***74***
Руфус сидел теперь уже в своем кабинете и, тщательно подбирая выражения, составлял приказ, с которым собирался идти к министру Фаджу. Он обдумал слова Поттера и Грейнджер о том, что с Финч-Флетчли нужно было взять клятву, покрутил мысль туда-сюда и понял, что клятвой проблему не решить. А поговорив с Амелией, лишь уверился в этом.
— Обливейт, — сказала она безапелляционно. — Причем не только самого мальчишки, но и его родителей, слуг и вообще всех, с кем они могли поделиться сведениями о волшебном мире.
— Не слишком ли круто? — Скримджер уже в красках представлял истерику министра.
— Не слишком. Иначе будет, как Поттер напророчил, — новые наркотики на улицах волшебного Лондона. Если честно, то сейчас, думая обо всем происходящем, я бы начала постепенное разделение волшебного и магловского миров. Слишком их много, слишком опасными они стали. Если даже инквизиция для нас была проблемой, то… — Амелия замолчала и зажмурилась, слишком хорошо представив возможные ужасы. Дамблдор в свое время, наоборот, ратовал за сближение, но сейчас стало кристально ясно, что это опасный путь, ведущий в никуда.
— Это же почти полная смена курса, — вздохнул Скримджер. — Но ты права, осталось убедить в этом Фаджа.
— Только не торопись. Дай созреть этой мысли у него в голове. Расскажи о случившемся, попроси подписать санкцию на применение Обливейта и скажи, вроде как про между прочим, что слишком близко сошлись наши миры, что это несет вот такие проблемы, как сейчас, — посоветовала Амелия.
Ей, в принципе, нравился Фадж. То, что многие принимали за трусость, она видела как осторожность. За все время своего правления он почти не совершил ошибок. Да и откровенно вредящие магической Британии приказы он категорически не подписывал. Интуиция у него была потрясающая.
— Не хочешь сходить со мной? — предложил Руфус.
— Нет уж, уволь. Я лучше отправлюсь домой, закажу у домовиков вкусный ужин, достану бутылочку вина и буду ждать тебя, — улыбнулась Амелия, подмигнула довольному Руфусу и ушла, оставив его наедине с думами не только о предстоящем сложном разговоре с министром, но и о прекрасном вечере с шикарной женщиной.
Министр Фадж одну за другой подписывал бумаги, которые ему подкладывал секретарь, но перед этим действом внимательно перечитывал, чтобы не случилось эксцессов, как те пару раз в самом начале его срока. Тогда он, понадеявшись на честность секретаря, подмахнул не глядя приказы о создании нового отдела в министерстве, так потом едва вернул всё на круги своя.
— Господин главный аврор, я вас вижу, — сказал он, когда Скримджер сначала появился в дверях, но потом, заметив, что министр занят, отступил. — Проходите в кабинет, я уже закончил.
Фадж поставил последнюю подпись, отпустил секретаря, дождался, пока тот закроет за собой дверь, и со вздохом посмотрел на Скримджера.
— У меня начинается нервный тик, когда я вижу тебя с очередной бумагой, — вздохнул Корнелиус и протянул руку, решив, что решить всё сразу — это как одним махом сорвать пластырь. — Очень надеюсь, что там не очередное масштабное применение непростительных.
— Раз ты настаиваешь, — вздохнул Скримджер и протянул санкцию на применение Обливейта к неизвестному количеству маглов и одному магу.
— Радует, что наконец-то не Адское пламя, — с нервным смешком сказал Корнелиус.
— Хоть что-то радует, — вздохнул Скримджер, уселся верхом на стул и принялся рассказывать те подробности, которых в бумаге не было.
— Высший свет! Приближенные королевы! Руфус, если бы я знал тебя немного хуже, то начал бы тебя подозревать в разном нехорошем, — возмущению министра предела не было.
— Наркотики, Корнелиус. Не просто зелья, а химические препараты, меняющие сознание почти безвозвратно. Двенадцать подростков в Мунго! А представь взрослого мага под этими препаратами, — предложил Руфус и, заметив выражение непонимания на лице министра, продолжил: — Представь боевого мага, который с дуру принял наркотик и выперся в люди, где его настигли галлюцинации, и он увидел в простых прохожих, например, на Косой аллее врагов. Дети, женщины, старики, которые могут попасть под горячую руку такого одурманенного идиота. Жертвы, скандал, репутационные потери. Компенсации и прочие прелести.
Корнелиусу вдруг привиделась его мама, которая любила прогуливаться по магическим улочкам, а перед ней кого-то вроде Флинта, только абсолютно безумного. Видение было ужасным, а Скримджер, заметив страх, промелькнувший по лицу Фаджа, добавил:
— Волдеморт покажется невинным агнцем на фоне вот таких вот одурманенных. Они будут бессмысленны, беспощадны и совершенно недоговороспособны. Их появление и намерения предсказать будет невозможно.
— Пообещай мне, Руфус, что эта гадость не появится на наших улицах, — потребовал Фадж, бестрепетной рукой ставя подпись.
— Увы, ничего не могу обещать, — с горестным вздохом сказал Скримджер и пояснил, заметив недоумение на лице Корнелиуса: — Мы слишком близки с маглами. Их слишком много, и, скорее, они ассимилируют нас, чем мы их. Пришло время принимать решение о том, сохранится наше общество или мы растворимся в магловском мире.
Высказал эти крамольные мысли, подхватил со стола подписанную санкцию и скрылся за дверьми кабинета, оставив Фаджа в полном раздрае.
Огромный дом в викторианском стиле с башенками и шпилями, с огромными окнами розовел в закатных лучах. Он стоял посреди классического английского парка, представляющего из себя совершенно пасторальную картину. Команда Обливиаторов в сопровождении пары звезд авроров и самого Руфуса Скримджера появились под сенью огромного вяза, укрытые дезиллюминационными чарами.
Семейство Финч-Флетчли ужинало за длинным столом, перебрасываясь незначительными фразами, а тот самый мальчишка, которого исключили из Хогвартса, не стесняясь никого, колдовал в свое удовольствие. И это не только при своей семье, которые как бы в курсе, но и при обслуживающих ужин абсолютно чужих людях, к семье отношения не имевших. Руфус, стоя в дверях столовой, обозрел представшую его глазам картину и дал отмашку своим, чтобы работали. Повязали всех, кто был в доме, очень быстро, а потом начали работать обливиаторы, а это долгий процесс, потому что стереть память нужно было не только присутствующим, но и всем тем, кто знал о волшебстве, а их оказалось немало, потому что прислуга менялась, кто-то уволился, кто-то был в отпуске, у кого-то выходные. Кроме этого, Джастин Финч-Флетчли не считал нужным соблюдать Статут о секретности, показав свои способности некоторым своим друзьям, так что работы предстояло столько, что ужин с Амелией отменялся на неопределенное время.
Руфус устроился в кресле, которое наколдовал для себя, смотрел на происходящее и всё больше уверялся в том, что разделить миры не просто хорошая идея, а необходимость. Вот уж чистокровным будет радость.
* * *
Когда за недавним ужином Тони рассказал о том, что планирует сделать в ближайшее время, он впечатлил своим размахом всех.
— Вся загвоздка в том, что я не уверен, что дата-центр будет работать в нашем домене. Я все еще не разобрался в том, как и на что влияет магия. Как наш домен соединен с остальным миром. Катастрофически не хватает знаний. Самое хреновое, что я не знаю, что уже открыто и изобретено в магическом мире. Никаких каталогов, никаких общих баз. Каждая старая чистокровная семья сидит на своих знаниях, как… как…
— Как собака на сене, — сказал Баки, очень точно выразив то, чему Тони не мог дать определения.
— Именно, — согласился тот. — Посоветоваться толком не с кем.
— Блэк, — вдруг сказала Наташа.
— Что Блэк? — переспросил Брок.
— Блэк — последний представитель одной из самых старых семей в магической Британии, — пояснила Наташа свою мысль.
— Отучился в Хогвартсе, а потом загремел в Азкабан, — фыркнул Брок. — Что он может знать? Нет, не вариант, оставим его на самый крайний случай. А идти нужно к мадам Пинс.
— Библиотекарша? — удивился Тони.
Библиотека Хогвартса считается одной из самых полных открытых для посетителей хранилищ книг в мире, а мадам Пинс — ее хранитель уже очень много лет. Она хотя бы направление задаст, в котором нужно двигаться.
— И кто пойдет? — спросил Баки. — Мой интерес будет выглядеть странно, а привлекать лишнего внимания совершенно не хочется.
— Мы пойдем, — вместо Брока ответила Наташа. — Она знает, что мы готовимся к экзаменам за седьмой курс, знает, что дальше нужно получать профессию. Наш интерес будет естественным.
— Я набросаю примерный список вопросов, — кивнул Тони.
Именно поэтому Брок и Наташа сейчас сидели перед мадам Пинс и ожидали ответа на вопрос о том, как можно быстро найти информацию.
— Самое близкое к вашему запросу — это помощник библиотекаря, — ответила она, и Наташа едва подавила порыв оглянуться, чтобы увидеть этого самого помощника. Но вместо того, чтобы показать что-то этакое, волшебное, Ирма достала толстый гроссбух и водрузила его на стол перед собой. — Это каталог всех книг, что есть в самой библиотеке и в закрытом хранилище. На первой странице специально зачарованным пером нужно написать запрос по названию или по ключевым словам, а ответ появляется чуть ниже. Надписи исчезают после закрытия обложки.
— Почему он тогда такой толстый, если используется только первая страница? — спросил Брок.
— Потому что… — она помялась, но, посмотрев на заинтересованные лица, все-таки открыла следующую страницу. Броку сначала показалось, что слиплись несколько листов, но это оказалось крышкой довольно объемного ящика, наверняка с расширением пространства. — Туда кладешь книгу, ждешь несколько минут, все зависит от количества страниц, а потом достаешь и на полку. Книга попадает в каталог, и ее потом легко найти.
— И где взять такое чудо? — спросила Наташа. Это, конечно, не ИИ, но что-то очень близкое и крайне перспективное. По крайней мере, информацию искать с такой штукой точно легче, чем вручную.
— В Хогвартсе всегда был каталог, а вот где купить или как сделать, я понятия не имею, — ответила мадам Пинс. — В других больших библиотеках такие тоже есть. У чистокровных наверняка. Но купить каталог… Я ни разу не слышала, чтобы он был в продаже.
Остальные вопросы, которые подготовил Тони, они задавать не стали, потому что самое важное уже узнали, а остальное будет задачей Старка. Попросили несколько книг для самоподготовки и ушли в штаб.
* * *
— Подставимся ведь, — Джордж Уизли дернул брата, который осторожно заглядывал за угол, за рукав мантии.
— Да ничего нам не будет, — отмахнулся Фред и пошел к следующему повороту. Им нужно было добраться до новой лаборатории так, чтобы никто и не заметил, особенно Локхарт, который уже второй год зверствовал в Хогвартсе. С чего тюфяк и задавака вдруг стал совершенно другим, их не интересовало, но бесило. Потому что он мешал их планам. К выпуску из Хогвартса, если они, конечно, до него дотянут, им нужна была линейка продуктов для их магазина.
— Отец нам не простит, — Джордж хоть и возмущался, но за братом шёл. — Реакцию матери я вообще представить боюсь.
— Ты серьезно веришь, что кто-то хоть пальцем тронет родителей? Сейчас не старые времена, — Фред открыл низкую дверь, спрятанную в нише за доспехами, и, дернув брата за полу мантии, чтобы тот поторопился, прополз на четвереньках в довольно просторную комнату, которую они приспособили под новую лабораторию.
— А если… — начал Джордж, повернулся и застыл на месте, увидев гостя, который сидел на единственном стуле и с пробирающим до нутра прищуром голубых глаз смотрел на братьев. За его плечом стояла Джиневра, вертя в руках палочку.
— Что вы оба здесь делаете? — голос Фреда предательски сорвался.
— Я предотвращаю даже малейшую вероятность того, что вы опозорите родителей своим дурным поведением, а Джиневра присутствует как сдерживающий фактор, чтобы я не поубивал вас к Мордреду, — в голосе Чарли было столько злости, что у близнецов волосы едва дыбом не встали.
— Как?.. — только и смог спросить Джордж.
— Вы плохо прячетесь. Даже Локхарт уже нашел это место, — ответила Джинни, которую до помутнения рассудка бесила безалаберность Форджей. Проследить за ними, навесив самую простую следилку, было так просто, что даже обидно. Они всегда считали себя умнее всех, а на деле… Она смерила их брезгливым взглядом и отошла в угол, чтобы не помешать Чарли вбивать в них послушание. Она считала, что, сдав их брату, поступила абсолютно правильно, потому что мама с папой были не только их, но и ее — Джинни. А за свое она… Короче, Чарли зря рассчитывал, что она станет его удерживать.