Драконий лекарь. Глава 56
Гуф, к его чести, держался молодцом. Мелкий Громмель аккуратнее всех работал крыльями, позволяя мне висеть почти неподвижно над нашей новой точкой высадки.
— Тише, приятель, не дергайся, — я похлопал ящера по бугристой шее.
Сверху Дорога Гигантов (видимо, такое название закрепится надолго) выглядела забавно, почти как тактическая карта. Природа расчертила этот участок суши на строгие шестиугольники, создавая ступенчатый амфитеатр, спускающийся к воде. Повторюсь уже в пятый раз, наверное, но наше плато было, пожалуй, лучшим местом для базы: с тыла прикрыто отвесной стеной, поросшей синим плющом, с фронта — обрыв к морю, а фланги защищены нагромождением острых скал.
Но красота красотой, защита защитой, а… есть такие низменные, человеческие желания… По пирамидке Маслоу –— кушать хочется. И пить. Особенно пить.
Я прищурился, сканируя местность на предмет всего, что может удовлетворить наши потребности.
Первое, что бросилось в глаза –— метрах в трехстах к западу от нашего плато, за грядой валунов, виднелся распадок. Среди буйной, неестественно яркой зелени, блестела протяженная полосочка воды. Очевидно, ручей. Он брал начало где-то выше и спускался каскадами вниз, к океану. Но самое интересное было в месте его впадения, ведь там образовалась естественная заводь, отгороженная от океанских волн полукругом скал.
Вода в заводи парила.
— Ага… — пробормотал я, стараясь запомнить ориентиры. — Горячий источник смешивается с холодным ручьем? Или сам ручей горячий?
Если вода геотермальная, она может быть насыщена минералами.
Сероводород, мышьяк, ртуть… Таблицу Менделеева пить не хотелось бы, хех. Но также заметил, что вдоль русла растут папоротники. Огромные, сочно-зеленые. А растения, как везде считается — это лучшие индикаторы нормальности и съедобности воды. Если бы она была токсичной, зелень была бы чахлой, может, с какой-нибудь желтизной или некротическими пятнами.
А тут прямое буйство жизни. Значит, вода, скорее всего (!!!), пригодна для питья, ну или хотя бы для технических нужд. Но все равно стоит поискать место выше по течению, до того, как она смешается с выходами серы, либо ставить банальные фильтры… уж гальку здесь мы найдем, воду вскипятить сможем.
Второй важный момент — ресурсы. Пляж внизу, у подножия базальтовых ступеней, был усеян плавником. Море щедро выкидывало сюда стволы деревьев, обломки кораблей, какие-то ящики. А это, в свою очередь, топливо. Это стройматериалы. Тоже запомним.
Перевел взгляд на лес, начинавшийся сразу за скальной грядой. Гигантские хвощи, древовидные папоротники и деревья с широкими листьями, похожие на фикусы… да и в целом, типичные для островов ели и сосны тоже были, может, чуть лучше адаптированные для этих условий.
ШНЫРК!
Ого, периферийным зрением поймал движение и тут же всмотрелся внимательнее, опускаясь чуть ниже. Разглядел стайку мелких существ — с такой высоты они казались зелеными точками — перелетала с ветки на ветку. Ага, Жуткие Жути, их мы видели уже на острове. Запомним, что и с местом высадки они рядом, но…
Я нахмурился.
Как я понял из рассказов, общего описания этих драконов, да и пренебрежительного отношения к этому виду, в экосистеме эти мелкие ящеры занимают нишу… м-м-м, подобно крысам или чайкам. Скорее всего, обычные падальщики, мелкие хищники, воришки. К тому же стайные, наглые и плодовитые. Но их наличие можно считать хорошим знаком… частично. Почему?
Потому что драконов не могло бы быть без наличия пищи. Поэтому, либо тут много органического мусора типа падали, гниющих фруктов, либо богатая кормовая база в виде мелких животных и рыбы.
Но был и тревожный звоночек. Жути держались края леса. Они не лезли вглубь, к центру острова, к тому огромному озеру, которое я видел при подлете. Они жались к скалам, к периферии.
— Кто-то выгнал вас на окраину, да? — спросил я у пустоты. — а значит, кто-то крупный держит центр…
Пока мы не знаем, кто там живет, правило одно: не лезть на рожон. Нашей зоной будет побережье и плато.
— Гуф, снижение. Идем к точке сброса воды, — я с усилием сжал коленями бока Громмеля.
Мы заложили вираж и начали спускаться в этот природный котел. Переход из одной климатической зоны в другую ощутился, буквально, как пощечина мокрой тряпкой! Стоило снизиться ниже уровня скальной гряды, как мы влетели в парную.
Гуф недовольно фыркнул, тряхнув головой: в ноздри ударил густой коктейль из запахов серы, мокрого камня и, что примечательно, водорослей и тины. Одежда мгновенно прилипла к телу, а кожа покрылась липким конденсатом.
Зато вид, открывшийся с десяти метров, того стоил.
Заводь была в виде каменной чаши, образованной полукругом обрушившихся скал, который гасил океанскую волну. Сюда небольшим водопадом стекал горячий ручей. Я прищурился, разглядывая дно сквозь бирюзовую толщу.
Глубина — метра три-четыре, дно каменистое, чистое. И… ну прям РЕАЛЬНЫЙ джекпот –— рыба. О, да её здесь было много! В месте, где теплая пресная вода встречалась с соленой, образовался термоклин — такая среда для планктона, а следом и для тех, кто его жрет. Китов не увидим, к сожалению –— глубина маленькая. Зато косяки серебристой рыбы стояли в этой теплой ванне плотной стеной, лениво шевеля плавниками. Как им хорошо, наверное! Не нужно бороться с течением, не нужно искать тепло.
Они тут как в садке. Бери голыми руками… ну, или сачком.
И, к слову, на такой глубине точно не встретим подводных драконов. Может, прям совсем небольших… Но уж точно никаких Кипятильников не будет.
Одна проблема.
Я поднял голову вверх, оценивая наш путь назад. Сверху, с кромки плато, этот спуск казался просто крутым. Снизу же он выглядел… мрачно. Трудно. Невозможно своими ногами, ведь как пройти человеку метров тридцать отвесного базальта? Причем базальта не сухого и шершавого, а отполированного веками конденсата и покрытого толстым слоем склизкой, буро-зеленой биопленки. Мох, водоросли, бактериальный налет — всё это превращало стену в скользкое подобие отвесного катка, мех. Лезть здесь?
Да даже с альпийским снаряжением это будет сложно. Я так вообще убьюсь на первом же метре.
Хм… Веревки?
Правда, таскать ведра и корзины с рыбой на тридцатиметровую высоту вручную, болтаясь на ветру?
С помощью драконов? Вариант, конечно, но просто много геморроя.
Нужна какая-нибудь лестница…
Взгляд зацепился за структуру скалы. Базальтовые столбы — это застывшая лава. Но между ними часто бывают прослойки более мягкого туфа или вулканического пепла. Я ухмыльнулся, вспомнив наших зубастых провожатых, которые сейчас дрыхли в расщелине наверху.
— Домой, Гуф, — я похлопал дракона по мокрой шее.
* * *
Сука… научить бы их уже НОРМАЛЬНО приземляться! Или лучше самому спрыгивать с дракона перед посадкой!?
Потому что приземление ОПЯТЬ вышло жестким!!! Гуф просто сложил крылья и плюхнулся на камень, всем видом показывая, что его смена окончена. Говнюк, блин.
Зато зачатки лагеря начали вырисовываться –— Клинт и Саид не сидели без дела. Они растащили груз, организовали временный очаг (обложив кострище камнями, чтобы не греть и без того теплый базальт) и натянули над Жемчужиной кусок паруса, создавая тень. Титан и другие Громмели. Вместе они лежали живописной кучей, напоминая сад камней.
— Ну, что видно с небес? — Саид отряхивал руки от сажи. Он уже успел где-то найти сухой мох и разжечь огонь.
— Вода есть, — я принял у Фиша бурдюк с остатками воды, сделал глоток. — Внизу, метров триста на запад есть заводь с рыбой и ручей. Но спуск туда очень тяжелый, только для самоубийц.
— И как мы будем ее носить? — Клинт скептически посмотрел на обрыв.
–— Ну, попробуем прорубить спуск. Правда, выйдет это только ночью… –— Я развернул его лицом к светилу. — Шепоты Смерти — подземные жители.
— А… — решил встрять в разговор и парень. — А сейчас что?
— Ну, сейчас достаточно времени осмотреться снизу, да и просто обжить лагерь.
День превратился в рутину выживания.
Первым делом… плохие новости. Лодка больше никуда не полетит. При посадке киль треснул окончательно, шпангоуты повело. Теперь можно испорльзовать как стройматериал.
Пока Клинт и Фиш занимались мародерством собственного судна, я занялся драконами. Титан лежал на боку, подставив брюхо теплому камню. Кислотный ожог на морде покрылся жесткой, темной коркой.
— Ну-ка, дай посмотрю, — я присел рядом.
Дракон приоткрыл один глаз, но не шелохнулся. Я осторожно нажал пальцем рядом с краем раны. Гноя нет, флюктуации жидкости под коркой не чувствуется. Щелочь сработала, нейтрализовав кислоту до того, как она добралась до глубоких тканей и кости. Радует.
— Регенерация у вас, конечно, бешеная. На собаке такое заживало бы месяц, а у тебя уже грануляция пошла (постепенное зарастание раны новыми тканями).
Остальные Громмели были в порядке, только истощены. Вот и им нужна была еда. Впрочем, камни сами отгрызут, все дело в мясных продуктах, хм… Ладно, дождемся ночи.
Сам же я отправился на разведку пешком. Не далеко, в пределах видимости лагеря.
Нуригари удивлял. Стоило отойти от кромки обрыва к лесу, как меня оглушил звук.
Цикады? Нет, что-то крупнее. К слову, насекомые здесь были под стать флоре — гигантские. Почва под ногами была мягкой, пружинистой от слоя перегноя и вулканического пепла. И теплой. Корни папоротников буквально впивались в эту питательную среду.
В пятидесяти от лагеря нашел точку с выходом пара. Такая небольшая трещина в земле, из которой со свистом вырывалась струйка белого газа, которого не было видно с высоты полета из-за деревьев.
Осторожно понюхал воздух –— сера. В виде слабого запаха тухлых яиц. Но примеси аммиака или хлора нет, их бы тоже смог почувствовать, уж очень специфический аромат был бы. А значит, это просто водяной пар с вулканическими газами.
В целом… при острой нужде, если накрыть это куполом из шкуры или широких листьев, можно собирать дистиллированную воду. Но это прям на крайний случай.
Спустя еще полчаса, вернулся в лагерь с охапкой странных плодов, похожих на шишковатые ананасы, которые нашел под одним из деревьев. Рисковать пробовать не стал — сначала проверим посмотрим, едят ли местные животные? Типа те же Жути или, куда как лучше, кабаны.
Какое там правило в Африке у нас было? Не тяни в рот то, что не видел в чужом рту. И пускай было направленно на местное, людское население
Остаток дня прошел в трудах. Мы соорудили навес, расчистили площадку от острых камней, сложили припасы. Жажда начала мучить всерьез.
Последние капли из бурдюков были выпиты в обед.
И вот, наконец, светило окрасило океан в багровые тона и нырнуло в воду. Температура воздуха сразу упала градусов на пять, но камни продолжали отдавать тепло, отчего похолодание почти не ощущалось.
Пора.
Разбудить трех шипастых змей, которые дрыхли в глубине уютной расщелины, оказалось задачей нетривиальной. Они забаррикадировались изнутри, свернувшись в тугой клубок. Я постучал камнем по скале.
— Подъем!
Кхм, нет, не так.
— Ш-Ш-Ш-Р-О-У!
Из темноты послышалось шипение, а потом показалась голова Альфы. Его белесые глаза вращались, привыкая к сумеркам. Он зевнул, продемонстрировав ряды вращающихся зубов, способных перемолоть гранит в муку.
— Тихо, тихо, — я достал припрятанный кусок вяленого мяса. — Есть работа — есть еда.
Альфа сожрал подачку вместе с, говнюк, моей перчаткой (еле успел отдернуть руку) и, кажется, смирился с необходимостью трудиться. Бета и Брюхобур выползли следом, потягиваясь всем телом.
Подвел их к намеченной точке. Это была площадка между тремя массивными базальтовыми столбами, образующая естественный колодец. Почти параллельно ему, но ниже, была необходимая заводь.
Значит, нам нужен спуск. Желательно не слишком уж крутой, в виде змейки с несколькими петлями, но зато угол подъема будет комфортным для ходьбы.
Тут Фишлегс переступил с ноги на ногу, косясь на шипастую голову Альфы.
— Саян, э-э-э, да разве ж эта тварь поймет, как лестницу рыть? — с сомнением протянул парень, теребя край туники.
— Ну так поможем им, не сами же будут все делать.
С этими словами подошел к Альфе, указывая на место бурения. Дракон недовольно зашипел, вращая белесыми глазами — свет костра его раздражал.
Что ж, начинаем.
ВЗЗЖЗЗЗЗЗЗ!
Первый блин, естественно, вышел комом. Дракон пытался уйти вертикально вниз, игнорируя мои попытки задать угол. Пришлось буквально лупить по камню слева и справа, корректируя его курс.
Ох, это был такой сюр! Вот иногда удивляюсь, какие они умные и осознанные, а вот иногда совсем баклашки тупые. Да и я, очевидно, тоже, раз начал орать на них.
— Полого! — рычал я, хотя он не понимал слов. — Вбок и вниз! Мля, вбок!
Я стучал по левой стене тоннеля, заставляя его заворачивать. Задумка то была простая: сделать серпантин. Пройти небольшое расстояние вниз под уклоном, развернуться на сто восемьдесят, пройти еще столько же в обратную сторону. Петля за петлей, прорезая скалу зигзагом.
С первым поворотом мы провозились минут двадцать. Альфа уперся в твердый базальтовый стержень и никак не хотел его обходить, пытаясь прогрызть насквозь. Искры летели снопами, запах паленого камня и серы резал глаза.
— Назад! — я оттащил его за шип. — В обход давай. Сюда! –— Я долбил тесаком по мягкому туфу сбоку, пока он наконец не сообразил повернуть голову.
Дальше дело пошло чуть бодрее, но все равно на ощупь.
За Альфой ползли Бета и Брюхобур. Эти двое работали расширителями. Альфа пробивал, по сути, дыру только чтобы пролезть и определиться с направлением, а остальные сдирали острые края и выталкивали щебень назад, наверх.
При всем это, тоннель получался… кустарным. Идти в полный рост тут было нельзя — приходилось сгибаться в три погибели.
Но это все потом…
Спустя два часа адского грохота, когда руки у меня уже отсохли долбить по камню, пол под ногами Альфы провалился. Дракон ухнул вниз вместе с кучей камней. В лицо ударило влажным, теплым воздухом.
— Есть! — донесся снизу голос Клинта, усиленный эхом. — Вижу морду.
Альфа, высунув морду из тоннеля, лениво лакнул воду длинным языком, чихнул, обдав нас брызгами, и тут же начал пятиться назад, в темноту норы.
А еще радовал тот факт, что за эти часы шумной работы к нам никто не пожаловал из местных соседей.
Поднялись обратно (теперь это заняло пять минут пешком) и рухнули у костра. Усталость навалилась, тело вспомнило про все синяки, ссадины и недосып. На ужин у нас была… да все та же вяленая дрянь. Рыбу наловить сил уже не было, отложили на утро.
В голове начали ворочаться тяжелые мысли.
Итак… в целом выходит, что план-минимум выполнен. Мы на безопасной суше, у нас есть вода, есть условная крыша над головой и есть драконы. Мы живы.
Но что дальше, Саян?
Человеку невозможно жить одним днем. Без глобальной цели, без какой-либо идеи на эту жизнь будет тяжело, а бегать все время нельзя. Рано или поздно нас найдут, даже, банально, драконы покрупнее. Да даже просто от старости или болезней здесь умереть было бы кощунством. Где я!? Вспомни, я вообще в каком-то ДРУГОМ МИРЕ! Почему бы перед собой не ставить амбициозные цели, если я УЖЕ так многого добился?
Обвел взглядом темную стену джунглей, откуда доносились вопли ночных хищников и треск ломаемых веток.
Если мы хотим жить здесь с комфортом, мы должны стать альфа-хищниками этого острова. Занять верхушку пищевой цепи.
Может, вообще приручить всех на острове? Хах, возможно… Но какая альтернатива? Сдохнуть от зубов того, кто живет в центре острова? Не хотелось бы.
Мои амбициозные размышления о мировом господстве в масштабах одного острова прервал тихий, шаркающий звук.
Шурх-шурх.
Я скосил глаза, не меняя позы. Тело мгновенно напряглось. Кусты на границе освещенного круга зашевелились. Из темноты осторожно высунулась маленькая зеленая мордочка Жуткой Жути. За ней еще одна. И еще. Целая стайка, штук десять.
Они вытягивали шеи, жадно принюхиваясь к запаху нашей еды. Спящие вокруг Громмели даже ухом не повели.
— Кыш! — шикнул Саид. Дракончики отскочили, зашипели, раздувая миниатюрные капюшоны, но не ушли.
