Я Димасик? Но я же дроу! - Глава 18
Глава 18
.
Кайн определился с теми, кто пройдёт дальше. После длительного наблюдения ему было очевидно, что лишь единицы готовы заплатить большие деньги за «настоящую магию». И хотя этих денег у них не было, они готовы были влезть в кредиты ради дальнейшего обучения.
Из первой группы таких людей было двое — одна из них пожилая женщина, вторая женщина тридцати лет. Их мотивы были схожими и нет одновременно. Пожилая дама собиралась этим зарабатывать — стать знахаркой и продавать свои услуги. А тридцатилетняя женщина хотела наколдовать себе мужа и денег. Сложно было представить, как это родилось в её сознании, но она была уверена, что после этих курсов её жизнь кардинальным образом изменится.
Во второй группе нашёлся всего один такой человек — мужчина, от которого постоянно разило дешёвым алкоголем. Его толкала на этот шаг меркантильность. Он думал, что научится колдовать, а потом сам будет учить этому же таких же лопухов, и тем самым безумно разбогатеет. И после этого станет пить не паленую водку, а дорогущие коньяки. А закусывать станет не варёной и жареной картошкой, а лобстерами и чёрной икрой.
В третьей группе тоже был всего один человек, готовый продолжить обучение. И это была Наташа. По мнению Кайна, она слишком сильно верила в волшебство. И что самое печальное для него — она единственная готова была пойти на многое ради достижения результата. То есть из всех учеников являлась самой перспективной на становление колдуньей путём заключения договора с демоном. Но Наташа его пугала одержимостью им. Он и так контактировал с женщинами с опаской, а тут она его недавно обняла и пыталась ПОЦЕЛОВАТЬ!
Вспоминая об этом, Кайн испытывал ужас с примесью возбуждения. И это его пугало больше, чем страх перед жрицами. Ведь возбуждение порождало в нём ненормальную с его точки зрения тягу к этой девушке.
«Что дальше? — думал он. — Неужели я опущусь до того, что начну испытывать к ней сильное притяжение? Начну защищать её, словно воин-муж свою жену-жрицу? Хотя… Я же уже её защитил… Но это не считается, ведь я защищал свои инвестиции и будущее здоровье. Да-да, именно так!»
Остальные ученики постепенно с каждым занятием отсеивались. С каждым уроком в офис приходило всё меньше людей от каждой группы. Некоторые из них даже набрались наглости потребовать обратно деньги за обучение, на что получили вежливый отказ. Особенно много таких требовавших было среди тех, кто сбежал после задержания Кайна полицией.
Кайн был готов к такому повороту, заранее проконсультировался с юристом. Часть услуг по прослушиванию философского курса они получили. А это подразумевало, что услуга оказана и возврату не подлежит. Вот если бы они на лекции совсем не ходили по важной причине, к примеру, из-за болезни, и у них имелась бы на руках справка, тогда другой вопрос. Он был обязан вернуть все средства. А так извините, хоть в суд подавайте — закон на его стороне.
Одна особо громкая и скандальная дамочка обещала заявить на него в полицию и подать в суд. Кайн в ответ аргументировано ей заявил, почему его действия законны. Перечислил статьи, по которым он прав. И послал скандалистку с напутствием писать жалобы хоть Верховному правителю.
После этого к нему наведались из отдела защиты прав потребителей. Нервов они потрепали знатно, но нарушений не обнаружили. Через пару дней его вызвали на сверку в налоговую инспекцию, где знатно попили кровушку, которую не допили сотрудники отдела защиты прав потребителей.
Ноги этих проверок явно росли от скандалистки. Кайн, не надеясь на деградирующую память, записал её в блокнотик ниже Крысина под номером два — Ольга Скотникова.
* * *
Мысль о том, что Наташа могла зарядить брелок каким-то местным, но от этого не менее действенным проклятием, не давала Кайну покоя. Он провёл несколько вечеров, скрупулёзно изучая в интернете всё, что касалось славянского и современного городского колдовства — заговоры, привороты, создание оберегов и, наоборот, «отсосов» энергии. К его величайшему удивлению, в некоторых практиках прослеживалась здравая логика, если рассуждать с точки зрения магической механики его прошлого мира. Использование личных предметов, сила намерения, работа с символами — всё это было примитивно, но не абсолютно бессмысленно.
«Что если в этом мире магия просто дремлет, а не отсутствует вовсе? — размышлял он, снимая с ключей злополучного котика. — Что если их «заговоры» — это попытка интуитивно нащупать рычаги управления реальностью, не имея для этого врождённого дара?»
Он подверг брелок тщательному осмотру. Обычная вязаная игрушка с каким-то мягким наполнителем. Сжав её посильнее, он нащупал внутри небольшое уплотнение. Воспользовавшись канцелярским ножом, он аккуратно распорол брюшко котика. Среди синтепона лежал маленький свёрток из вощёной бумаги, туго перемотанный тёмными волосами. Развернув его, Кайн увидел тщательно выведенные шариковой ручкой странные символы, отдалённо напоминающие руны, и два имени: «Наталья» и «Дмитрий», обведённые в сердечко.
Ирония ситуации заключалась в том, что это не было проклятием. Это была смехотворная попытка приворота. Но сам факт того, что девушка попыталась подчинить его волю, вызвал у Кайна прилив злости. В Мензоберранзане ни одной девушке подобное не могло даже прийти в голову. Жрица просто подошла бы и взяла бы силой понравившегося мужчину. А вот мужчина-маг наподобие него мог бы попробовать провернуть схожий трюк, если бы у него было недостаточно развито чувство самосохранения. Ведь за такую наглость его бы очень жестоко наказали. Здесь же он мог лишь выбросить этот кусок тряпки в мусоропровод, что он и сделал с чувством глубокого удовлетворения.
Впрочем, он поставил себя на место Наташи. Вспомнил, каким он был в молодости в возрасте лет пятидесяти, и понял, что он бы мог пойти на подобную глупость, если бы в тот момент на достаточном уровне владел магией. Так что Кайн сумел почувствовать то, что ощущала девушка, и злость на неё сменилась пониманием и даже дополнилась лёгким одобрением. Затем к этому чувству добавилось ощущение собственной важности. Кто-то обратил на него внимание и даже предпринял столь странные попытки его привязать к себе. И этот кто-то девушка. Если бы подобное произошло в его молодости в прошлой жизни, он бы от счастья бегал по стенам.
На следующий день после очередной тренировки он поймал себя на том, что мысленно возвращается к тому моменту в комнате, когда они с Наташей обнялись. Он вспомнил тепло её тела, запах её волос — приятный цветочный аромат шампуня. После этого мысли подкинули ему воспоминание о том, с каким восхищением она смотрела на него после драки. И эти воспоминания вызывали у него тёплое щемление в груди.
«Это просто остаточный эффект её глупого ритуала, — убеждал он себя, с силой тряся головой из стороны в сторону. — Самовнушение. Никакой реальной силы за этим нет».
Чтобы окончательно избавиться от навязчивых мыслей, он погрузился в работу. Нужно было подготовить программу для «второго уровня». Четверо отобранных учеников он собирался объединить в одну группу и подвергнуть их настоящему испытанию. Он планировал дать им первые, по-настоящему опасные знания — базовые техники по высвобождению собственной жизненной силы. Для человека без магического дара, это был путь в никуда, который вёл лишь к истощению и болезням, а если переборщить, то и к смерти. Но Кайну была нужна их энергия, чтобы подпитать ею один из амулетов, который он изготовил из подручных средств — плоского камня и медной полосы. На этот амулет были нанесены четыре руны, которые должны были стабилизировать деградацию его разума или как минимум замедлить её. Если это получиться, у него появится дополнительное время на решение проблемы.
Конечно, на одну энергию заклинателей он не надеялся. Вместе с этим он собирался принести в жертву крупное животное — свинью. Делать это в гараже непросто. К тому же, он собирался после этого окупить расходы продажей мяса или же раздать куски туши свиньи всем тем, кто участвовал в ритуале. Последнее пусть и принесёт ему убытки, но должно снять стресс от убийства животного. Ведь как он понял, городские жители этого мира привыкли видеть мясо в упаковках на полках супермаркетов. Они настолько изнежены и лицемерны, что не приемлют убийство животных, но с удовольствием кушают их мясо, а также используют их шкуры и жир.
Охота объединяет. Это старая непреложная истина, корни которой начинаются в древности, когда люди и эльфы вели образ жизни охотников-собирателей. Хотя, наверняка многие эльфы до сих пор не ушли от этого далеко, как и люди. Стоит группе разумных существ, которые объединены в одно образование, вместе убить животное, как они начинают чувствовать сплочённость. Если же при этом ещё добычу разделить, да ещё на равные доли, то это ощущение возрастает. Эти люди становятся немного ближе друг к другу. Между ними вырастает уровень доверия. Этим Кайн тоже собирался воспользоваться. Ведь ему потребуются преданные товарищи как минимум до того момента, пока в нём не пробудится волшебная сила. А как ещё объединить совершенно разных людей?
Он знал несколько способов, которые используются различными сектами и применялись в среде дроу. Нужно в первую очередь сплотить группу, чтобы в ней человек чувствовал себя важной частью коллектива. Он должен хотеть находиться в этой компании. Далее следует наложить на эту группу жесткие и бессмысленные ограничения, которые должны исполняться. Диета с исключением некоторых продуктов, выполнение определённых ритуалов, вера во что-то высшее.
Последнюю функцию в данном случае заменяла вера в магию и стремление прикоснуться к ней. Насчёт диеты и ритуалов Кайн пока размышлял. Он изучал ограничения, которые накладываются в человеческих религиозных организациях, и на их основе пытался создать свой микс. Ритуалы в виде молитв он уже заменил на медитации для развития сознания, и они уже вносили свою лепту. Простая диета с отказом от пищи в определённые временные отрезки ему казалась недостаточной. Он хотел, чтобы его последователи с этого получали пользу. Поэтому он старался разработать диету, которая как минимум не должна вредить организму, а как максимум добавлять здоровья. Благо, у людей на этот счёт имелось множество наработок.
Вечером во вторник, после особенно изнурительной лекции со второй группой, он сидел в опустевшем офисе, чувствуя, как накатывает знакомая волна усталости и финансовой безысходности. Деньги таяли, долги висели дамокловым мечом, а перспектива выжать из четырёх адептов по сто тысяч казалась призрачной. Вдобавок ко всему, тело ныло после дневной тренировки. Мысли о дешёвой тушёнке с макаронами и одиноком вечере в четырёх стенах угнетали.
За всё время осознанной жизни в этом мире он никуда не выбирался. Никакого отдыха — одна лишь работа. А ведь мир вокруг него огромен и разнообразен. В нём уживаются вместе множество культур. Он бы с большим удовольствием отдыхал в шезлонге на берегу моря с бокалом сока. Вместо этого его ждала скудная дешёвая пища и очередной вечер за написанием схемы будущих тренировок. Ещё он стал много времени тратить на расчёт ритуала призыва демона. А это настолько муторно, что хотелось раньше срока уйти на следующее перерождение. От этого шага его останавливала мысль о том, что в следующий жизни всё может быть хуже.
Сейчас у него хотя бы имелись время и ресурсы, чтобы побороться за сохранение своего разума. А потом он может попросту не дожить до двадцати и не пробудить память прошлой жизни. Одно радовало — многие вычисления ускорялись раз в двадцать благодаря компьютеру. В прошлой жизни он бы потратил на аналогичные расчёты год. Сейчас же собирался уложиться максимум в месячный срок.
В дверь постучали. Кайн нахмурился. Занятия закончились, охрана торгового центра уже должна была начать обход. Он подошёл к двери и слегка приоткрыл её.
За дверью стояла Наташа. Но она не выглядела той робкой «серой мышкой», которая обычно сидела на лекциях. Она была в юбке и короткой курточке. В левой руке она держала не сумку с тетрадями, а пакет с пластиковыми коробками, от которых исходил одуряюще вкусный аромат.
«Ллос, даруй мне терпение…», — мысленно взмолился он, чувствуя, как учащается пульс.
Инстинкт велел ему притвориться, что его нет. Но… Во-первых, было поздно, поскольку дверь была приоткрыта. Во-вторых, любопытство, подогретое вчерашним «расследованием», и та самая, необъяснимая тяга, заставили его шире открыть дверь и впустить гостью.
— Дмитрий Анатольевич, — её голос прозвучал мягко и виновато. — Я хотела бы вас отблагодарить за своё спасение от хулиганов. Если бы не вы, то даже не представляю, что бы они со мной сделали…
— Наталья, у вас же завтра занятия, — устало вздохнул Кайн.
— Я знаю. Я заметила, как сильно вы устаёте после лекций. Вы так много отдаёте нам, а сами, наверное, даже нормально не питаетесь. В знак благодарности я приготовила вам ужин.
Кайн покосился на пакет, запах из которого кружил голову и вызывал обильное слюноотделение. Его желудок, предательски, издал громкое урчание. Наташа сдержанно улыбнулась.
— Я могу просто оставить эту еду вам и уйти.
Искушение было слишком велико. Кайн был голодны, уставшим и вымотанным. А тут — готовый и невероятно вкусно пахнущий ужин. Бесплатный ужин. В его сознании зажглась неоновая вывеска: «ЭКОНОМИЯ! Как выжить на ноль рублей? Поесть в гостях!»
— Вы туда ничего не добавляли? — прорезалась у Кайна подозрительность. — Всякие приворотные зелья, к примеру, — прищурился он.
— Нет-нет-нет! — замотала собеседница головой из стороны в сторону, а её щёки залило румянцем. — Так вы догадались насчёт чая? Дмитрий Анатольевич, клянусь, на этот раз никаких приворотных зелий! Эта обычная еда. Я готова продемонстрировать вам на личном примере, что там нет никаких добавок — попробую у вас на глазах каждое блюдо.
— К-хм… — Кайн пребывал на распутье. С одной стороны, вкусный халявный ужин — всё по заветам Серёги всё пожирающего. С другой стороны, вероятность наличия в блюдах добавок. Впрочем, если там имеются добавки, то девушка не стала бы сама есть эти блюда. — Хорошо, ты будешь есть вместе со мной. Только не здесь. Скоро охрана меня выгонит и отругает за поздний уход. Так что идём ко мне домой.
— Конечно! — Наташа засияла от радости.
Вскоре они пришли в квартиру Кайна. Девушка разулась и сразу прошла на кухню. Она ловко расставила на столе контейнеры. Там были и запечённые куриные ножки с хрустящей кожицей, и салат из свежих овощей, заправленный чем-то ароматным (горчичным маслом — типичным для употребления в салатах в Волгоградской и Ростовской областях), картофельное пюре и даже бутылочка с домашним морсом.
— Я приготовила на один приём, потому что не знала, согласитесь ли вы поесть, — опустила она глаза. — Приятного аппетита.
— Сначала ты, — сел в торце стола Кайн, наблюдая за тем, как Наташа накладывает половину блюд себе в тарелку.
Лишь только после того, как она отведала каждого блюда, парень пододвинул к себе судочки и принялся есть сам. Он не хотел пачкать лишнюю посуду. Ведь это означало, что её придётся мыть. Это повышенный расход воды и лишние расходы.
Когда они закончили есть, Наташа с умилительной улыбкой разглядывала спутника. Она сказала:
— Дима, я обычно готовлю много и не успеваю всё съесть. Можно я буду приносить еду тебе? Не пропадать же добру.
— Готовь меньше, — Кайн чуял в этом предложении подвох.
Разве станет женщина кормить мужчину просто так? Это крайне подозрительно. Тем более что Наташа не выглядит богачкой. Он выяснял в интернете уровень зарплат у тех профессий, которые были у его учеников. У библиотекаря зарплата была настолько мизерной, что казалось странным, откуда Наташа берёт деньги на красивую одежду? Вообще, откуда у неё деньги на одежду?! Двадцать три тысячи рублей — да на это даже нормально прожить невозможно. Разве что всё время пользоваться советами любимого блогера Кайна. Но в таком случае ей самой едва должно хватать на еду. Если же кормить ещё и мужика, то вообще разориться можно.
— Я не умею готовить меньше, — с наигранно-смущённой улыбкой Наташа развела руками в стороны. — Я выросла в большой семье. Мама постоянно готовила на всех нас. Потом она стала привлекать к готовке меня. Вот и я, как научилась варить на толпу из пяти человек, так и не могу перестроиться. Я же могу тебя угощать? Хотя бы время от времени.
— Звучит заманчиво, но… — Кайн качнул головой из стороны в сторону. — Я не могу тебе позволить поступать столь опрометчиво. Мне известно, сколько зарабатывает библиотекарь. Это настолько мизерная сумма, что меня будет мучить совесть при мыслях о том, что ты отдаёшь мне свою еду.
(От автора: Ну да, ну да… Совесть его будет мучать. А из-за «развода» на сто пять тысяч той же самой девушки у него ничего не шелохнётся! Двойные стандарты такие двойные…)
— Я могу приходить к тебе и готовить из твоих продуктов, — продолжила Наташа с надеждой в душе. — Ведь ты же наверняка сильно занят. А ещё я могу помогать тебе с уборкой.
Разум Кайна твердил, что это ловушка. Но кто будет слушать разумные доводы, когда на кону качественная и вкусная кормёжка? А ещё уборка, которую он не мог выносить и занимался ею изредка, когда по квартире начинали перекатываться комки пыли. Его неприятие женщин и страх перед ними померкли перед желанием вкусно есть и жить в чистоте.
«Это всего лишь еда и уборка, — подумал он. — Я сильнее её и контролирую ситуацию. Ничего плохого не случиться, если я соглашусь. Не случится же?»
— Я подумаю, — обтекаемо ответил он.
— Отлично! — лицо собеседницы озарилось ослепительно-радостной улыбкой. — Тогда до завтра!
— Я сказал, что подумаю! — крикнул парень в спину девушке. Она поспешно выскочила из квартиры, делая вид, словно не слышала его. — Подумаю, а не согласен… — тише добавил он, после чего тяжело вздохнул. — Кажется, меня обманули…