Водобой 14 глава
(Кхм-кхм, автор осуждает чрезмерное употребление алкоголя, раскуривание табачных изделий и употребление наркотиков в принципе. Это просто фанфик и сцена для атмосферы, не нужно придавать ей серьёзное значение)
— Эх, правильно говорят… Тюрьма меняет людей…
— Опять твои расисткие шуточки, снежинка? Я смотрел этот фильм, мелкий ты говнюк! — Даже как-то устало пробормотал Джон, уже успевший свыкнутся с тем, что порой из моего рта вылетает какая-то чушь до того, как я её осознаю. — Честно тебе скажу, если бы здесь кормили хуже и не было моего любимого матраса, то я бы вырвал эти грёбанные прутья и надавал по твоей белой жопе… И кстати, ты тут просидел даже меньше года, так что хорош дейдримить!
— Воу, ни фига себе, какие ты слова знаешь…
— Чёрт тебя подери, сраный рыжий гитлерюгенд, — ухватившись за прутья решётки, Джон прищурил веки, будто бы пытаясь прожечь меня взглядом, но я то знал, что всё это игра. Правила так сказать выучил давно, поняв, что главное не оскорблять его самого и его близких, а на такие шутки он будет лишь беситься, но ничего делать не станет, — я прочитал об этом в книге!
— Вот как, — тут, кстати, я удивился вполне искренне, — не знал, что ты умеешь…
— Знаешь что, говнюк?! Радуйся, что сегодня ты сваливаешь отсюда, а не то я бы запихал твоего умственно-отсталого дружка тебе в задницу!
— Всё моя жопа тебе покоя не даёт, — поток воды мигом пересёк расстояние между камерами, но как и всегда, в последний момент Джон увернулся, просто склонив голову на бок, даже не выплюнув зубочистки изо рта.
— Мечтай больше, ты не в моём вкусе… Я слышал, что у рыжих нет души, так что на искреннюю любовь можно не даже рассчитывать, — без предупреждения наш сосед плюнул зубочисткой в мою сторону, да с такой силой, что если бы я не был готов к подобной херне, то точно бы заполучил кусок древесины в щёку, — тц… Ты стал шустрее, парень.
— Ну, по другому никак…
— В отличие от твоего друга. — Кивнув мне за спину, Хэнкок опёрся головой об подставленную ладонь. — Сдаётся мне, ему всё хуже и хуже… Надо срочно достать ему немного крэка или типа того.
— Что?
Оглянувшись через плечо, я застал Сонара, который с детской обидой смотрел на прибитый к стене кексик твинки. Зубочистка вырвала угощение из рук моего соседа и прибила его к стене. Не зная, как именно реагировать, нетопырь несколько секунд залипал на это произведение артхаусного искусства, прежде чем начал вяло пытаться вытащить зубочистку из стены, при этом собирая стекающий крем руками.
— Боже, Сонар… Прекрати, — мои мольбы не были услышаны, а утомившийся в попытках летучий мышь, просто и без затей сорвал еду вместе с деревянным снарядом и запихал себе в рот, — ох… Даже не знаю, радоваться, что при мне ты всё больше открываешься или печалиться от того, что кокс и бешенство окончательно выжигают тебе мозги?
Задав вопрос в слух, я получил в ответ лишь вялое пожатие плеч Джона, сам же Сонар задумчиво пережёвывал кекс, задорно хрустя зубочисткой.
Так тянулись наши последние часы в этом захудалом месте. Верно, осталось всего ничего, как я наконец-то стану вновь свободным и честным гражданином, перед которым открыты все двери…все двери вакансий уборщиков, мусорщиков и прочей дешёвой и тяжёлой работы, которая быстренько толкнёт меня обратно на преступный путь. Эх, Америка, великая страна.
Но если отбросить шутки, то я уже не мог дождаться, когда наконец-то подойдёт время освобождения. Работники СДС должны будут придти за нами после обеда, вот мы и страдали хернёй, забив на всё остальное и считая оставшиеся секунды.
Ну, я то хоть развлекал себя беседами с соседом, а вот Виктор… Как и сказал Джон, парню срочно нужно развеяться и придти в себя, а то за последние пару недель, он всё больше походит на животное, чем на финансового гения-манипулятора из Гарварда.
— Так что там всё плохо…
— Кхм, прости, я так и не понял, кем эта девушка тебе приходиться? — В реальность меня вернули слова Хэнкока, как-то слишком углубившегося в свою личную жизнь и впервые на моей памяти болтающего о ней…хоть с кем-то. — Просто ты называешь её просто по имени… Это твоя дочь? Девушка?
— М-м-м, скорее типа племянницы или младшей сестрёнки…Она мне не родная, — уточнил сосед, после чего вернулся к тему, которую я почти полностью прослушал, — короче, её родителям не нравится, что она встречается с белым…
— Забавно, — не замечая реакции соседа, я высказал первое о чём подумал, — не думал, что бывает наоборот…
— Гидрант — сучёныш… Знал бы я, что ты такой арийский губошлёп! — Вывалив из кармана жменю самых обычных семечек, Джон начал бросаться ими в меня, под задорный хохот других подслушивающих нас заключённых. — Клянусь богом, когда я выйду отсюда, то надеру твою белую сраку…
— Какого хера вы тут устроили?! — Ну, вот, пришёл сержант и всех разогнал. Усатый командир охраны быстро поставил всех по углам, угрожая вполне себе реальной карой — уменьшением дозы нормальной жратвы, а также перекрытием воды в сортир…что особенно для меня было подобно работе ржавой пилы по причиндалам. Хотя, мои соседи также активно выразили свой протест.
— Так нельзя начальник! Верно, это же настоящий геноцид! Вы не можете быть таким жестоким!
Сволочи, что тут ещё скажешь.
* * *
— Ну, поздравляю Водяной Дристун, теперь ты свободен, — передав мне вещи, даже несколько раз сверившись с указанным именем, охранник на выходе из тюрьмы видать чувствовал себя даже более неловко чем я, — ты это…не обижайся, тут так написано…
Уже когда за мной закрывалась дверь, я услышал объяснения от первого стража порядка для второго:
— Вот ты угораешь, а прикинь он сейчас тут продемонстрирует нам своё прозвище. Отмывать кто будет?
— Как же все заебали докапываться до моей задницы…
— Она так-то практически стала достоянием тюрьмы, — впервые за день подал голос Сонар. Помятый нетопырь потихоньку оживал прямо на глазах, с каждой секундой выглядя всё лучше и лучше, но до идеала было ещё далеко и сдаётся мне, что достигать этого идеала мы будем в каком-то пропитом и дерьмовом кабаке, где каждый второй будет рад всадить мне заточку в бок, — ты знал, что даже вошёл в тюремные легенды, которыми пугают новичков?
— Г-господи… Мало того, что это звучит так, будто бы в ней каждый побывал, так ещё и… А хер с ним.
Это было настолько смущающе, что я даже вновь заикаться стал. Прикрыв лицо ладонью, стараясь не оглядываться назад — быстрым шагом преодолеваю парковку перед тюрьмой.
— Расслабься, чувак, — поправив алый галстук на шее, Сонар пригладил рукава и плечи синего приталеного костюма, после чего обернулся ко мне с самым серьёзным выражением лица…ну, с обычным…пугающей простых людей мордой с пустым взглядом. Нет, серьёзно, даже его монстроподобная голова уже не так меня смущает, как немигающий взгляд без зрачка…и это я ещё привык! — Как я выгляжу?
— Шикарно… Как огромный нетопырь с ломкой и только вышедший из тюрьмы.
— Вот как?! — Мимика у него чуть ожила и Сонар даже удивленно хмыкнул одними губами. — Спасибо, значит всё будет просто отлично. Слушай…
Застыв на месте, Виктор пялился на меня почти минуту, прежде чем заговорить. Сука, вот в такие моменты, особенно когда он делал так с потолка или лёжа на кровати, я серьёзно думал, что он сдох! Ещё и запашок такой соответствующий был…ужас.
— Сегодня я собираюсь пойти и снюхать, скурить, влить в себя всё, до чего смогу добраться, при этом вместо стола использовать самые разные сиськи, начиная от молочных равнин — заканчивая обвисшими горами…
— Фу…
— Зря ты так, — пожав плечами на мой комментарий, Виктор поманил меня за собой, к антуражному и старенькому, но начищенному до блеска Шевроле, — любые сиськи хороши… Кстати, вот познакомься, это моя малышка.
— Выглядит, как будто её только пригнали из салона… — Я не особо разбирался в машинах, но даже мне было под силу оценить, что за этой «ласточкой» ухаживают не жалея сил…правда непонятно, на кой хер существу, что умеет летать нужна машина, ну да ладно.
— Её отмыли перед нашим выходом, — усевшись за руль, Сонар пару секунд оглаживал руль, пока я закидывал свои вещи на заднее сиденье, — я заплатил охране…
— А чтобы нам камеру нормально продезинфецировали, ты не мог устроить?!
— А что не так было в камере? Ты хоть и устраивал «погром», но запах быстро выветривался…
— Я?! Я устраивал погром?! — Мы плавно двинулись с места… И не смотря на эмоциональность беседы, оба расслабленно сидели на своих местах, что наверное со стороны смотрелось сюрреалистично, но мы с моим сокамерником настолько привыкли к таким диалогам… — Ещё скажи, что это я отхаркивал шерсть грызунов, которых жрал каждый день!? Срал с потолка и орал, как грёбаный назгул?!
Тихо хмыкнув в ответ, видать полностью оставшись при своём мнении…отчего лишь убедил меня, что потихоньку приходит в себя, Сонар вывез нас на трассу, ведущую в сторону города. Вдалеке виднелся старый добрый Лос-Анджелес…
Крики, грохот машин, рёв полицейской сирены, музыка… М-м-м, милый дом.
Ладно, это всё скорее шутки дабы немного успокоить нервы и успешно бороться с подступающей влагой, ведь буквально через три дня, я уже должен буду приступить к практике по программе Феникс, а если быть точнее, то поступлю в команду «Z», полностью собранную из бывших злодеев и преступников, которым дали шанс на перевоспитание.
С бабуленькой и Амандой я встречаюсь завтра…так как по просьбе моего нетопыриного сокамерника — сегодня мы идём тусить чисто мальчиковой бандой. Никаких родных девчонок, чисто парад сосисок до ближайшего клуба-стрипбара или какого-то подобного дерьма, где Виктор сможет наконец-то вкусить свободы…хотя сдаётся мне, что я буду держать ему уши или крылья, пока обдолбавшаяся летучая мышь будет блевать в засраном помойном туалете дешёвого бара.
Надо бы заехать по дороге в аптеку и купить литр санитайзера или хлоргексидина, а то чувствую настрой у Сонара такой, что мне придется после искупаться в этих препаратах.
— Приехали, — радостный голос приятеля…хотя, скорее уж друга, учитывая, что он сам так тоже искренне считает…Кхм, так вот, довольный восклик Сонара был направлен на довольно таки посредственную и дешёвую забегаловку, которой самое место в стереотипных фильмах про бандитов и наркоту.
— Ох, чувствую я ещё пожалею об этом.
— Меньше слов, больше дела, — приветственно кивнув охраннику, Виктор легко вошёл внутрь, успев упомянуть, что я иду вместе с ним, после чего мы оказались в настолько злачном и паршивом месте, что даже описать его одними словами сложно.
— У меня ботинки прилипают…
— Ну, ты всегда можешь всё здесь отмыть своей водой, — несколько секунд неморгающего взгляда и Сонар изображает подобие смеха, после чего хлопает меня по плечу, — пошли… Пора немного развеяться, перед супергеройской карьерой. Ещё надо будет завтра мою подругу забрать, она тоже выходит из тюрьмы…
* * *
— Давай Герман! Потряси булками!
Кадры мелькали перед глазами. Яркие краски смешивались между собой, неоновые надписи сменяли одна другую и от каждой в голове становилось всё мутнее и шумнее.
Реальность и сон давно смешались между собой, мешая осознавать происходящее. Каждый миг казался вечностью, а потом длился грёбанную неделю.
Привкус алкоголя застрял во рту, не давая даже толком нормально дышать. Терпкий аромат табака, дешёвых духов, потных тел, рвоты и дерьмовой еды — приготовленной во годовом масле фритюра… Пытались противостоять вони наркотиков, которыми пропитался мой друг-сокамерник.
— Заборная… Вот чего мне не хватало на той квартире…
— Это была не квартира, Сонар — мы сидели в тюрьме, — заплетающимся языком вырываются слова из моего рта прямо в микрофон, отчего зал взрывается смехом.
По ушам била музыка. Резкая, громкая, ритмичная… Ничего красивого или потрясающего, лишь самый простой и банальный бит для пьяных посетителей, которые пытаются двигаться в ритме зала, но вместо этого заваливаются на пол под гогот и смех.
Всё началось хорошо…Нет, хуй там. Прости своего пирожочка бабуленька, но с самого начала всё пошло по одному месту и пускай я знаю, что после твоих похождений в молодости — ты будешь последний, кто станет осуждать своего непутёвого внука, но мне всё равно было стыдно.
Уже с самого входа, пока мы только шли до свободного стола, Виктор успел заточить несколько таблеток, от которых у него развязался язык и последующие два часа, я стабильно напивался, пытаясь затеряться в рассказах про Гарвард, которые слышал далеко не один раз.
Но в какой-то момент всё изменилось и алкоголь всё-таки начал брать своё…наверное тут и мой контроль над собственной силой сыграл свою роль, так как я уже шёл на рекорд — девять дней без промокания! Звучит, как реклама тампонов, ну и насрать.
Стоило только первой обжигающей рюмке пробиться сквозь сопротивляемость тела супера, как мир переменился.
Вот я стою в баре для злодеев, напевая в караоке, пытаясь танцевать, пока превратившийся в монстра Сонар уламывает пьяную завсегдатайку сделать ему миньетик в этой форме. Огромный летучий мышь пытается доказать бедной девушке, что у неё всё получится и возможно бы затея удалась, если бы в процессе превращения он не становился голым.
— А с-следующая песня… — Оторвав взгляд от друга, я попытался заказать что-то ещё, но меня за шкирку оттащил бородатый помятый бармен, а со всех сторон послышались крики.
По ушам ударила полицейская сирена, а на весь зал раздался пробирающий до дрожи крик.
— Суперы пришли! Валим!
Мои глаза на мгновение закатываются и открываются уже от того, что я разглядываю потолок, точнее пытаюсь это сделать, пока надо мной танцует девушка в клетке. Где-то рядом хихикает Виктор…
С трудом мне удаётся перевести взгляд на него и я лишь успеваю заметить, как он втягивает в свой поросячий нос огромную белую дорогу. Женский смех со всех сторон, кто-то гладит меня по голове, а мою ладонь кладут на женскую грудь со словами:
— Я слышала ты одним прикосновением умеешь делать девушек мокрыми?
Мои глаза находят Виктора, который что-то делает с моим телефоном, по очереди давая его полуголым девушкам, после чего возвращает мобильник в карман моих брюк.
Сердце бьётся, как сумасшедшее, сознание не выдерживает и я вновь отрубаюсь, чтобы проснуться на переднем сиденье тачки Сонара, наполовину торчащим из окна.
Мелькают уличные фонари, музыка долбит по ушам и сердцу, а мимо нас проносятся другие машины, постоянно сигналящие и резко сворачивающие в сторону.
Виктор что-то орёт им в след, с заднего сиденья ему поддакивает бугай с лихими усами в стиле тридцатых годов. Он одет в супергеройский костюм черно-желтого цвета, а на груди у него висит детский значок в виде улыбающегося смайлика.
— Смотри, твоя принцесса проснулась! — Заметив мой мутный взгляд, мужик радостно гогочет, после чего насильно приставляет к моему рту почти полную бутылку виски… Я ощущаю, как сиденье подо мной намокает. Бутыль выскальзывает из рук, падая прямо на веселящегося мужика, под его заразительный смех. — Бля, да он походу обоссался!
— Нет, чувак, — откинувшись на сиденье, я пытаюсь придти в себя, стараясь сосредоточиться на разговоре внутри машины, лишь бы не смотреть на дорогу, — это его суперсила… Он, типа… Ух… Выводит алкоголь.
— Ага, я тоже такой силой владею! Ха-ха-ха! — В машине резко завоняло аммиаком под дружный смех парочки мудаков — не выдержав подобного, я высунулся обратно в окно и позволил воде вырваться из желудка, заодно унося с собой солидную долю алкоголя.
Это последнее, что я увидел перед тем, как отключиться уже окончательно.
(Ща попробую по "Ужасу" главу написать, а то давно его уже не было)
