• Boosty Shared
• Сорес

• T

• сорес
• колдун 11 мира

30 июня, 2013 год от рождества Христова.

Спустя несколько секунд.

Покои царицы, Царский дворец, Золотой город, Асгард, окраина Млечного Пути.

— Все действующие лица в сборе, — произнёс я, удерживая кинжал у горла заложника. — Давайте сразу перейдём к делу.

— Хекматьяр! — натурально взревела залетевшая в комнату Тор, напряжённо сжимая в руках искрящийся молниями молот. — Отпусти Джона! Живо! И что ты сделал с матерью?!

— Спокойней, спокойней, — сказал я и слегка надавил на клинок, оставив на горле астрофизика мелкую царапинку, начавшую стремительно гнить и доставлять парню не самые приятные ощущения. — Давайте не будем повышать голос просто так. Угрозы на мне не сработают, а к сделкам я давно привык. Давайте подумаем: у меня есть то, что нужно вам. У вас есть то, что нужно мне. Как хорошо совпало. Предлагаю равноценный обмен, согласны?

— Заложники, — наконец вступил в разговор Один, до этого молчаливо вошедший в покои царицы и лишь сверливший меня своим единственным глазом. — Какая низость, колдун. Думаешь, сможешь уйти и выжить после этого? Напасть на Асгард и остаться невредимым?

— Честно говоря, да, — ответил я, пожав плечами. — Будь на вашем месте Локи или кто-нибудь другой, более хитрый и беспринципный, я бы хорошенько подумал, прежде чем прийти сюда.

Что было правдой. Попади я в тот короткий отрезок времени, когда на трон тайно взошла местная вариация Локи, то я бы ни за что не попытался провернуть этот трюк. Ведь этот трикстер скорее удавится, чем выполнит мои требования.

Но сейчас…

— Вы, отец и дочь, не сможете мне отказать. Первый слишком ценит свою единственную и неповторимую супругу. Может быть, происходи дело пару тысячелетий назад, когда ты, Всеотец, был жестоким завоевателем и тираном, а твои легионы вёл настоящий Бог Смерти, всё было бы по-другому. Но сейчас ты стар и слаб, а значит, не можешь так сильно рисковать.

Было видно, как мои слова задевают тайные, глубоко запрятанные струны души Одина, попадая точно в цель. А уж когда я упомянул про его первенца, о котором даже в местной младшей и старшей Эдде не упоминалось, он отчётливо вздрогнул, на мгновение потеряв самообладание.

«Значит, это правда, — подумал я, криво усмехнувшись. — «Местное божество смерти — мужчина, а не девушка. Как забавно!»

— Что касается тебя, Тор, то с тобой всё ещё проще, — продолжил я, переведя взгляд на напряжённую блондинку, не спускавшую с меня глаз. — Ты героиня. Самая настоящая, праведная героиня, неспособная на предательство или разумные жертвы, что сегодня не раз продемонстрировала, сражаясь с вторгшимися в город альвами. Ты не будешь без причины рисковать своим пареньком или матерью, как бы тебе ни хотелось прямо тут свернуть мне шею.

— Кс-с-с-с … — Даже стоя в нескольких метрах от неё, я отчётливо слышал, как скрипят зубы Богини Грома.

— Осторожнее. Не знаю, как у асов, но у землян стёртая эмаль не восстанавливается, — заметил я, осуждающе цокнув языком. — Итак, вы согласны? Или мне здесь до Рагнарека стоять?

Воцарилось молчание. Было видно: Один напряжённо думал, наверняка просчитывая всевозможные варианты, как освободить заложников, не навредив им, а Тор еле сдерживала себя от того, чтобы не броситься вперёд, раздавая налево и направо свою справедливость.

«Нет, так не пойдёт», — подумал я, бросив короткий взгляд на Всеотца, не желая давать ему даже шанса выбраться из моих сетей.

— Прежде чем вы придумаете какую-нибудь гадость или вытащите из-за пазухи какой-нибудь древний, всеми забытый артефакт, я предупреждаю.

Щёлк…

Щёлк…

И на двух тонких белых шеях одновременно были застёгнуты глухие, технологичные ошейники, светящиеся ярким голубым цветом, появившись из подпространства моего Сосуда Гения.

— Это подстраховка, — сказал я, убирая клинок от горла парня и накладывая на него малое исцеление, дабы прервать страдания от нанесённой раны. Я же не садист, верно? — На Земле это называется детонатор мёртвой руки. Стоит моему сердцу перестать биться, нажать на особую кнопку или этим двоим отдалиться от меня более чем на сотню метров, как наружу будет выпущена чистая и неструктурированная сила Камня Пространства. Думаю, вам не нужно объяснять, что тогда станет с Фостером и Фриггой, будь последняя хоть трижды богиней?

Глаз Одина прищурился, прекрасно демонстрируя его внутреннее напряжение, а Тор побледнела и опустила молот, наконец переставший угрожающе искриться.

— Что тебе нужно, колдун? — спросил Всеотец, сжав ладонь на древке Гунгнира.

— Самую малость, — ответил я, довольно улыбнувшись. — Во-первых, передай приказ своим войскам, чтобы прекратили сопротивление. Мне, конечно, безразлично, сколько альвов и асов сегодня погибнет, но своих людей я терять не намерен.

— Нет! — вместо своего отца ответила Тор. — Малекит продолжит бойню! Я видела ненависть в её глазах! Она будет истреблять наш народ, даже несмотря на твои приказы, Хекматьяр.

— Ошибаешься, героиня, — заметил я, привычно закладывая одну руку за спину. Вторая продолжала лежать на плече астрофизика, не давая тому вырваться и совершить какую-нибудь глупость. — Тёмные альвы подчиняются в первую очередь мне, а не своему лидеру. Ведь, как и в случае Асгарда, жизни их мужей, женщин и детей находятся в моих руках.

Ни капли лжи. Сразу после визита в пространственное хранилище в Свартальвхейме там тайно были размещены бомбы, также работающие на валькириуме и активирующиеся благодаря принципу квантовой запутанности, лишь недавно разработанному и протестированному в швейцарских лабораториях Abstergo. Что это значило? Да то, что даже находясь на другом конце мироздания, я мог стереть с лица галактики половину родного мира тёмных.

Угроза, озвученная прямо на борту флагмана, проняла как рядовых эльфиек, так и саму Малекит, расколдованную перед самым началом вторжения.

«Наверное, это одна из причин, почему лидером альвов стала именно она, а не Алгрим, несмотря на превосходство в силе и военном мастерстве», — подумал я, припомнив, с какими лицами на меня смотрели обе эльфийки, осознавшие, что их народ окончательно крепко взяли за шею, без шанса вырваться. — «Первая бы сразу поняла, к чему может привести открытие убежища перед чужаком, но её подчинённая была слишком ослеплена страхом потерять своего лидера, из-за чего повелась на мои речи».

— Хорошо. Асгард сдастся тебе, колдун, — сказал Один и ударил пяткой копья об пол, отчего по покоям разнёсся лёгкий звон, а стоящая рядом со мной Фригга едва заметно дёрнулась.

«Хм, вот значит как… Старый хитрец», — подумал я, чувствуя, как струна, связывающая меня с асиньей, ощутимо дёрнулась, почти порвавшись. — «Местный вариант антимагии? Или снятие проклятий?»

— Рад вашему благоразумию, Всеотец. — Рука незаметно скрылась в полах мантии и крепко сжала призванный ручной арбалет, заряженный небольшим болтом.

Щелк…

Мгновение — и снаряд устремляется в полёт, пролетая в считанных миллиметрах от головы Фригги, оставляя длинную царапину на её ухе.

— Мама! — воскликнула Тор, всё же бросившись вперёд, вот только сотворённый движением руки заговор Мистического заряда отшвырнул её назад, заставив впечататься в стену.

«Поразительно. Сила, способная разорвать пополам даже метачеловека, не оставила на ней даже царапины», — мельком подумал я, поворачивая голову к Одину, направившему на меня копьё, но так и не решившемуся атаковать. — Однако не нужно пытаться обмануть меня. Ещё одна попытка снять заклятие с Фригги — и её душа навечно отправится в Вальгаллу.

— Nötkreatur… — ругнулся сквозь зубы Один, впервые показав свои настоящие эмоции. Сам язык был мне не знаком, но по одной интонации было ясно, что это оскорбление, хорошо если не матерное.

— Надеюсь, теперь то мы пришли к согласию? — спросил я, пропустив услышанное мимо ушей.

— Да, — кивнул царь Асгарда и, не глядя, остановил пытавшуюся броситься в атаку Тор, выставив перед ней копьё.

— Тогда продолжим, если вы не против, — сказал я, щелчком пальцев прижигая рану, оставленную на ушке Фригги. — Вторым моим требованием будет получение некоторых реликвий, хранящихся в вашей Сокровищнице. Я не попрошу много. Лишь Вечное пламя и Ларец Вечных Зим.

Сказать, что оба аса пришли в ярость, услышав мои требования, значит сильно преуменьшить силу их реакции. Это выражалось даже не эмоциями или языком тела, а бурей. Огромной бурей, накрывшей Асгард, из которой по земле вокруг дворца начали бить толстые молнии.

«Не зря их зовут богами. Одно их настроение меняет этот карманный мир», — усмехнулся я, не проявляя ни капли волнения. Ведь всё это светопреставление — лишь бессильная злоба. Крик проигравшего, перед тем как ему перегрызут горло.

— Итак, вы принимаете мои условия или да? — Спросил я, не обращая внимания на беснующуюся стихию. Риторический вопрос, ответ на который были известен ещё в тот момент, когда Фригга попала под моё Подчинение чудовища .

Любящая дочь и верный муж… Как они могли мне отказать?

«Никак», — подумал я, невольно скривившись. — «Я ведь поступил бы точно так же…»

* * *

30 июня, 2013 год от рождества Христова.

Пол часа спустя.

Радужный мост, Биврест, Асгард, окраина Млечного Пути.

На то, чтобы вывести войска и переместить заложников в нужное место, не понадобилось много времени, особенно если ты контролируешь большую часть города. Клоны и дроны мастерски загнали жителей в дома, согнали воинов в казармы, а затем повторили то же самое с темными эльфами, которые, дорвавшись до асгардской кровушки, отказывались уходить, желая убить как можно больше асов.

Приходилось утихомиривать их старым-добрым ударом приклада в нос, а затем транспортировкой бессознательного тела обратно на корабль.

— Вот так просто? Всё закончится? — спросила Малекит, стоя рядом со мной, сложив руки на груди. — Я ожидала от Асгарда большего.

— Больше силы или жестокости? — поинтересовался я, привычно заложив руки за спину.

«Интересно, как она бы отреагировала, узнай, что для проникновения в Золотой город я использовал её план», — подумал я, еле сдержав усмешку.

На самом деле это и вправду было просто. Принять облик рослого и могучего мародера неизвестной мне расы, на публику побиться с одним из патрулей Асгарда в Альвхейме, а затем, воспользовавшись нападением, незаметно покинуть камеру, воспользовавшись Призрачным шагом . После этого проскочить по коридорам Асгарда, выяснить расположение генераторной, а затем уничтожить её было делом пары минут.

Правда, был момент, когда меня чуть не обнаружили.

Локи, эта дьяволица, заметила мой побег и могла спокойно выдать меня охранникам, однако вместо этого Богиня Обмана лишь понимающе улыбнулась и дала совет, как быстрее пройти к своей цели.

«Жаль, она так и не поймет, что это привело её к гибели».

— Последнего, — ответила эльфийка, баюкая правую руку, замотанную в бинт. Если верить Чиките, это была заслуга одного из командиров эйнхериев, не уступавших в боевом мастерстве даже хозяйке Свартальвхейма. — В моё время асы не сильно превосходили наш народ. Наоборот, используя Проклятых, нам удавалось даже одерживать победы, однако мастерское использование Биврёста и принесение жертв ради диверсий принесли победу Бёру. Его сын же… Разочарование.

— Не сказал бы, — заметил я, ухмыльнувшись. — Просто он стар. В былые времена под его пятой пылали целые миры: Йотунхейм, Муспельхейм, Ванахейм. Все эти миры были подчинены усилиями Одина, а не его отца и деда.

— Хочешь сказать, что его огонь давно погас? — приподняв бровь, уточнила эльфийка.

— Да. Сейчас Всеотец живет лишь ради того, чтобы передать трон своей дочери и проконтролировать, что у нее хватит силы одолеть другое ее дитя, — кивнул я, а затем слегка прищурился, заметив на другой стороне моста одинокую фигуру, облаченную в длинный красный плащ. — Поговорим об этом позже. Наша гостья уже прибыла.

Конечно, я не доверил Одину или Тору переносить нужные мне артефакты. Первый был слишком могущественной сущностью, способной воспользоваться Вечным Пламенем или Ларцом Вечных Зим против меня, а вторая была слишком импульсивной и могла атаковать в самый неудачный момент, на корню испортив весь мой план.

Однако простого аса в качестве парламентёра и посредника отправлять было нельзя. Во-первых, он должен был суметь унести такие своевольные и могущественные артефакты, а во-вторых, суметь защитить или спасти заложников в случае непредвиденных конфликтов.

Под такое описание попадала только одна личность.

Хранительница Радужного моста и главная стражница Асгарда.

Хеймдалль.

— Леди, — поприветствовал я ее, стоило той подойти достаточно близко, дабы вести цивилизованную беседу. — Рад встрече.

— Не могу ответить тем же, Виктор Хекматьяр, — ответила девушка, половина лица которой была скрыта глухой металлической маской.

Вообще, местная вариация Стража Богов сильно отличалась от своей киношной версии. Высокая, белокожая, с длинными развевающимися рыжими волосами, облаченная в тяжелые латные доспехи, низ которых прикрыт черной юбкой. Со стороны она больше напоминала сошедшую со страниц легенд валькирию, вот только сияющие золотом глаза и длинный, дрожащий от силы меч сразу развеивали иллюзию, что перед вами простая вестница богов, а не натуральная богиня.

— Вы знаете меня? — притворно удивился я, положив руку на грудь. — Приятно удивлен.

— Я следила за тобой. Давно, — ответила воительница, все так же оставаясь бесстрастной. — С того момента, как ты выпустил на волю древнее зло.

— И как? — уточнил я, приподняв правую бровь. — Какое впечатление сложилось у всевидящей и всеслышащей богини?

— Нужно было убить тебя. Сразу, — сказала она, едва заметно приподняв меч.

— Что же помешало? — спросил я с искренним интересом. Ведь мне было любопытно, почему Асгард не избавился от меня после того инцидента с Апокалипсисом.

— Мы не можем без повода вмешиваться в дела Девяти Миров, — ответила Хеймдалль, чуть сощурив золотистые глаза. — Ты же хоть и казался угрозой, но меньшей, чем сотни банд мародёров и великанов, разгуливающих по просторам галактики. Это была ошибка.

— Даже боги могут ошибаться? — не смог я сдержать ехидства, ведь в моём понимании Бог был нечто большим, чем простой сверхчеловек с уникальными силами. По такой логике любой альфа-мутант — бог, вот только кольт 44-го калибра способен уравнять людей, но никак не богов.

— … — Хранительница Асгарда не ответила, вместо этого переведя взгляд на заложников, стоявших за моей спиной.

— Как я мог забыть, — фыркнул я, хлопнув себя по лбу. — Вернёмся к нашей небольшой сделке. Прошу прощения за недоверие, но артефакты вперёд. Своему слову я верю, а вашему — нет.

— … — Хеймдалль вновь промолчала, вместо этого взмахнув рукой, и за её спиной из радужного сияния возникла небольшая, размером с ящик для посылок, шкатулка, сделанного из резного синего камня, окантованного серыми шероховатыми вставками. Не узнать Ларец Вечных Зим было трудно.

А вот Вечное Пламя смогло меня удивить.

Не помню, как оно выглядело в каноне, однако в реальности это была огромная литая цельнометаллическая чаша, на бортах которой была выгравирована история войны между асами и огненными великанами, а внутри неё самой, без какого-либо топлива, горело неукротимое жёлтое пламя, искры которого рассыпались по округе. Не обжигая, наоборот — давая чувство какого-то внутреннего, неуловимо родного тепла.

«Впечатляет», — подумал я, осматривая два важнейших элемента моего плана. Правда, без какого-либо волнения. После недавних событий мне стало гораздо тяжелее испытывать настоящие, неподдельные эмоции.

— Ларец и Пламя ваши, — сказала асинья, указав рукой назад. — Верните царицу и Джона Фостера.

— Конечно, — ответил я, пожав плечами. — Вот только сначала нужно провести небольшую проверку. Повторюсь, своему слову я доверяю, вашему — нет.

Щелк…

Лёгкий щелчок пальцами, и из глубин корабля выходит высокий, двух с половиной метров ростом, ледяной великан, облачённый в грубо обработанные меха и шкуры.

— Йорвик, прошу вас. Проверьте, — сказал я, показав рукой на стоящий неподалёку ларец, не обратив внимания на дёрнувшуюся богиню-стражника.

На что великан лишь кивнул и, подойдя к величайшему сокровищу своего народа, взял его, начав внимательно рассматривать.

Секунда.

Вторая.

И по венам представителя Йотунхейма начинает бежать жёлтая, мерцающая энергия.

— А-А-А-А!!! — Из-за которой он мгновенно рассыпается в прах, а сам артефакт начинает стремительно пульсировать, словно набирая заряд и готовясь взорваться.

«Ожидаемо», — подумал я, выхватывая из-за пазухи заряженный валькирией пистолет и выстреливая в замаскированную бомбу, должную отправить меня на тот свет. Пространственная энергия стёрла эту мину замедленного действия в пыль, не оставив даже пепла, а мой взгляд вернулся обратно к Хеймдалль, у горла которой замерло сразу несколько клинков, один из которых принадлежал Малекиту.

— Как некрасиво, — сказал я, передавая ствол стоящей рядом подчинённой. — Нет, я понимаю вашу задумку. Зная, что ларцом могут пользоваться только йотуны, отдать мне фальшивку и ждать, пока я либо не взорвусь сам, либо пока не найду того, кто мог бы им воспользоваться. Избавиться от меня, "заказчика" и реликвию сохранить. Три зайца одним ударом.

Развёл руки, в одной из которых появился тонкий, обоюдоострый меч.

— Однако ничего в этом мире не проходит без последствий.

Шух…

Удар, и голова не ожидавшего такого Фостера падает на кварц Радужного моста, а всех окружающих обдаёт потоком горячей, ударившей из обезглавленной шеи, крови.

— Сама будешь объяснять Тор, почему её суженый так глупо погиб, — сказал я, глядя прямо в золотые глаза богини, смотревшей на меня со смесью злости и откровенного ужаса.

«Рано, ведь я ещё не закончил», — подумал я, приставляя клинок к горлу Фригги. — Надеюсь, теперь мы обойдёмся без фокусов? Или тебе изначально не дали настоящие артефакты?

— … — Хеймдалль не ответила. Лишь в очередной раз взмахнула рукой, и на месте рассыпавшегося ларца и жаровни появились их точные копии, которые даже от их подделок отличить было невозможно.

«Вот что значит работа асов», — подумал я, во второй раз щёлкая пальцем, подавая сигнал очередному йотуну, дабы тот проверил достоверность артефакта.

А что, вы думали, у меня на корабле всего один йотун? Нет, конечно. Тот, кому предназначался Ларец Вечных Зим, даже не покидал Йотунхейм, вместо этого доверив мне пятёрку своих самых преданных воинов, чья роль заключалась в проверке подлинности переданного артефакта.

«Им повезло», — подумал я, наблюдая, как вены ледяного великана синеют, а он сам обрастает тонкой инистой коркой. — «Четверо выжило».

— Это он? — спросил я у подопытного и, получив утвердительный кивок, на мгновение дотронулся до реликвии, отправив ту в свой Сосуд Гения, под недовольный взгляд великана.

«Думал, я доверю тебе артефакт подобной силы?» — усмехнулся я, одним взглядом передав всё, что думаю об уровне интеллекта этого верзилы.

— Будете проверять пламя? — сказала Хеймдалль, кивнув в сторону Вечного огня.

— Да, — кивнул я, обернувшись к богине и привычно заложив руки за спину. — Но прежде я позволю своим людям убраться из Асгарда. Ни за что не поверю, что сразу после обмена вы не мобилизуете все силы и не попытаетесь от меня избавиться.

— Вы останетесь здесь? — спросила воительница, приподняв брови.

— Конечно, — ответил я, задорно хмыкнув. — Я единственный умею телепортироваться, а значит, смогу от вас сбежать.

— Как скажете, — кивнула богиня, принимая мои слова.

На то, чтобы скрыться внутри корабля и отчалить, активировав маскировочные поля, скрывающие их даже от систем наблюдения Асгарда, моим людям потребовалось всего несколько минут. На мосту остались лишь я, Фригга и Хеймдалль, терпеливо ждавшая, пока я сниму с её царицы ошейник.

— Кстати, не советую и дальше совершать глупости, — сказал я, вбивая сложную комбинацию на небольшой панели, скрытой внутри нашейной бомбы. — Даже после снятия ошейника её разум останется под моим контролем. Стоит вам меня атаковать, помешать уйти или попытаться украсть пламя, как Фригга сразу перережет себе горло. Я ясно объясняю?

— Да, — кивнула нахмурившаяся богиня, чью задумку я, видимо, зарубил на корню.

— Вот и всё, — сказал я, как только поводок был снят и царица послушно встала рядом с Хранительницей Радужного моста. — С вами приятно иметь дело.

— Не могу сказать того же, — ответила Хеймдалль и исчезла в радужном сиянии, оставив меня в одиночестве стоять у Бивреста.

«Одину потребуется минимум полминуты, чтобы снять контроль», — подумал я, чувствуя, как моя связь с Фриггой начала рушиться под воздействием чужой силы, а с противоположной стороны моста в мою сторону рванула красная точка, сияющая белоснежными молниями. — «Достаточно».

Взмах — и в моих руках появляется большая чёрная двурогая маска в виде черепа, с двумя глазницами и небольшой верхней челюстью. Со стороны — обыкновенный театральный реквизит, но если бросить его в Вечное пламя…

Шух…

— В извечном пламени восстанешь вновь, — произнёс я слова заговора, наблюдая, как огонь внутри маски оживает и та постепенно начинает обрастать фантомными костями и плотью. — Я исполнил свою часть договора.

— Знаю, колдун, — услышал я низкий, пробирающий до костей голос. — Забирай огонь и отправляйся в мой мир. Там тебя встретят.

— Благодарю, — ответил я, слегка поклонившись и, дождавшись, когда человеческая фигура выпрыгнет в море, скрывшись в волнах, перенёс Вечное пламя в своё хранилище, заранее подготовленное к переносу такого важного артефакта.

«Надеюсь, адамантий сможет выдержать его жар», — подумал я, начав зачитывать вербальную формулу Исполнения желаний , дабы телепортироваться на корабль. Оставаться в Асгарде становилось опасно не только из-за Тор, видимо, узнавшей, что я сделал с её парнем, но и из-за моего союзника, стремительно разрастающегося на дне местного моря.

— Хекматьяр!!! — взревела асинья, приземлившись передо мной и начав раскручивать молот, накапливая заряд. — Ты ответишь за это!

— Может быть, но не сегодня, — ответил я, как только завершил заклинание и был готов в любой момент телепортироваться отсюда.

— Я убью тебя, слышишь! Убью! — крикнула разъярённая богиня, запустив в меня настоящий поток молний.

— Если выживешь, — ответил я, в последний момент исчезнув и оказавшись на мостике корабля, зависшего в невидимости неподалёку от Асгарда.

— Отец, — поприветствовала уже находившаяся здесь Коко. — Как всё прошло?

— Без проблем, — сказал я, пряча подрагивающие ладони в складках рукавов. Гнев Тор смог напугать даже меня. — Остаётся стоять и наблюдать за гибелью этого мира.

Так и произошло. Вскоре, прямо у берега Золотого Города из-под воды вынырнула огромная, высотой в несколько миль, фигура, орудовавшая титаническим огненным мечом, один удар которого сравнял с землёй весь порт и половину Радужного моста.

Суртур, владыка Муспельхейма и Владыка Пламени, начал предначертанный ему Рагнарёк.

— Невероятная сила, — тихо, на грани слышимости прошептала дочь, не сводя взгляда с легендарного великана, спокойно принимавшего на грудь все атаки Тора, Одина и остальной асгардской армии. Тысячи лучей, зарядов, молний и прочей магической машинерии летели в неповоротливое тело гиганта, но он все игнорировал, продолжая крушить ненавистный ему город.

— Божественная, — сказала подошедшая сзади Малекит, с нескрываемым довольством наблюдая, как рушится и горит Асгард.

— Нет, — покачал я головой, наблюдая, как Суртур высоко заносит клинок и вонзает его в основание мира, вызывая мощный огненный взрыв. — Настоящий Бог бы даже не напрягался, чтобы совершить нечто подобное. Настоящая божественная сила лежит далеко за гранью нашего понимания.

И, словно в такт моим словам, мощная взрывная волна прошла по поверхности Асгарда, стирая атмосферу, воду и всё живое, а затем и сам континент взорвался, разлетевшись на тысячи больших и маленьких кусочков.

В этот день, внезапно для всей остальной Галактики, в одночасье был уничтожен один из гегемонов, удерживающих в своих руках большую часть Млечного Пути. 30 июня 2013 года от Рождества Христова был уничтожен Асгард, последний осколок царства асов.

— Ничего личного. Только бизнес.

Всем привет. Надеюсь глава вам понравилась. Прошу прощения, что вышла не в воскресенье, я опять заболел. Ничего серьезного, но голова два дня раскалывалась.

Ну, признавайтесь, для кого подобное стало неожиданным? Я подобное планировал давно, но хотелось бы знать, насколько у меня получается эпатировать читателей.

Ах да, главы сегодня должно было выйти две, но из-за обзора Беда, приготовления драников и кипящей жопы (сами догадайтесь от чего), я не успел ее дописать. Прошу понять и простить.