Шелдон стоял в комнате видеонаблюдения, и дрожь пробежала по его спине при взгляде на монитор. На экране гнилой палец мумии был направлен ровно на объектив камеры.
С момента заключения мумии не происходило ни одного инцидента, связанного с ней. Она всё это время вела себя спокойно. Хоть она и была системой обозначена как аномалия класса Кетер, своим поведением она больше была похожа на Безопасный класс. На мгновения Шелдон даже начал верить, что чтобы пробудить мумию нужны какие-то особые условия активации, только после них она станет опасной. Пока с ней никто не взаимодействует, значит у комплекса и проблем никаких не будет.
Видимо, Шелдон сильно ошибся. Об этом свидетельствовала сдвинутая крышка саркофага и высунувшаяся оттуда почерневшая от времени сухая рука. Мумия будто своим жестом хотела показать, что она прекрасно знает, что за ней наблюдают.
Стоит ли разводить панику лишний раз? Мумия просто сдвинула крышку своего саркофага и высунула свою гнилую руку. Казалось бы, причин для беспокойства особо нет. Шелдон ещё до заключения аномалии в камере содержания знал, что мумия в гробу живая, она могла чуть поворачивать свою голову, клацать челюстью и испытывала явный интерес к человеческой крови. То, что мумия смогла высунуть руку из-под крышки саркофага, в этом и правда не было ничего страшного.
Шелдона пугали не нынешние возможности мумии, а её динамика роста этих самых возможностей. Ещё совсем недавно она была безопасным овощем, способным только пугать, и не имела никакой возможности причинить вред, а сегодня ей уже по силе было сдвинуть тяжёлую крышку саркофага. Если она была способна на это спустя неделю, то что же произойдёт через месяц, а через год? До какого момента она будет становиться сильнее?
— Может быть, её уничтожить, пока не поздно, — пробормотал себе под нос Шелдон, но рядом стоящий капитан сбшников его услышал и кивнул, явно соглашаясь с ним.
К аномалиям никогда нельзя относиться безалаберно. Не зря аномалии назывались именно аномалиями, они были непостоянными. Сегодня они могли быть безобидными, а завтра уничтожить мир, и чем выше была классификация их опасности, тем больше это к ним относилось. Кетер был одним из самых высоких классификаций опасности. При определённых условиях он мог представлять угрозу целому миру.
Такие аномалии содержались в самых обустроенных комплексах Фонда. Не редко бывало так, что целый комплекс строился под одну конкретную аномалию класса Кетер. Удержать же такую в малом научном комплексе, где двери и стены не превышали метра толщиной, состояли из обычных материалов и в камере содержания не были созданы индивидуально для аномалии особые условия содержания, было просто невозможно.
— Вызовите сюда весь научный персонал! — громко приказал Шелдон, не сводя взгляда с гнилой руки.
Учёные быстро прибыли в полном составе. Как только им сказали, что директор хочет проконсультироваться с ними насчёт аномалии класса Кетер, к которой их до этого не допускали, они без возражений побросали все свои дела. Возглавлял группу Ахмадиев, за ним шли остальные сотрудники.
— Передайте все засекреченные данные по SCPM-004 доктору Ахмадиеву, — отдал распоряжение Шелдон.
Как и было сказано, все данные об аномалии были переданы лично в руки учёного А-класса, включая флешку с записанными видео с камер наблюдений, установленных внутри камеры содержания.
— У вас есть сутки на ознакомление. Завтра мне понадобится ваше мнение, — сообщил учёным Шелдон. Те в ответ состроили ему серьёзные лица и кивнули, молча удалившись.
— А что нам делать? — спросил директора дед, капитан службы безопасности. — Вдруг эта херня гнилая наружу полезет?
— Если полезет, попытайтесь её остановить и затащить обратно в камеру содержания. Не получится? Тогда постарайтесь завалить её внутри коридоров.
— Завалить в коридорах? Вы предлагаете установить заряды со взрывчаткой в коридорах, ведущих к камере содержания SCPM-004? — удивился капитан.
— Да, — подтвердил Шелдон. — Если замуровать вырывающуюся тварь не получится, тогда уже активируем детонацию всего блока с камерами содержаний.
Дважды капитану службы безопасности объяснять не надо было. Отойдя в сторону, чтобы не мешать своим разговором директору, он связался с патрульными сбшниками и приказал им всё подготовить.
— Я лично прослежу за выполнением этого приказа, — внёс ясности капитан и откланялся.
Шелдон некоторое время постоял, наблюдая за мониторами и показателями датчиков, установленных в камере содержания мумии.
— О любых изменениях в камере содержания докладывать лично мне! Понял? — спросил сидящего за мониторами сбшника Шелдон.
— Так точно, директор! — подскочил со стула солдат и отдал честь.
Вайт пару секунд посмотрел на вскочившего перед ним солдата и покинул комнату.
На следующий день в комнате видеонаблюдений снова собралась коллегия из всех учёных Фонда, самого директор Фонда и капитана службы безопасности. К ним добавились новые участники. Сотрудники мобильных оперативных групп, включая капрала из “Альфа 1”.
— Что вам удалось выяснить? — обратился к учёным Шелдон. Все присутствующие внутри затаили дыхание, ожидая вердикта от мозгового центра Фонда.
— Очевидно, SCPM-004 разумен, думаю, с этим никто не будет спорить? По крайней мере, это существо проявляет некоторые признаки разумности. Будь это её жажда крови или указывающий прямо в камеру палец, — начал речь безымянный научный сотрудник класса B. — Почувствовав наш взгляд через камеры или изначально зная о применении камер видеонаблюдения, это аномальное существо с помощью своего жеста подало нам очевидный знак…
— Оно пытается связаться с нами, выйти на контакт! — ворвался в речь другой учёный В-класса.
— … Верно, — раздражённо поджал губы первый учёный. — Как и сказал мой коллега, это существо в камере содержания очевидно разумное.
— И что вы предлагаете? — задал решающий вопрос Шелдон. То, что существо разумное, нисколько не убавляет исходящую от этого существа угрозу. Скорее наоборот, добавляет. Одно дело столкнутся со звериным разумом, другое дело — столкнуть с разумом на уровне человека.
— Мы предлагаем попробовать осуществить контакт с SCPM-004, — подвёл итог Ахмадиев. — Для контакта нами уже была выбрана сотрудница класса D.
— Так ли необходим этот объект? Разве возможная угроза не перекрывает все возможные выгоды от исследования SCPM-004? — не сразу согласился с учёными Шелдон. Гнилой и живой мертвец с возможной суперсилой его не на шутку пугал.
— Директор, дело не только в выгодах от исследований, — покачал головой Ахмадиев и, заложив руки за спину, вышел вперёд. — В истории Фонда было несколько зарегистрированных случаев, когда комплексу удавалось взять под контроль аномалии с классификацией угрозы класса Кетер.
Учёный коснулся одной рукой монитора с изображением камеры содержания SCPM-004.
— Как Вы думаете, директор, каковы наши шансы взять под контроль разумную аномалию уровня Кетер? — медленно повернулся к Шелдону учёный. Холодный свет с потолка упал на его лицо, создавая блики в стёклах очков.
— Я не думаю, что с аномалией такого уровня стоит заигрывать… — покачал головой Вайт.
— Директор, но мы уже заигрываем с аномалией уровня Евклид. Разве мы не добились значительных результатов в подчинении SCPM-002? Так что же нам мешает попробовать провернуть такой же трюк с SCPM-004? — губы Ахмадиева растянулись в широкой, граничащей с безумием улыбкой. — Мы уже подготовили самую привлекательную сотрудницу класса D, что смогли только найти. У неё хороший характер, приятный голос и беззащитный взгляд. Если аномалия достаточно разумна, она вряд ли тронет такую невинную девушку?
— А если тронет? — спросил его Шелдон. — Я так понимаю, она из икеевских?
— Девушка была пару дней назад вытащена сотрудниками мобильной оперативной группы из пространственной аномалии SCP-3008. Мы же не изверги какие-то, чтобы подвергать опытам обычных людей? — произнёс таким голосом Ахмадиев, будто говорил очевидные вещи. — А насчёт того, тронет аномалия девушку или нет. Если не тронет, мы сможем попробовать создать связь между мумией и девушкой, а после использовать эту связь, чтобы шантажировать, угрожать и держать под контролем SCPM-004. Если же аномалия тронет девушку, то это всё равно можно будет считать успехом. Мы проведём анализ и составим характеристику аномалии. Уже отталкиваясь от неё, мы сможем отправить следующего сотрудника класса D для новой попытки контакта.
— Ладно, давайте попробуем, — согласился Шелдон.
…….
Свинцовые, лишенные украшений стены подземного комплекса давили на психику. По бесконечным, освещенным тусклыми люминесцентными лампами коридорам вели голубоглазую длинноволосую молодую блондинку с развитой во всех местах привлекательной фигурой.
Её щёки покрывали слёзы, оставлявшие мокрые дорожки на нежной коже, а на лице застыло испуганное, почти окаменелое выражение. Двое сотрудников МОГа в чёрной форме вели девушку за собой, их захваты были твёрдыми и безжалостными. Она беспрекословно подчинялась, боясь боли, которую они могли ей причинить — она уже не раз убедилась в том, что люди в этом месте куда хуже чудовищ в Икее.
— Проходи внутрь! — прикрикнул на неё охранник, когда они подошли к огромной, металлической двери, издававшей низкий гул и начавшей медленно открываться, словно пасть гигантского зверя.
Алису парализовало от страха. Открывшееся за дверью большое, пустое, освещенное резким белым светом пространство испугало её своей стерильной безжизненностью. Из её глаз снова побежали крупные, горячие слёзы, она обернулась на своих мучителей, молча моля тех широкими, полными ужаса глазами не заставлять её.
— Пошевеливайся! — один из охранников коротко и резко ударил девушку резиновой дубинкой по спине. Боль, острая и жгучая, заставила её вскрикнуть, и её грубо втолкнули внутрь. Массивная дверь за её спиной тут же захлопнулась с оглушительным скрежетом механизмов, навсегда отсекая путь к отступлению.
— Сотрудник D-153, успокойтесь, вам не о чем беспокоиться.
Раздался холодный, бездушный, роботизированный голос из скрытых динамиков, разнесшийся по голым стенам. Алиса завращалась на месте, словно загнанный зверёк, ища его источник, пока её заплаканный взгляд не нашел чёрный купол камеры в углу под потолком.
— Сейчас перед вами откроется дверь, вы войдете внутрь. Чётко выполняйте наши инструкции, и тогда вам ничего не будет угрожать. Если нас устроит ваша работа, то мы выпустим вас отсюда, и вы вернётесь домой.
— Да-да, я буду слушаться вас! Пожалуйста, не делайте мне больно! — упала на колени девушка и расплакалась, будто бы слёзы могли как-то растрогать или повлиять на сотрудников Фонда. Её плечи тряслись. — Я хочу вернуться домой!
Алиса думала, что если будет чётко выполнять инструкции похитителей, то те, как и обещали, отпустят её. Какой же она была наивной. Если бы она только знала, что мир, в который забрали её сотрудники Фонда, не был её первоначальным миром, и здесь уже существовала молодая девушка-студентка по имени Алиса. Она счастливо жила вместе со своими родителями в Лос-Анджелесе и встречалась с капитаном футбольной команды. Для Алисы из аномальной Икеи не было места в этом мире — она была ошибкой здесь и поэтому её судьба была предрешена.
— Не плачьте, D-153, просто выполните свою работу, и тогда вас ждёт щедрое поощрение.
После этих жестоких в своей бесстрастности слов другая дверь, противоположная той, через которую зашла Алиса, с глухим скрежетом медленно раскрылась, обнажая тёмный проём.
— Немедленно войдите внутрь, D-153, или вас ждёт серьёзное наказание!
Из динамиков раздался громкий, требовательный, лишённый всяких эмоций голос, и, боясь этого самого “серьёзного наказания” больше, чем неизвестности впереди, девушка, подчиняясь инстинкту, вбежала внутрь.
Она оказалась в просторной комнате посреди которой, в луче холодного прожектора, стоял массивный каменный саркофаг со сдвинутой на бок каменной крышкой. Увидев торчащую из саркофага засушенную, почерневшую руку с длинными скрюченными пальцами, Алиса испугалась и попыталась выбежать обратно, но столкнулась с уже закрывшейся за её спиной дверью и, ударившись плечом, больно упала на холодный бетонный пол.
— D-153, что вы делаете?
— Н-ничего! — вскрикнула от страха девушка, не смотря на пронзительную боль в спине от падения, подскакивая на ноги, как на пружинах.
— D-153, подойдите к саркофагу и загляните внутрь.
— Мне обязательно это делать? — съежилась Алиса, смотря на уродливую, безжизненную руку трупа, которая казалась воплощением кошмара.
— D-153, не заставляйте нас повторять.
Дрожа, как осенний лист, и встав на цыпочки, будто пытаясь уменьшить свой контакт с этим местом, девушка медленно, шаг за шагом, приблизилась к стоящему посреди комнаты гробу. Воздух вокруг него казался гуще и холоднее. Прищурив свои голубые глаза, чтобы не видеть чётких деталей того, что скрывается внутри, она, затаив дыхание, заглянула в тёмную, зияющую щель.
Что-то мелькнуло в темноте — пара светящихся точек или просто игра теней? Она вздрогнула всем телом и резко отпрянула от гроба, сердце бешено заколотилось в груди.
— Я сделала, что вы просили, можно мне теперь выйти отсюда? — развернулась Алиса к камерам и, со стоячими слезами на глазах, посмотрела прямо в бездушный объектив камеры видеонаблюдения, её голос был тонким и разбитым, полым последней, тлеющей надежды.
…….
Тем временем в комнате видеонаблюдения царила напряженная, почти гнетущая тишина. Коллегия из учёных, столпившись у мониторов, стала шептаться между собой. Их лица, освещенные мерцающим синим светом экранов, выражали не ожидаемое облегчение, а скорее разочарование и недоумение.
— Почему мумия не пришла в движение? — прошипел один из младших научных сотрудников, разглядывая статичное изображение.
— Разве аномалия не должна была наброситься на неё? — подхватил другой, поправляя очки. — Мы же все видели её реакцию на кровь из отчётов.
— Похоже, мы переоценили SCPM-004… — раздался третий голос, полный досады.
Учёные шептались между собой, и по их сдержанным, но резким репликам становилось быстро понятно, что пусть девушку они подготовили хорошую, по их словам, на её выживаемость при входе в камеру содержания Кетера они не рассчитывали. Казалось, учёные просто хотели провести очередной бесчеловечный опыт и узнать, какими силами обладает мумия, а живой человек был для них лишь расходным материалом.
Шелдона отношение учёных к жизни не удивило. Он давно смирился с этой истиной. Все учёные Фонда были антисоциальными психами в той или иной степени, их разум, одержимый жаждой познания аномального, платил за это высокую цену — утрату простого человеческого сострадания. Их наплевательское отношение к человеческой жизни никого из присутствующих не удивляло. Скорее удивило бы всех, если бы было наоборот.
— Я рассчитывал на другой результат, — пробормотал себе под нос Ахмадиев, его пальцы с раздражением постучали по стойке с оборудованием. Он снова приблизился к микрофону, его голос, прошедший через фильтр, вновь прозвучал в камере содержания, холодный и бескомпромиссный: — D-153, на сегодня последний тест. Дотроньтесь до руки объекта SCPM-004.
…….
Алиса услышала новый приказ неизвестного голоса, прозвучавший как приговор. Она с отчаянием посмотрела на отвратительную гнилую руку, торчащую из саркофага. Переборов в себе волну тошнотворного страха и отвращения, она, прикрыв глаза, дрожащей рукой протянула палец и слегка дотронулась до гнилой кожи. Кончики её пальцев ощутили липкую от смолы поверхность, твёрдую, как кора старого дерева, и леденящий холод, проникающий до костей. В нос ударил сладко-кислый запашок мёда с уксусом, вперемешку с тошнотворной вонью гнилого мяса. Стоило ей только всё это ощутить, как на неё накатила волна такого интенсивного, тошнотворного ужаса, что у неё потемнело в глазах. Она кое-как смогла удержать себя от рвотного позыва и резко отскочила в сторону, убирая руку, словно обжегшись.
— Теперь мне можно выйти? Я хочу вымыть свою руку…, — пробормотала Алиса, снова повернувшись заплаканным лицом к камере, в её голосе слышалась тлеющая надежда. Но в этот раз незамедлительного ответа ей не последовало. Человек по ту сторону экрана снова задумался, решая её судьбу. — Неужели вы ещё что-то хотите, чтобы я сделала? Я не хочу! Отпустите меня домой…!
У неё за спиной раздался, сухой, костлявый щелчок. Она в ужасе попыталась обернуться на звук, но нечто тяжелое с силой повалило её на холодный бетонный пол.
— Нееееееебрлгх…! — посередине крика горло Алисы забулькало захлебнувшейся кровью. Её глаза, широко раскрытые от непонимающего ужаса, успели увидеть, как гнилые, почерневшие зубы мумии с мертвой хваткой впились в её горло, разрывая плоть и артерии.
Девушка попыталась сопротивляться, вырваться из цепкой хватки, её ноги в конвульсиях бились по полу, но её незначительной, человеческой силы было недостаточно против намертво вцепившегося в неё тела. Так в борьбе с разорванным горлом Алиса медленно и мучительно умерла, её последний взгляд был обращен в пустоту, полный немого вопроса.
За всем этим через камеру в гробовой тишине наблюдали учёные Фонда и Шелдон. Они всё чётко видели. Как мумия мгновенно отреагировала на прикосновение, как она медленно выбралась из саркофага, когда сотрудник D-класса отвлёкся, и как бесшумно накинулась на неё со спины, повалив на пол.
Дальше следующий час все в комнате наблюдения молча наблюдали за одной только сюрреалистической картиной. Мумия накрепко впилась челюстью в разорванную шею девушки и с отвратительным, хлюпающим звуком медленно сосала из той кровь. Тело Алисы увядало прямо на глазах, как сдувающийся воздушный шарик. Кожа постепенно теряла цвет, впадала внутрь и сначала серела, а потом приобретала синюшный, восковый оттенок. Глаза, лишенные внутреннего давления, медленно стали вываливаться из орбит, а в самом теле стали образовываться пустые полости, отчего оно начало оседать и впадать, теряя человеческую форму.
В конце концов, тело превратилось в сморщенный, безжизненный труп. Вся кровь из него была выпита до капли. Казалось, с трупом уже покончено, но нет, мумия начала творить новое, немыслимое безумство. Медленно, с хирургической точностью, своими длинными, изогнутыми жёлто-белыми ногтями она стала срезать с трупа девушки лоскуты ещё теплой кожи и аккуратно надевать на себя, создавая тем самым жуткую, сюрреалистическую картину оживающего кошмара. Если Шелдону и другим сотрудникам из службы безопасности было физически противно на это смотреть, и они отворачивались, то вот учёные, напротив, пялились в этот момент в мониторы широко открытыми, горящими глазами, жадно делая какие-то пометки в своих блокнотах.
Издевательство аномалии над трупом девушки продлилось ещё один час. Закончилось оно на том, что вся кожа с тела девушки, включая скальп с длинными блондинистыми волосами, перекочевала на иссохшее, гнилое тело SCPM-004. И что удивило группу учёных больше всего, кожа на мумии не выглядела как чужеродная, пересаженная заплата. Кожаные лоскуты каким-то непостижимым образом быстро срослись друг с другом и вернули себе прежнюю, обманчивую упругость и живой цвет.
SCPM-004 превратилось в зловещую, искаженную копию D-153, будто страдающую от серьёзного недоедания и истощения. Единственное, что в нём выдавало до сих пор аномальный объект, были виднеющиеся гнилостные чёрные зубы и неестественно прикрытые веками глаза, так как сами глазные яблоки у SCPM-004 отсутствовали изначально, и по какой-то причине он не стал трансплантировать их себе так же, как кожу.
Покончив со своим ужасным ритуалом, мумия так и не поднялась с пола. Она осталась сидеть на нём в луже засохшей крови, лишь медленно развернувшись к камере и уставив на объектив своё “позаимствованное”, абсолютно безэмоциональное, восковое лицо с прикрытыми пустыми глазницами.
Это безэмоциональное, застывшее выражение лица и прямой, слепой взгляд в камеру. Неужели аномалия молча требовала ещё одну жертву?
— Что будем делать, директор? — спросил Ахмадиев, отрываясь от монитора, его голос звучал ровно и деловито, видимо, он был полностью удовлетворен полученными шокирующими результатами.
— У вас есть два дня на анализ полученных данных и разработку стратегии для попытки налаживания контакта с SCPM-004, — холодным, стальным тоном сказал Шелдон учёным и резко повернулся к капралу МОГ “Альфа 1”. — Укрепите охрану камеры содержания в три раза! При любом, малейшем изменении докладывать лично мне! Эта мерзость не должна сбежать наружу ни при каких обстоятельствах!
Автор:
Следующая глава среда-четверг в ночь по МСК.
Главу сделал на треть больше, но даже так не смог уместить всё, что было запланировано.