которая то ли спин-офф Сорвиголовы, то ли ещё что… Неважно. Что важно, так это тот факт, что этого типа я бы точно не хотел видеть в своих врагах. Почти кого угодно, но не его.
Да, его боевые навыки могут уступать настоящим гениям. Да, его стрельба не столь впечатляюща, как у того же Соколиного Глаза. Да, он обычный человек, что против условного Стива Роджерса проиграет девяносто девять прямых боёв из десяти. Но… Если это будет не битва лицом к лицу, а охота … Если Каратель будет в «тёмной зоне», то он, имея изначально один лишь кухонный нож, завалит всю команду мстителей.
Конечно, он сделает это не за день, и даже не за месяц, но это неизбежно. Даже смерть не может остановить этого конченного ублюдка! Он в одном только сериале «умирал»… сколько? Раза три? Такое ощущение, что для этого парня смерть — лишь способ уйти в тень.
Самое смешное, что, если будет наоборот, то есть команду Мстителей натравят на Фрэнка, то результат будет тот же. Возможно они поймают его, засадят в тюрьму, но после… если у него будет такая цель, то все эти «супергерои» сдохнут.
И вот он, сидит рядом, рассказывает о тех славных деньках, когда они служили с Ричардом, а я нахожусь в некоей прострации… благо, удалось вовремя нацепить покерфейс, дабы не продемонстрировать всем желающим вид искреннего ахуя, что поселился на моём лице.
В пол уха слушая тихий, немного хриплый голос морпеха, я старался сопоставить все кусочки пазла в одну картину.
Пункт первый — причина слёз Глории, судя по всему, в… стыде наверное? Или как называется это чувство, когда к вам в гости неожиданно приходит старый друг семьи, знакомый с вами ещё с тех пор, когда всё было замечательно, а тут оказывается, что вы живёте в помойке, шыряетесь химией и вообще сводите концы с концами только за счёт того, что единственная женщина семейства Блэков продаёт своё тело?
Пункт второй — Ричард свалил из дома по плюс-минус той же причине. Фрэнку повезло прийти к нам в момент редкого прояснения сознания отца Шона и тот, столкнувшись с ошарашенным взглядом старого друга, просто не выдержал и… сбежал. Не самое логичное и умное решение, но чего можно ожидать от человека, чьи мозги уже спеклись под воздействием опиатов и прочей херни?
Пункт третий — Каратель, который, вроде как, пока ещё не Каратель, собирался уходить как раз в тот момент, когда я появился дома и передумал, опять же, только из-за меня.
Пункт четвёртый… какого хрена?! Эй Высший-хуй-знает-кто-ты-там!!! Какого хуя меня заселили в тушку, связанную с Карателем?!
Вот ни за что не поверю, что на весь Нью Йорк не нашлось ни одного человека, подходящего для моего подселения! Бог с ним, что запихали в нищету — тут всё вполне понятно и логично. Учитывая принцип работы моей системы и предполагая, что цель ТОЙ хрени, что запихала меня в этот мир — бета-тест или что-то такое, то вполне логично устроить мне такие условия, в которых мне придётся развиваться плавно и постепенно, а не получать всё и разом за счёт ресурсов семьи или окружения.
И тем не менее, я тут, в теле парня, который является сыном сослуживца Фрэнка Касла. Более того, судя по рассказам этого сама Фрэнка, Ричард получил свои ранения спасая тогда ещё совсем зелёную задницу юного морпеха, которому в будущем уготовано стать пугалом криминального мира Нью Йорка.
Короче говоря, Ричард Блэк рисковал своей жизнью. Более того, он пожертвовал всеми своими перспективами и армейской карьерой… А Фрэнк — парень с принципами. Он такого не забывает.
Ладно… Ладно.
Допустим.
Я резко успокоил свои мысли.
Как и всегда, момент пика эмоций не держится у меня слишком уж долго. Каратель — крутой мужик, но и я не промах. Да, я не боевик. Да, я не самый здоровый чёрт на районе. Да, далеко не самый харизматичный засранец, но у меня есть та черта, которой я горжусь, и которую никто и никогда не сможет у меня отнять.
Я умею приспосабливаться. Искать выходы. Могу переть напролом, когда это требуется. Могу залечь на дно, когда прижали. Могу вылизывать задницы до слепящего блеска, чтобы получить то, что мне нужно. Могу быть гордым. Могу — принципиальным. Подлым. Наглым.
Я могу быть вообще любым … Пока это несёт выгоду.
Есть ли выгода от такого вот знакомства с Карателем? Сначала, пока я был в некотором шоке, я об этом не подумал, но сейчас… Это же, блять, выигрышный лотерейный билет! Я сын человека, который спас ему жизнь, а значит Фрэнк, вероятнее всего, если потребуется, умрёт за меня. Не говоря уже о том, что, когда он выйдет на улицы с белым черепом, намалёванным на груди, наткнувшись на всего такого бандитствующего меня, просто отведёт взгляд.
Уже неплохой бонус да? Лучше быть приятелем Карателя, чем быть его врагом.
И да, я не собираюсь препятствовать становлению этого персонажа. Даже отбросив тот факт, что в разных версиях канона семья Фрэнка погибала в разных обстоятельствах и я их, обстоятельства, не помню, Каратель будет для меня куда полезней, когда он Каратель, а не «обычный» семьянин.
Как бы цинично это не звучало.
— Ладно, Глория, пойду я… — вздохнул в какой-то момент Фрэнк.
— Да… — отвела взгляд в сторону женщина. Несмотря ни на что, она всё ещё стыдилась того, как повернулась жизнь семьи Блэк.
— Если вам понадобится помощь, ты знаешь мой телефон. Передай Ричарду, что я всегда рад его видеть.
— …Хорошо.
— Шон… — повернулся он ко мне, но, при этом, не смотрел в глаза.
Я вообще заметил за ним такой вот момент. За всё время, что он тут сидит, он мазнул по нашим с Глорией глазам своим взглядом лишь пару раз и то очень мельком. Большую часть времени он осматривал интерьер, смотрел куда-то сквозь нас, будто внутрь своего черепа, или просто сидел с закрытыми глазами.
Даже с самым первым уровнем Физиогномики подобные ужимки замечались влёт.
— Да? — подал я голос, когда пауза затянулась.
— …Не проводишь меня?
Тихий хриплый голос, отведённый взгляд — создавалось впечатление, что Фрэнк смущается своей просьбы, но я не обманывался. Несмотря на интонацию и постановку слов, его вопрос звучал однозначно. Как приказ.
— Конечно, — ответил я со вздохом.
— Хорошо, — коротко кивнул морпех, после чего одним движением поднялся с кресла. — Пока, Глория.
— …Прощай, Фрэнк, — прикусила губу женщина.
Похоже, она решила, что, увидев во что превратилась их семья, Касл больше появится в этом доме.
Я же промолчал и мы с Фрэнком отправились в сторону прихожей. Шагал он как-то… дёргано. Неуклюже. Словно не привык к тому, что под его ногами ровная поверхность.
Впрочем, несмотря на всю эту неуклюжесть, свои берцы он натянул и зашнуровал быстрее, чем я успел обуть свои кроссовки, в которые было достаточно просто сунуть ногу и натянуть пятку. Вот он опыт…
Мы молча вышли на лестничную клетку и так же молча спустились в вестибюль, откуда вышли на улицу, где, к этому времени, уже знатно потемнело.
— …И давно у вас так? — спросил он, когда мы замерли у двери.
— Я помню только так, — пожал я плечами ни капли не соврав. В памяти Шона почти не было счастливых семейных моментов. В основном только такая вот чернуха, что становилась с каждым годом всё более страшной и мерзкой.
— …Прости, Шон, — хрипло выдохнул Фрэнк.
— За что? — вскинул я брови, с некоторой настороженностью поворачиваясь к здоровяку, что возвышался надо мной на целую голову.
— Я… должен был прийти раньше. Должен был. Но не пришёл. Двадцать лет по горячим точкам. Отпуска даже не каждые пол года. Я всегда бежал к семье, стремился провести с ними каждую секунду. Не думал что всё сложится так. Потому не приходил…
— …А сейчас вы смогли? — не стал я отказываться от извинений Фрэнка.
Порой чувство вины работает даже лучше чувства долга, а их тандем… в случае таких людей как Касл — невероятное сочетание, что может гарантировать мне верность этого противоречивого человека.
— Я покончил с этим, — почти шёпотом ответил Фрэнк. — Вьетнам, Ирак, Афганистан… Хватит. Устал. Хочу просто жить… Можешь обращаться ко мне на «ты».
— Как скажешь, Фрэнк. Значит ты уволился? — поднял я взгляд в тёмное небо, на котором не было видно ни единой звезды. — Теперь будешь жить тихо и спокойно, наслаждаясь любовью жены и детей?
— …
— Думаешь, что-то могло бы измениться, если бы ты пришёл раньше? — не сводил я взгляда с небес. — Думаешь что смог бы вправить мозги Ричарду, появись раньше? — опустил взгляд на суровое лицо будущего Карателя. — Думаешь, смог бы сделать так, чтобы моё детство было счастливым?
— …
Фрэнк молчал, позволяя мне подбирать такие слова, что превратят его чувство вины в самобичевание.
Я умею приспосабливаться. Умею использовать все доступные ресурсы. Каратель — отличный ресурс. Один из лучших.
Он мне нужен.
Главное — не передавить.
— Я вот сомневаюсь, — хмыкаю, после короткой паузы. — Да и в любом случае, ты нам ничем не обязан.
— Ричард спас мне жизнь, — сжал кулаки Фрэнк. — Отдал всё.
— Ты думаешь, что Ричард поставил тебя выше семьи? — очередной болезненный вопрос. Очередной «укол». Очередная мысль, внедрённая под череп. Называю родителей Шона подчёркнуто по именам, практически выпячивая своё к ним отношение. И нет, если бы мне понадобилось, то я бы без проблем именовал их «мама» и «папа». Слова — всего-лишь слова, но если их правильно использовать… — …То же вряд ли.
«Сомневаюсь», «Вряд ли» — не те слова, которые могут утешить. Неуверенность. Сомнения. Тонкий намёк на его вину в моём положении.
Давай же, Фрэнк, ты можешь быть крут, но сейчас я для тебя неуязвим, тогда как ты скован цепями и подвешен передо мной нагим и беспомощным. Продолжай говорить со мной. Проси прощения. Выпячивай свою вину.
Или молчи. Дай говорить мне .
— Знаешь, Фрэнк… — вздохнул я, доставая пачку сигарет вместе с зажигалкой и ножом-бабочкой. Пока мы выходили из дома, я специально переложил всё в один карман. Всё ради этой сцены.
Нож оправился обратно, сигарета оказалась зажата между зубов и подпалена огнём.
Смотри, вот к чему привела сына твоего спасителя твоя же никчёмность. Теперь он ходит по дому с оружием в кармане и называет родителей по именам так, словно они — лишь соседи.
— …Когда-то в детстве я мечтал о том, что в один момент ко мне придёт герой… Кто-то, кто сможет вытащить меня из творящегося пиздеца, — затягиваюсь. Выдыхаю плотное облако дыма. — Каждый день глядя в тухнущие глаза Ричарда и Глории, я, в какой-то момент, начал замечать, что уже мой взгляд становится… мёртвым. И знаешь что? Нахуй всё это!!! — прорычал я, вспоминая себя времён Питера, когда ради лишнего куска хлеба приходилось грызть глотки. — Героев не бывает, Фрэнк. Я выберусь сам! Ещё год… один год — и всё. Я свободен! Мне исполнится восемнадцать и я свалю от этих двоих. Пускай и дальше гниют в собственном дерьме! Ты знаешь, Фрэнк, Ричард уже колит пах… Он уже труп, просто пока не знает об этом. У него нет работы и денег, но он откуда-то берёт мет. Наверняка по горло в долгах. Скорее всего берёт займы у Скрепки или Гудрона. Но ему нечем отдавать, так что, рано или поздно, даже если не сдохнет от химии, ему пиздец. Знаешь сколько есть вариантов использовать того, кто тебе должен? Сотни! Если помрёт до того, как отработает, то стараться придётся Глории. Или мне… Но я уже нашёл прикрытие, — я покрепче сжал нож в кармане так, чтобы Фрэнк это увидел. — А Глория… Мама… это будут уже её проблемы.
Касл слушал. Касл переваривал. Касл делал выводы… Они напрашивались сами собой. Я знаю специфическую терминологию. Называю клички бандитов. Говорю, что нашёл «крышу» от этих самых бандитов. И, наконец, самое последнее… Я сказал «мама».
— …Идём со мной, — сквозь крепко сжатые зубы почти рычит Фрэнк. — Я… я помогу.
— …Куда? — «растерянно» моргнул я, когда мне «сбили запал».
Но это уже всё не важно. Он мой. Если до сего момента, Касл ещё мог быть больше зафиксирован на Ричарде, то сейчас фокус его «долга» и «вины» переключился на меня.
Идеальная партия.
* * *
— Проходи, — открыл Фрэнк дверь перед подростком, который настороженно оглядывался по сторонам.
Шон Блэк… Сын его друга. Подросток с совсем не детскими, жестокими глазами. Обычный ребёнок, которого, его, Фрэнка, попустительство превратило в озлобившегося на мир зверёныша.
— Зачем? — перевёл взгляд на него парень, норовя заглянуть в глаза.
В этом он был полной противоположностью самого Касла. Уволившийся морпех за свою жизнь повидал слишком много глаз… и большая их часть всегда затухала, лишаясь того, что делает человека человеком, а не бездыханным куском мяса.
Слишком часто Фрэнк видел, как исчезают в чужом взоре искры жизни. Слишком много раз слышал, как перестаёт биться сердце и вздыматься грудь. После этого он не смотрит близким людям в глаза. Боится увидеть то же, что и всегда. Спокойно взглянуть в глаза он может только тому, кто для самого Касла уже труп.
И Фрэнк смотрел Ричарду в глаза.
А Шону — нет.
Глаза юного Блэка должны ещё долго гореть жизнью и он, Фрэнк, собирался сделать всё возможное, чтобы всё так и получилось.
— Теперь ты будешь жить здесь, — коротко, с железной уверенностью в голосе, ответил подростку мужчина.
— …Что? — вздёрнул брови Шон.
— Что слышал.
— …Нет, — нахмурился парень, засовывая руку в карман с ножом.
Фрэнк про себя ухмыльнулся от этого жеста. Попавший в капкан юный волчонок хочет показать клыки тому, кто протягивает ему руку помощи, собираясь вызволить из ловушки.
— Тебя никто не спрашивает. Завтра я поговорю с Глорией и Ричардом. Ты живёшь здесь. Точка, — с этими словами Касл положил руку на плечо парня и мягко, но не принимая возражений и отказов, втянул в дом.
— Дорогой? — раздался женский голос с кухни. — Ты задержался…
— Мария… — горло морпеха невольно свело судорогой.
Каждый раз, когда он видел свою жену, на него невольно нападало чувство… неверия. Словно он спит. Она смогла принять его таким, какой он есть. Смогла полюбить убийцу и душегуба. Смогла жить с тем, что его месяцами не бывает дома.
Она прекрасна.
— Фрэнк? — слегка недоумённо моргнула она, увидев настороженно озирающегося Шона, на плече которого так и покоилась рука мужа. — Кто это?
— Это Шон. Сын друга. Ему… помощь ему нужна.
Ни на секунду Касл не усомнился в том, что Мария, его любимая жена, мать его детей, выгонит нуждающегося в помощи подростка из дома. И эта уверенность оказалась оправдана.
— Ох, что-то случилось? — тут же загорелись беспокойством глаза женщины. — Проходите. Шон, да? Можешь звать меня просто «Мари». Ты голоден? Я сегодня приготовила мясной рулет с картофелем, а на десерт — яблочный пирог, — тут же запорхала вокруг ошеломлённого парня женщина.
— Эм… — оторопело отозвался юный Блэк. — Нет… Я не голоден…
Тем не менее, будто по воле господней, именно в этот момент живот парня издал протяжную голодную трель.
— Тебе нечего стесняться, Шон, — весело улыбнулась Мария. — Может моя готовка и не высший класс, но, гарантирую, тебе понравится! Пойдём. Это семейный рецепт. Ещё моя бабушка так готовила, — подхватила она парня под локоть.
С внутренним удовлетворением, Фрэнк заметил, как рука Шона выпала из того кармана, в котором он таскал нож.
Впрочем… никакое оружие не было способно побороть неостановимый поток доброты его любимой жены. Глядя, как Мария обеспокоенно хлопочет вокруг явно дезориентированного парня, Касл позволил себе то, что всегда позволял себе только в стенах этого дома.
Он улыбнулся.
* * *
«Хм… Похоже, я переборщил»
Именно такие мысли витали в моей голове, когда симпатичная и очень сердобольная женщина ураганом закрутилась вокруг, провожая меня на кухню, усаживая за стол и заставляя тот горой всяческой еды. Честно говоря, я и правда был голоден. После операции по «перевоспитанию» залётных придурков я не успел поесть, сразу же отправившись домой. И ладно бы, хотел заскочить в какой-нибудь супермаркет, взять пару сэндвичей, но, к сожалению, вся моя наличка, за исключением нескольких монет, ушли в Систему и на такси. Я планировал распотрошить заначку в комнате и вновь выйти на улицу, тогда и наткнулся на Карателя в собственной гостиной.
Ну да ладно, сейчас не про это…
Я хотел привязать к себе Фрэнка крепкими цепями вины и долга, но когда он сказал «теперь ты живёшь здесь»… Мой шок был настоящим, не наигранным.
Блять, серьёзно? У тебя вообще все дома??? Ты на полном серьёзе притащил домой парня, у которого в кармане болтается нож, и который, по его же словам, состоит в какой-то банде? Тут же твоя семья! Тут дети!!! А вдруг я неадекват?!
Да и вообще… разве твоя жена поддержит дурацкую идею подселения в ваш общий дом какого-то подозрительного парня? Не бывает такого…
— Конечно, пусть остаётся, — сурово кивнула Мария, закончив слушать краткий пересказ мужа касательно ситуации.
…
Что за хуйня?
— Но я не могу, — тут же принялся я протестовать. — У меня школа в Адской Кухне! Каждый раз туда добираться не меньше часа! Да и…
Продолжить я не успел.
— Я всё решу.
Уже почти привычно короткая, рубленная фраза Фрэнка и железное понимание…
Он решит.
Все мои инстинкты, все мои навыки приспособленца в один голос кричали: «Ты попал, Шон. Убежать не получится. Это же, мать его, Каратель, он тебя найдёт и вернёт обратно куда бы ты не свалил!».
В данном конкретном случае я склонен верить своим инстинктам. Лицо Фрэнка прямо таки горит решимостью.
После еды меня отправили в душ, выдали какую-то сменную одежду, что висела на мне мешком, а потом отконвоировали в гостевую комнату на втором этаже. Кроме кровати, тумбочки и шкафа, забитого старыми вещами, тут ничего не было. Но было окно, выходящее прямо на крышу террасы, с которой можно было без проблем спрыгнуть во двор и свалить. С моей новой ловкостью это не будет особой проблемой…
«Ладно…» — привычно успокоил я себя, сбрасывая оцепенение. — «Ладно… Я сам в этом виноват. Переборщил и передавил. Будем играть от новых обстоятельств».
Решительно отвернувшись от окна, я залез под одеяло, бухнулся головой на мягкую подушку и закрыл глаза. Последние дни были слишком выматывающими. Сейчас я не способен мыслить на сто процентов рационально — ошибка с подчинением Карателя говорит сама за себя. Мне нужно отдохнуть и завтра, на свежую голову, анализировать ситуацию.
Уверен, положительного в случившемся куда больше, чем отрицательного. Нужно просто взглянуть на ситуацию под другим углом…
* * *
— Он уснул, — спустился на первый этаж Фрэнк, что всё это время тихонько дежурил под дверью Шона.
Навыки профессионального диверсанта позволяли Каслу определять спит человек или нет основываясь только на звуках его дыхания. Вряд ли Фрэнк когда-то думал, что умение вскрывать глотки спящим врагам когда-то пригодится ему в мирной жизни, ан нет! Вон как вышло.
— Хорошо, — облегчённо выдохнула Мария. — Хорошо… я нашла в его кармане вот это, — положила она на стол нож-бабочку.
— …
Фрэнк спокойно протянул руку и поднял неказистое, по его меркам, оружие. Явно повидавшее виды, потрёпанное, прошедшее не через одну пару рук, но явно получающее должный уход. Оно не выглядело детской игрушкой.
Поднеся лезвие к носу, Касл сделал глубокий вдох.
Масло, спирт и…
Привыкший к войне и её запахам нос морпеха без особых проблем узнал аромат, что он чувствовал слишком уж часто в своей жизни.
Кровь.
Даже после тщательного ухода и чистки, остатки этого «аромата» никуда не пропали, словно въелись в саму суть металла, из которого был изготовлен нож.
Более того, все запахи были довольно свежими, а значит… Значит Шону недавно доводилось им пользоваться.
— Так что же случилось? — спросила Мария, не дождавшись коментариев по поводу ножа. — Не в твоих правилах насильно тащить кого-то к нам в дом, а мальчик явно здесь не добровольно, — сложила она руки под грудью, одарив мужа умилительно серьёзным взглядом.
Фрэнк вздохнул.
Жена — не солдат, от неё не отделаешься приказом.
Похоже, кратким пересказом здесь не обойдёшься…