Вестник Смерти.: Глава Девятая, с первыми успехами.

* * *

Идя следом за шустро скачущим к руинам эльфом, Бхор делал нехарактерную для себя вещь.

Лысый головорез размышлял.

И мысли его были далеки от привычных наемнику элементов, наподобие денег, женщин или выпивки. Нет. Мысли продажного клинка занимал его низкорослый хозяин, а конкретно странная метаморфоза, произошедшая с вспыльчивым и крайне злобным коротышкой во время проведенного не так давно ритуала.

После его возвращения в реальный мир, характер остроухого волшебника претерпел значительные изменения и изменения эти мужчине решительно не нравились — даже с учетом огромной магической мощи, в состоянии "агрессивного карапуза" Гремад внушал здоровяку куда меньше опасения, чем в виде бесстрастного, равнодушного ко всему монстра, взирающего на весь окружающий мир исключительно как на инструменты достижения собственной цели.

Как минимум потому, что в первом варианте у Бхора оставался призрачный шанс на получение свободы, а во втором… Одного взгляда невысокого эльфа было более чем достаточно для четкого понимания, что работать на своего хозяина лысому громиле придется до конца своих дней.

И громила не был уверен, что даже смерть сможет подарить ему желанную свободу…

— Господин, вы уверены, что нам стоит тут находиться? — Нагнав проворного остроухого у разрушенных ворот, Бхор с опаской покосился на гнилые остовы деревянных укреплений. Со временем у всякого уважающего себя наемника вырабатывалось чутье на потенциально опасные места и возвышающиеся вокруг остатки стен некогда внушительного сооружения вызывали у опытного бойца острое желание убраться подальше. Желательно бегом и не оглядываясь. — Я не ставлю под сомнение вашу магическую мощь, но в тавернах Эшпурты про это местечко разные слухи ходят, а помирать во цвете лет мне как-то не слишком хочется. Может уйдем, пока какое-нибудь ужасное чудовище не вылезло?

— Здесь нет чудовища страшнее меня.

— Ваши слова меня сильно обнадеживают! — Быстро закивал слегка приободрившийся мордоворот, вспоминая о том хаосе, который невысокий чародей устроил в сожженом Малом Роге. Однако в следующий миг воздух содрогнулся от полного боли стона и из-под земли в десятке шагов от Бхора вырвалась иссохшая, костлявая рука. — Но мне почему-то кажется что обитатели форта с этим утверждением не шибко согласны!

Скинув баул с вещами на землю, слегка побледневший здоровяк вытащил из ножен висящий за спиной двуручный меч, позаимствованный у одного из погибших в городке дроу и мощным ударом отрубив конечность таящегося под землей мертвеца, занял оборонительную стойку.

— Проклятье! Говорил же, надо уходить!

— Зачем? — Склонив голову набок, неизменно-спокойный Гремад задумчиво пошевелил своими длинными ушами.

— Зачем? Зачем?! Ну хотя бы затем, чтобы эти дохлые кости не разорвали нас на куски! — Злобно сплюнув сторону, здоровяк ткнул пальцем в изломанные силуэты, что появлялись между остовами разрушенных построек и которых с каждой секундой становилось все больше. — И я ни в коем случае не хочу ни на кого давить, но сейчас самое подходящее время для демонстрации своих магических талантов!

Разрывая рыхлую землю лишенными плоти пальцами, старые, пожелтевшие скелеты покидали свои пристанища и шаркающей походкой стекались к незванным гостям, постепенно беря живых гостей в плотное кольцо.

У кого-то из покойников не было руку, у кого-то ноги, а кто-то вообще мог похвастать практически отсутствующими ребрами и по отдельности каждый защитник давно уничтоженного форта выглядел на фоне рослого и вооруженного двуручником Бхора откровенно жалко… Но скелетов было много. По прикидкам вольного клинка окружающее их с Гремадом кольцо насчитывало никак не меньше сотни костяков и опытный наемник четко понимал, что самостоятельно он сможет упокоить в лучшем случае десяток-другой врагов, после чего его просто сомнут числом.

Вот только маленький злобный коротышка просто стоял рядом, поглядывая на приближающихся покойников без малейшего опасения и даже с легким намеком на сдержанный интерес.

— Господин!

— Для того кто, зарабатывает клинком на пропитание, ты довольно труслив, раб…Впрочем, неважно. — Спокойно отозвался бесстрастный коротышка, утвердительно кивая своим мыслям и окинув подступающих к ним скелетов оценивающим взглядом, поднял над головой свой самодельный посох. — Именем даэдрического повелителя нежити и силой алчущих ветров Голодных Пустошей, вы подчинитесь моей волей. DILON'AhMIK'ThURI. (Мертвецы — Служение — Повелитель. Дословно: Мертвецы служат повелителю.)

Как только древко коснулось земли, глаза Гремада вспыхнули ярко-синим пламенем отблески которого отразились в пустых глазницах черепа-навершия и от низкорослого волшебника во все стороны устремился сомн потоков насыщенной и источающей неестественную жуть энергии.

Извиваясь в воздухе на манер змей, магические всполохи стали проникать в останки восставших скелетов, зажигая в их глазницах тусклые и едва различимые синие искры — в считанные секунды созданный седовласым коротышкой вихрь магии разросся до невероятно огромных размеров, охватив собою весь форт и… Бесследно растаял в воздухе, оставив после себя ничуть не пострадавших стражей руин, что продолжали смотреть на живых темными провалами и окружать их плотной костяной стеной.

Но надвигаться на незваных гостей покойники при этом все же перестали.

— Да чтоб мне провалиться на этом самом месте! Ваша тарабарщина сработала!? — Вцепившись в рукоять двуручного меча побелевшими костяшками и с подозрением поглядывая на застывших мертвецов, лысый громила повернулся к маленькому эльфу и… От увиденной картины застыл с нервно дергающимся глазом:

— Значит контролирующие нити крепятся напрямую к лишенной души оболочке. Забавный способ, но почему игнорируются тонкие материи? При смерти боги забирают души? Или же тут кроется что-то другое? — Воткнув самодельный посох в землю и полностью игнорируя окружающий мир, низкорослый остроухий вовсю разбирал одного из скелетов на части, внимательно и дотошно разглядывая каждую косточку. А сам скелет при этом никак не реагировал на бесцеремонное вмешательство в свой хрупкий внутренний мир.

— Эм… Господин, а что вы делаете?

— Изучаю причины, из-за которых стражи форта не упокоились с миром… Подержи. — Сняв череп разбираемого скелета с позвоночного столба, воспылавший исследовательским интерсом волшебник протянул клацнувший челюстью трофей Бхору. — Первоначально мне казалось, что нежить в форте поднялась самостоятельно, в силу насыщенности магического фона некротической энергией. Однако сейчас я четко вижу следы целенаправленного воздействия на Плетение, выбивающиеся из общей тональности аурного спектра.

— А можно сказать то же самое, но на языке нормальных людей? — Слегка нервным голосом спросил лысый амбал, не сводя настороженного взгляда с лежащего в его вытянутой руке и недовольно ерзающего черепа.

— Окружающие нас скелеты погибли много лет назад, но недавно их кто-то поднял. — Разобрав мертвого стражника до основания и отряхнув ладони от прилипшей к ним многолетней пыли, Гремад взял в одну руку свой самодельный посох, а другой забрал череп из ладони облегченно выдохнувшего здоровяка. — Так что дальше я пойду один. Гостеприимство — не самая характерная вещь для заклинателей мертвых и если поднявший столько покойников некромант все еще тут, мне будет лучше общаться с ним без лишних ушей. Да и если диалог не состоится, то толку в подобной схватке от тебя будет совсем немного.

— А мне что тогда делать? — Нервно сглотнул здоровяк, которого совсем не прельщала перспектива остаться один на один с толпой восставших скелетов, что еще совсем недавно собирались его прикончить. — Может задание какое дадите? Желательно за пределами форта.

— Боишься мертвецов? Напрасно. Теперь без моего прямого приказа нежить на тебя не нападет… Скорее всего. Но раз уж ты так стремишься принести пользу, то добудь еды на пару ближайших дней. На охоту сходи, или на рыбалку — фон негативной энергии в воздухе практически не отличается от нормы и живность в округе должна водиться. — Небрежно махнув рукой с зажатым в ней посохом, Гремад перехватил за глазницы слишком большой для его маленькой ладони череп и направился в сторону покосившегося и местами разрушенного, но все же сохранившегося здания цитадели. — А я пока пообщаюсь с коллегой по цеху.

" — Рыбалка?! С двуручником?! Да еще в преддверии гор Троллей?! Я ему что, рашеменский следопыт?!" — Обведя взглядом молча уставившихся на него скелетов и прикинув возможные расклады, лысый головорез вернул трофейный меч в ножны и закинув их на плечо, бодро зашагал подальше от ходячих мертвецов. — "А впрочем, учиться новому никогда не поздно! Да и природа в здешних краях радует прекрасными видами…"

* * *

Царящая повсюду разруха, затхлый, удушливый воздух, легкий полумрак, разгоняемый лишь просачивающимся из проломов солнечным светом и витающий в воздухе неповторимый аромат разложения и гнили… Налицо все признаки типичного логова заклинателя мертвых. Начинающего. Опытные некроманты как правило содержат рабочее место в чистоте и порядке, оставляя неотъемлемые атрибуты "зловещих магов смерти" далеко за пределами своей лаборатории.

Хотя то, что поднявший нежить маг не может похвастать выдающимися навыками стало понятно уже после детального изучения одного из скелетов. Однако общая картина складывается… Двойственная.

Само по себе поднявшее нежить заклинание имеет весьма запутанную и неплохо проработанную, многоступенчатую структуру: чары действуют не на конкретного мертвеца, а на определенную площадь и работают как эдакий незримый магический спрут, что цепляется за любого мертвеца в радиусе действия и превращает его в верного слугу создателя заклинания. При этом вложенная в чары силы равномерно распределяется между всеми участниками данной "паутины", из-за чего сила поднятой нежити растет по мере её уничтожения и чем меньше восставших остается, тем тяжелее приходится атакующему их противнику.

Почти идеальная стража, сила которой будет максимальна именно в тот момент, когда враг вероятнее всего уже выдохнется — идея довольно любопытная даже по моим меркам, но любая теория должна проходить проверку практикой. И в данном случае результат посредственен настолько, что я не только перехватил контроль над мертвецами вообще без какого-либо сопротивления, но и отслеживаю через череп источник чар, что находится… В подземелье.

Действительно, где еще может прятаться начинающий некромант?

Следуя за невидимой нитью поискового заклятия, я обнаруживаю уходящую вниз широкую винтовую лестницу, однако как только моя нога ступает на ведущую в подземелья ступень, потрескавшаяся каменная пластина опускается вниз и в воздухе раздается сухой щелчок.

Благодаря измененному телу и врожденной эльфийской ловкости, заметить открывшиеся в стене отверстия удается еще до того, как ловушка приходит в действие. Но в этот момент привычка принимать удары в лоб и не воспринимать лишенные магии объекты как угрозу дает о себе знать: не понимая что происходит, я не успеваю среагировать на строго механический капкан и разбив поисковый череп на множество осколков, огромный арбалетный болт отправляет мое щуплое вместилище в полет, пришпиливая его к каменной поверхности.

Должен заметить, что висеть в паре метров над полом на пробившем твое тело окровавленном древке несколько… Неприятно.

Чувствую себя лунным мотыльком, нанизанным на булавку.

Однако куда больше меня интересует, зачем при таком огромном размере снаряда смазывать его боевую часть ядом? Не то, чтобы отрава как-то принципиально меняла ситуацию — токсин на наконечнике давно высох и утратил свои разрушительные качества, да и измененное магией тело уже весьма устойчиво к разным вредоносным зельям. Но сам принцип? Кто сможет пережить попадание почти метрового снаряда в упор, но при этом окажется не способен подавить действие примитивного яда?

Не понимаю.

Сжимающая посох рука создает легкие чары телекинеза, вырывающие болт из моего вместилища и обогнув накапавшую лужу алой крови, я аккуратно приземляюсь на холодный пол. Регенерация измененного магией организма еще не вышла на пиковый уровень, но нескольких мгновений оказывается достаточно, чтобы пробитые кости встали на место и покрылись пленкой восстановившейся кожи. И пока тело восстанавливает полученные повреждения, стоит нанести визит столь "гостеприимному" хозяину…

Прикрывшись магическим оберегом со всех сторон, я продолжаю свой путь и уже через секунду полупрозрачная пленка вновь содрогается от ударившего в неё массивного снаряда, отбрасывая меня на несколько шагов назад. И тем не менее защита все же выдерживает — спустя пару минут и десяток разряженных ловушек (А также непродолжительного душа из стекшей по оберегу просроченной как и яд кислоты), я оказываюсь перед обитой проржавевшим металлом дверью, что ведет прямиком в покои обустроившегося в подземелье коллеги.

Хм-м-м. Из начерченных на дверном косяке рун практически полностью выветрилась магия и если брать во внимание все остальные факторы… Я начинаю догадываться, почему "хозяин" форта не вышел встречать нас с Бхором.

Небольшой залп магических зарядов окончательно истощает потрепанную временем защиту чужой обители, а легкий телекинетический удар выбивает дверь из ржавых петель, открывая вид на вполне себе привычный рабочий кабинет практикующего. Или же то, что некогда им являлось.

Просторная комната с высокими потолками, в которой присутствует только самое необходимое: Заваленный свитками каменный стол для ведения рабочих записей. Пара примостившихся в углу стелажей с пыльными фолиантами, на тот случай если в ходе экспериментов придется черпать информацию из сторонних источников. Украшенный человеческими костями алтарь, на котором стоит золотой кубок — сосредоточение силы поднимающего мертвецов заклинания, фиксирующее магические потоки в материальном мире. Небольшая алхимическая лаборатория с выделяющимся на общем фоне перегонным кубом и заполненными разноцветными жидкостями склянками. Соседствующий с ней склад, полки которого могут похвастать лишь толстым слоем давно не чищенной пыли.

Последняя, впрочем, покрывает практически все в обители нелюдимого волшебника. И причина тому лежит в кругу тускло светящихся символов прямо посреди комнаты — лишенное головы тело в вышитой рунами магической робе, обугленное пятно на полу с расходящейся во все стороны линиями копоти вкупе с засохшим и размазанным по стенке содержимым черепной коробки оставляют не так много пространства для фантазии.

Наглядная причина малой численности опытных чародеев.

Начинающий заклинатель мертвых обустроил себе логово вдали от людских глаз. Выставил неплохую охрану в виде путь и слабых, но сравнительно многочисленных и постепенно усиливающихся скелетов. Понаставил ловушек на тот случай, если кто-то преодолеет первый рубеж обороны.

И казалось, что все складывалось просто прекрасно, но… Внезапная ошибка в создании защитных чар оказывается фатальной и очередной эксперимент трагически обрывает нить жизни начинающего некроманта. Печальный, однако вполне ожидаемый итог, характерный для большинства моих коллег по ремеслу.

Однако куда больший интерес вызывают не останки опрометчивого заклинателя и даже не его пожитки, а огромное, покрытое мелкой чешуей яйцо, лежащее в круге из тускло светящихся рун…