Глава 10. С капканами и рабочим процессом..epub
Глава 10. С капканами и рабочим процессом..rtf
* * *
Жизнь прекрасна!
Паря между зеленых крон многовековых исполинов и наслаждаясь чувством ни с чем ни сравнимой свободы, жизнерадостная птица оглашала воздух звонким пением, спешащим поведать миру о своем счастье и бесконечной красоте природы. Гуляющий среди деревьев ветер нежно ласкал перья беззаботно порхающего создания, а успокаивающий шелест сочной, зеленой листвы убаюкивал маленькую птаху, наполняя её трепещущее сердце покоем родного дома.
Лишь легкий голод пернатой певицы портил лесную идиллию, ибо спеша увидеть чудеса нового дня, миниатюрная вокалистка совершенно не озаботилась завтраком… Однако острый взор маленькой летуньи заметил горсть вкуснейшего зерна, оставленного доброй душой на стоящем посреди лесной поляны камне!
С радостным чириканьем спикировав к горстке лакомства, счастливая певунья принялась спешно клевать зерна, не обращая никакого внимания на стоящую рядом с приманкой самодельную клетку. Лишь когда натянувшаяся веревка выбила из-под ловушки подпирающую ветку и плетеный короб накрыл её с головой, маленькая птаха испуганно заметалась, но было уже поздно — переплетающиеся прутья плетеного капкана надежно отрезали пернатую певицу от столь желанной синевы небес.
— Попалась! — С кряхтением выбравшись из шуршащих кустов, странный двуногий великан подобрал успешно сработавшую ловушку и оглядев свой миниатюрный трофей недовольно фыркнул. — Да-а-а… Велика добыча! Мяса на один зуб, перья мелкие, а из костей даже бульона нормального не сваришь. И зачем вы только этому остроухому сдались? Да еще и в таком количестве?
Не дождавшись ответа от насмерть перепуганной и не понимающей человеческого языка птицы, громила накрыл её узилище непроницаемой тряпкой и куда-то понес. Для новоявленной узницы не существовало понятия времени и как долго её несли, миниатюрная вокалистка не смогла бы сказать, даже обладай она даром речи. Но когда с клетки все же сняли вонючее тряпье, то на смену чистому и полному свежего воздуха лесу пришел затхлый каменный мешок.
— Как заказывали, господин! — Поставив короб на большой каменный стол, великан отошел в сторону, уступая место маленькому остроухому зверю, при виде которого испуганное чириканье пернатой вокалистки взяло новые высоты. Несмотря на куда меньшие размеры и менее агрессивный вид, длинноухий монстр источал в окружающее пространство жуткую, тяжелую и давящую ауру, от которой маленькой птичке становилось не по себе. — Смотрите какая бойкая птах… Эй! Она же сейчас сбежит!
Не обращая никакого внимания на слова великана, низкорослое чудовище молча открыло клетку и увидев шанс на спасение, пернатая певица сразу же устремилась прочь… Вот только путь к свободе оказался лишь кратким мигом пустой надежды.
Мелькнув в воздухе смазано-белой молнией, тонкие, бледные и увенчанные когтями пальцы сомкнулись на теле миниатюрной беглянки, прижимая её крылья к дрожащему от ужаса тельцу.
Когда в воздухе раздался хруст, жизнерадостная вокалистка не сразу поняла, что столь неприятный звук издает её маленькая, хрупкая шейка…
* * *
Когда искра жизни в глазах птицы окончательно тухнет, мертвая тушка откладывается в сторону в сторону и руки крепко сжимают древко самодельного магического посоха. Повинуясь взмаху увенчанной черепом палки, витающие в воздухе всполохи некротической энергии переплетаются в заклятье реанимации примитивной низшей нежити, что устремляется к маленькому трупу и проникает в него через распахнутый в предсмертной агонии клюв.
Простые, но требовательные к контролю чары.
Как только последний всполох магии впитывается в мертвое тельце, оно начинает подавать признаки жизни: сломанные кости мертвого создания с хрустом возвращаются на свои законные места, приводя будущего шпиона в нормальный вид и уже через несколько о недавней гибели пернатой певуньи напоминает лишь ярко-синий отблеск нечестивых чар в глазах моего новорожденного слуги.
— Господин, все это очень внушительно, но… Не могли бы вы объяснить, какой нам с неё прок? — Стоящий подле громила с сомнением рассматривает глядящую в пустоту дохлую птицу. — Чтобы я не чувствовал себя идиотом, что весь день ловил птаху лишь для того, чтобы вы собственноручно открутили ей шею.
Бессмысленный вопрос. Какая разница кем ты себя чувствуешь, если невыполнение приказа равносильно смерти с последующей потерей души и весьма мучительным посмертием?
Магический контракт не позволит Бхору воспротивиться прямому приказу, но видимо лысый громила еще не успел осознать своего нового положения и оценивает поступающие приказы через призму личной выгоды, забывая о том, что он теперь раб. Чужая собственность. Вещь, отличающаяся от безвольной нежити лишь наличием мыслей и отсутствием вони разлагающейся плоти.
В обычной ситуации можно было бы просто избавиться от забывшего свое место верзилы, заменив его другим рабом. Однако иных слуг у меня в данный момент нет и придется терпеть своеволие… Какое-то время.
Но избавляться от Бхора придется при любом исходе: человек в ближайшем окружении слабо соотносится с образом "ярого сторонника превосходства эльфийской расы" и для укрепления власти над сородичами текущего вместилища надо ограничить круг общения представителями Тель'Куэссир(Эльфы). Пока же будем понемногу дрессировать слабого разумом головореза и внимательно следить за его успехами.
Кто знает, может именно перерождение в грозную и безжалостную нежить откроет в жалком наемнике скрытые доселе таланты? Маловероятно, конечно, ибо изначальный материал больно уж сомнительного качества, но в жизни всякое случается.
— А если дела обстоят именно так и я послал тебя за ней лишь ради удовлетворения своих низменных садистких наклонностей? — Отправив мертвую птицу патрулировать окрестности, жестом приказываю человеку следовать за собой и покидаю зал малого морга. — Что ты будешь делать тогда?
— Буду искать выпивку, дабы утопить в ней осознание ничтожности собственного бытия. Опыт есть.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, но сегодня он тебе не пригодится — птицы были нужны для создания наблюдателей и отлова чужих шпионов. — Обогнув бредущую навстречу процессию скелетов, груженных мешками с выкопанной нежитью землей, выхожу в просторный подземный зал, заполненный снующими туда-сюда мертвецами. — Ведь о том, что здесь происходит нашим врагам знать не стоит.
С момента обоснования в форте Ильбрат прошло совсем немало времени, однако работа в нем уже идет полным ходом и даже есть ряд небольших успехов.
Хотя боевые качества потрепанных временем стражей не выдерживают никакой критики, из не ведающих усталости покойников вышли вполне себе приличные строители и благодаря непрерывной работе не знающих усталости скелетов, за неделю подземелья под разрушенным донжоном удалось расширить с позиции "подпол-переросток сельского старосты" до планки… Не катакомб под имперской столицей, конечно и разумеется не до уровня тайных убежищ времен моих странствий по Нирну.
Но до планки пограничных застав возле пустыни Ши Вонг осталось совсем немного.
— Ну от меня-то они точно ничего не узнают! — Слегка нервно хохочет лысый громила, нервно косясь на погруженную в работу нежить, что уже закончила раскапывать помещение под основной зал и приступила к облицовке земляных стен ровными каменными плитами. — Потому что я и сам не понимаю, что тут происходит! Серьезно, вы на самом деле хитро замаскированный темный эльф и пытаетесь докопаться до Подземья чтобы повидаться с дальней родней?
— Что же натолкнуло тебя на подобные выводы?
— Фантазия у меня слабовата! Не может придумать других причин, по которым благородный остроухий предпочтет лесу мрачное, затхлое подземелье!
Хм-м-м… Насчет запаха Бхор явно преувеличивает. Систему вентиляции я настраивал лично и сделал это еще в день нашего прибытия в форт, а витающий в воздухе "аромат затхлости" на деле является некротическими миазмами, исходящими от костяных работников — целостность материальной оболочки повреждена, вот темная магия из них понемногу и утекает. Неприятно, но не настолько критично, чтобы тратить силы на ремонт слуг, что вскоре развалятся на куски.
Все равно новыми инструментами я обзаведусь намного раньше.
Однако в размышлениях верзилы все же присутствует рациональное зерно и со стороны стремление закопаться как можно глубже и впрямь выглядит странно. Особенно для фаэрунского эльфа солнечной разновидности, для которых в силу расовой предрасположенности характерно острое нежелание спускаться под землю.
Навевает нехорошие ассоциации с Ссри’тель’Куэссир (Темными эльфами), ненависть коих является обоюдным оружием — хотя формально Аль'тер'Куэссир (Высшие/солнечные эльфы) являются условной "доброй расой", ненавидят и презирают своих красноглазых сородичей они ничуть не меньше самих последователей Ллос.
Типичные семейные отношения альтмерского формата.
Но какова альтернатива?
Начать сразу восстанавливать форт Ильбрат, не озаботившись ни разведкой, ни созданием хоть сколько-нибудь существенным отрядом полностью подконтрольной нежити? Чтобы вся округа увидела, как восставшие мертвецы занимаются возведением некогда разрушенной древней крепости? С тем же успехом можно просто разослать правителям всех окрестных земель депеши с предупреждением: "У вас под боком завелся начинающий некромант! Поспешите и прикончите его, пока маг смерти не вошел в силу и не начал представлять для вас реальную угрозу!"
Нет. Драконов давят пока они еще ящерицы и данное правило знает любой дорвавшийся к власти разумный, а значит выходить из тени стоит лишь тогда, когда появится хотя бы теоретическая возможность отбиться от желающих отправить меня обратно в Обливион. И хребет будущей мощи уже начинает понемногу приобретать привычные очертания.
Совмещенный с алхимической лабораторией каменотесный зал позволил не только в кратчайшие сроки выкопать под руинами форта ряд необходимых для дальнейшей работы помещений, но и покрыть стены с потолком укрепленными магией и алхимией каменными плитами — если дроу или иные подземные обитатели когда-нибудь решат сделать подкоп под мою будущую цитадель, их будет ждать крайне неприятный сюрприз в виде толстого, непроницаемого и не сильно уступающего стали покрытия, малейшее нарушение которого поднимет по тревоге не ведающих покоя стражей… Которые в данный момент по понятным причинам отсутствуют, но комнаты для содержания которых уже приготовлены.
Как и пара моргов примерно на тысячу тел каждый. Не имея полноты всей магической мощи, наносить на стены чародейский узор оказалось несколько… Проблематично, потому как консервирующие чары и заклятия остановки гниения не самая простая разновидность заклинаний. Однако наложеный на тело комплекс чар вышел на финишную прямую, избавив меня от необходимости во сне и несколько дней непрерывной работы дали свои плоды.
Дело осталось за малым — забить хранилища тел доверху, не став при этом врагом для всех окружающих государств. И сделать первый шаг на данном пути мне поможет именно стоящий рядом громила, что с опаской косится на нежить и потирает шею в районе расположения невидимого в материальном плане следящего клейма.
— Не поможет.
— А? — Оторвавшись от расчесывания своей шеи, лысый верзила с непониманием поднимает бровь. — Господин, вы о чем?
— О твоих нелепых попытках стереть следящее заклятье. Оно крепится не на тело, а на аурную составляющую и даже если срезать кожу, а плоть стереть до дыр — поисковые чары все равно продолжат действовать.
— Так вот почему у меня такое ощущение, будто под кожу жуки залезли! Но зачем вам это нужно, я ведь все равно связан контрактом и удрать не смогу при всем желании?!
— Мне действительно незачем это делать. — Жестом приказав Бхору следовать за собой, спускаюсь по каменным ступеням, ведущим вглубь подземных катакомб. Хм… Небольшая промашка в расчетах — когда проектировал чертежы для подземелий, делал все под размеры своего предыдущего тела. С текущим ростом по огромным ступеням приходиться чуть ли не скакать. Неприятно. — И более того, эти чары я не накладывал. Но принимая во внимание твое криминальное прошлое, могу предположить, кто может быть заинтересован в твоих поисках.
— Теневые Воры… — Довольно забавно наблюдать за тем, как рослый мордоворот бледнеет от одного упоминания амнского аналога Гильдии Воров. Вот вроде бы верзила не полный дурак и должен понимать, что воры, убийцы и прочий преступный мусор не более чем паразиты, не способные противостоять серьезному противнику. Но все равно боится их больше чем меня, хотя я и кратно опаснее, и стою буквально в паре шагов. Все же правду говорят, что у страха велики глаза. — А снять её вы не можете?!
— Могу. — Остановившись перед покрытыми рунами дверью перемещенного глубоко под землю рабочего кабинета, делаю взмах самодельным посохом и вспыхнувшие в черепе синие огни деактивируют защитный контур малой лаборатории. — Но зачем?
— В смысле зачем?! Меня идет убивать отряд опытных душегубов Теневых Воров! А я еще хотел бы пожить! И идут, они, к слову — прямо сюда, так что убрать следящее клеймо и в ваших интересах тоже, потому что вряд ли убийцы оставят свидетеля их работы!
— Ты слишком узко мыслишь, раб. — Пододя к возвышающемуся на металлической треноге яйцу, кладу ладонь на теплый, покрытый чешуей бок и активировав магическое зрение, внимательно изучаю таящийся под скорлупой зародыш… Даже не шевелится, но уже хочет есть. Забавная зверушка. — Попробуй задействовать свой примитивный разум и посмотреть на ситуацию с другой стороны.
— Да с какой еще другой?! Теневые Воры хотят отправить меня на тот свет, куда мне не слишком хочется попадать! Какие тут могут быть стороны?!
— Я не терплю идиотов в своем ближайшем окружении и потому не стану давать ответ на столь очевидный вопрос. Напряги мозг и поймешь все сам. — Отложив посох в сторону, возлагаю ладони на яйцо и направляю потоки энергии в сторону жадно впитывающего магию создания.
Еще не родился, а уже такой голодный…
Расшифровка записей погибшего в ходе эксперимента коллеги частично пролила свет на произошедшие в форте события и объяснила причину гибели молодого заклинателя мертвых. И история оказалась до ужаса примитивна.
Купив на рынке Эшпурты яйцо магического монстра неизвестного происхождения начинающий некромант попытался вырастить из него фамильяра. Но не типичную для фаэрунских магов безобидную зверюшку, функционал которой ограничивается незначительными поручениями из разряда "принеси-подай", а полноценное боевое чудовище, не сильно уступающее в силах своему хозяину.
Идея была хороша… Но как и в случае с поднимающим скелетов заклятьем, подвело исполнение.
Возомнив себя самым умным, молодой самоуверенный некромант не учел главной причины, по которым волшебники редко делали фамильярами могущественных монстров. При выращивании фамильяра с нуля, зародыш необходимо постоянно кормить магией и чем сильнее монстр, тем больше её требуется. А привязка обязывает мага делать все исключительно самостоятельно, без костылей в виде артефактов или иных источников силы — чтобы монстр образовал связь с будущим хозяином еще до своего появления на свет и после вылупления не посчитал благодетеля обедом.
Разумеется, далеко не каждому магу хватит сил на подобное и еще меньше разумных согласится ходить с постоянно опустошенным резервом… Впрочем, для меня это только плюс.
Вселение не равно одержимости и заняв место убитого эльфийского ребенка я де-факто стал им. Во всяком случае та часть Грегори Мадаава, что находится в Ториле может с чистой совестью называть себя чистокровным высшим эльфом. И хотя рост физической оболочки ограничен наложенными эмиссаром чарами школы Изменения, развитие духовной составляющей продолжает идти полным ходом, а лучшего стимула для развития магического резерва чем постоянное его опустошение придумать сложно.
Разве что пожирать человеческие души, ибо даэдрическая природа нивелирует негативные последствия данного процесса… Но с учетом природных данных моего текущего тела, разница в конечном итоге будет не слишком велика. Высшие эльфы и так одни из самых могущественных магов Торила, а конкретно мой предшественник уже будучи ребенком имел способности уровня мощного практикующего заклинателя.
Иными словами, если под рукой вдруг окажутся бесхозные души, целесообразнее будет поместить их в какой-нибудь артефакт.
Например сделать зачарованный доспех и вручить его Бхору, дабы мой единственный слуга хотя бы внешне не выглядел полным ничтожеством.
Да и по-правде говоря… Сам по себе питомец мне не особо интересен. Однако хотелось бы узнать, кто именно вылупится из яйца, поскольку в торильской фауне я разбираюсь примерно никак и сейчас про дремлющее под скорлупой создание можно сказать только то, что оно очень голодное. И как-то связано с рептилиями, если я правильно оценил тип покрывающей скорлупу чешуи.
— Господин, я тут подумал… — Придя к каким-то выводам, необычно задумчивый громила начал загибать пальцы. — Вам нужны свежие трупы, но вы не хотите нападать на ближайшие села, чтобы власти не послали по вашу душу стражу или вездесущих приключенцев. Ходить на охоту за птицами приходится через черный ход, потому что на главном ловушек больше, чем позолоты в доме амнского торгаша. При этом новость о следящем клейме вас не удивила, а скорее обрадовала… Я что, приманка?
— Поздравляю с успешно решенной логической задачей. — Закончив вливать энергию в своего будущего фамильяра, подбираю посох и покровительственно киваю ошарашенному догадкой головорезу. — Награду за тяжелый умственный труд получишь позже, а пока спрячься на нижнем ярусе — принесенные тобой птицы заметили приближающийся с запада вооруженный отряд.
Бесплатный материал для работы, да еще и с самостоятельной доставкой на место. И никакой головной боли с ловлей крестьян, что при первых же признаках опасности прячутся по лесам. Хм-м-м… Может потому Темные Маги и строят себе жуткого вида башни, видимые за несколько дней пути?