Проект: Новая Заря. Глава 94
________________
На праздниках выход глав — не будет. Автор будет спать, спать и ещё раз спать. Ну и ещё на этих праздниках у меня день рождения (что тоже праздник), но это не более чем повод для подарка себе — сна! Кофе уже мне кровь заменяет…
Приятного чтения!
________________
Последний раз пшикнув краской, Рекс придирчиво осмотрел сапог от тяжёлой брони скафандра. Не найдя к чему придраться, он поставил фрагмент брони на специальный стол, включив сушку. Краска, засыхая, начала все больше становиться похожей на потемневшее дерево. Кроган столь умело орудовал аэрографом, что начала проступать структура древесных волокон.
— Сойдёт за протез, — довольно пробасил тот, пыхтя сигарой, излучая полное довольство собой любимым.
Настроение у него было хорошим. А чего ему не быть, когда в пору праздника коки выдают выпивку всем желающим, которой можно было залиться, без противного зуммера в голове? Пить и не теряя соцбалы на штрафы, по нарушенному ЗОЖ, не мечта ли?
Пусть древний кроган и утрировал, алгоритмы «Коллектива» поступали с любителями крепкого алкоголя по-божески, но иногда просто хотелось отвести душу и не сдерживать себя. Поэтому празднование Самайна он воспринял положительно. Чтобы кроган, да отказался повеселиться и выпить? Да не в смерть!
Насвистывая весёлую и похабную песенку, Рекс окинул взглядом синтезатор каюты, который доделывал синий камзол под его размеры. Не мудрствуя лукаво, он решил нарядиться Джоном Сильвером. У него была, конечно, мысль выбрать образ Джима, но не столько любил делать зарядку по утрам.
От созерцания процесса печати его отвлёк звонок в дверь.
— Опять, — вздохнув, изрёк кроган, перемещая сигару в другой уголок рта, скалясь.
Прошлёпав к двери каюты, суровея на глазах, он нажал на сенсор, открывая визитёрам.
— Сладость или радость!!! — проворковали сразу три дамы из членов экипажа, успевшие подготовиться к празднику быстрее Рекса. Три вульфхеднара лисьего типа, обряженные в ведьмочек, состроили умильно мордочки и сделали книксен, шелестя длинными юбками по стальному рифлёному полу, протягивая стилизованную под тыкву ёмкость под подношения, держа её в три пары рук.
— Не подаю, — равнодушно констатировал кроган, собираясь закрыть дверь, но в проём уже встала обутая в башмачок ножка одной из лисичек.
Бывалый наёмник смерил нахалку взглядом, обдумывая, а не поступить ли стереотипно его расе, но пришёл к выводу, что гостью на корабле такое не очень пойдёт. Отвлечённый на визитёров, он не заметил, как по потолку, цепляясь когтями, шустро и беззвучно проползла тень.
— Тогда радость!!! — хором проворковали лисички, жалобно смотря на здоровяка, делая «хлоп-хлоп» глазами. Саркастично цыкнув, удивляясь, как у дам не отваливаются накладные ресницы, которыми, по его мнению, можно было хлопать и взлетать, он выругался под нос, потянувшись за сладостями. Хруст обёрток скрыл звуки манипуляций тени, которая принялась за своё маленькое, но очень чёрное дело.
— Спасибо!!! — снова почти пропели три лисички. От избытка чувств одна из них забралась по другим и громко чмокнула опешившего крогана в щёку, чем воспользовалась тень, уйдя перекатом из каюты наёмника, кувырком скрывась за косяком двери.
Закрыв дверь, Рекс задумчиво потёр пострадавшую щёку, от которой до сих пор пахло виноградом, хмыкнув. С несколько поднявшимся настроением он достал камзол, начав облачаться.
Натянув на свою левую ногу имитацию протеза, кроган потянулся за сапогом… И его пальцы ощутили что-то липкое и холодное. Аккуратно стянув обувь, он с опаской вытряхнул из сапога, судя по запаху, подкрашенную повидлом кашу, что придало ей цвет всем известной субстанции.
— Убью, — с восхищённым спокойствием констатировал наёмник, понимая, что на борту было лишь одно существо, которое могло проделать подобное и имело желание. — Ну, Риса, я ведь тоже шутить умею.
В ответ ему через «Коллектив» полыхнули ехидным, но добрым злорадством. Одна разумная кошка приняла вызов.
* * *
Во тьме вентиляции было слышно тихое, сбитое дыхание. Тали’Зора нар Райя пыталась отдышаться. Даже сквозь поляризацию забрала её шлема можно было увидеть, насколько крупными стали глаза девушки от испуга. Теперь идея спрятаться на советском корабле от преследователей ей не казалась хорошей…
Юной кварианке катастрофически не везло. Мало того, что она завалила экзамен в Соратницы, как ей сказали из-за мягкости характера, так и Паломничество пошло не по плану!
Решившая доказать всем, и в первую очередь самой себе, что на что-то годна, она отмахнулась от программы безопасного паломничества, несмотря на просьбы отца, отправившись в путь по старинке. Прочитанные дневники легендарной прабабушки Лиры очень сильно подействовали на неокрепший ум, в котором появилась идея повторить все её подвиги.
Именно поэтому она при первой же возможности отбилась от группы, отправившись в самостоятельное путешествие. И всё было хорошо, пока она не «тиснула» информацию у тех батарианских бандитов. Откуда ей было знать, что это не бандиты, а агенты Серого Посредника?
Тали пришлось бежать с Цитадели, благо был набор в археологическую экспедицию специалистов… которой пришлось эвакуироваться с советской планеты из-за атаки гетов! Поняв, что крейсер коммунистов летит вновь на Цитадель, девушка не сошла с него вместе с членами экспедиции, а вместо этого вскрыла вентиляцию и спряталась там.
Здесь она и обитала, подворовывая потихоньку еду у турианца, потому что не прошла модификацию желудка и могла есть только свойственную её расе пищу, без приёма таблеток, которые у неё уже кончились. Именно голод толкнул её пробраться к лазарету, где она увидела ТАКОЕ!
Девушку вновь передёрнуло. Тали читала в дневнике прабабушки, да и сама слышала про легендарные советские промывания, но одно дело слышать, а другое дело видеть… Кварианка вновь вздрогнула, вспоминая, как октапод-медик орудовал своими щупальцами и оборудованием над какой-то азари. Теперь она в лазарет пойдёт только под дулом пистолета…
Наблюдавшему за «зайцем» ИИ корабля мысленно потирала руки. Пусть ей изначально стало жаль девушку, поэтому она её не сдала или не выловила сама, но сегодня у хитрого искусственного разума на неё появились планы.
Потирая метафизические руки, она включила обслуживание вентиляции, построив маршрут роботов так, чтобы загнать нелегалку в нужный ей район корабля, в нужное ей время…
* * *
— Джокер, — обратился Шеп к пилоту «Нормандии», уже предчувствуя, что пожалеет. — Почему ты не в костюме?
Пилот, пребывающий в повседневной своей форме с неуставным танковым шлемофоном на голове, оторвался от напитка и радостно вскрикнул:
— Здорова, ке-э-э-эп!!! — протянул он, салютуя бокалом. — И я в костюме! Самом страшном!
С этими словами он стянул свой головной убор…
— Твою мать… — только и смог выдать подполковник, лицезря на плохо выбритой голове нарисованную зелёнкой каску.
Пилот ехидно раскланялся, чтобы все заметили и прониклись, натягивая шлемофон назад, дабы шокированная публика пришла в себя. Пускай все привыкли к немного эпатажному поведению, но каска, намалёванная зелёнкой, смотрелась ну очень впечатляюще.
— Нам так командир в учебке делал, — довольный сам собой пояснил Джокер. — Меня же сперва в танкисты определили… Но ничего, я и на танке летал! Да ещё как! Как-то раз блинчиком…
— Отставить, — гаркнул на него Шеп. — Я не хочу этого знать! Мне моя психика дороже…
— Понял-понял, ваше вампиршество! — снова стал кривляться пилот, но, впрочем, быстро сдулся, когда полковник продемонстрировал ему пластиковые клыки, рыча как фелинид, у которого отобрали лакомство.
Джокер, изобразив пантомимой, как будто бы закрывает на молнию себе рот, с очень аутентичным звуком, свернулся к распитию напитка, громко и на показ всасывая его через соломинку. Впрочем, стоило ему взглянуть за спину подполковнику, как трубочка выпала из его губ, а челюсть самым натуральным образом отвалилась. Не без труда проглотив оставшийся во рту напиток, пилот свистнул, показывая большой палец.
Заинтригованный, Шеп повернулся… и чуть не повторил действия Джокера. В актовый зал неспешно восшествовала Миранда. Её чёрное платье блистало как космос в свете софитов, делая кожу ещё более белой. Грим в виде грубых швов умело маскировал все её шрамы, дополняя образ девушки-умертвия.
Девушка прошествовала в абсолютной тишине по залу, грациозно шагая на высоких шпильках. Поравнявшись с Шепом, она нежно закрыла ему рот, слегка ударив пальцами в чёрной перчатке по нижней челюсти, продолжив свой променад к столику с напитками.
Подполковник тряхнул головой, отгоняя наваждение. Такой Миранду не то, что он, никто не видел! Зная про её прошлое, он был удивлён такому выбору наряда гораздо больше, чем другие члены экипажа.
Так и продолжая держать вытянутую руку с оттопыренным пальцем, Джокер удалился спиной назад, умело делая лунную походку, напоследок подмигнув своему товарищу, завидуя ему исключительно белой завистью.
Офицер же дураком не был и отлично понял, что тихая осада вот-вот перерастёт в решительный штурм, от этого надо что-то предпринять… но его порыв временно прервала начавшаяся развлекательная программа.
Свет померк, подсветив Рису, облачённую в костюм буханки хлеба. От недовольства кошки, которая не смогла сделать правильный костюм огурчика из-за неправильных бинтов, не осталось и следа. Она лучезарно улыбнулась по-кошачьи, прикрыв глаза, от чего нельзя было сказать, что фелинид несколько минут назад сетовала на отсутствие возможности отыграть маринованный огурчик. Почему маринованный и при чём тут бинты, для всех других членов экипажа не фелинидов осталось загадкой.
— Хей, товарищи! Да начнётся наш бал тёмных сил!!! — хорошо поставленным голосом начала она. — Что же поставить вам для начала?
Риса сделала вид, что задумалась.
— Может, Сектор Газа? А, детки? — ехидно вопросила она.
— А ещё можно совсем детское, песенку мамонтёнка из мультика, от Тилля Линдемана! — раздалось не менее ехидно из зала. — Мой годовалый племянник только его песню и слушает. Меня от… «мама, мама!» — на ностальгию пробивает.
Реплика Петровича вызвала одобрительное гудение и волну шёпота. «Ещё бы и Горшка… включила».
— Почему бы и нет! — воскликнула кошка-хлеб, демонстрируя великолепный слух. — Самое то для мальков! Лучше Горшка ничто к горшку не приучает. Вот включу вам… «Весёлый детский сад»! Что?
Сделала вид, что плохо слышит, Риса.
— Хотите по-взрослому? Тогда почему бы вам не напеть! Шус-ми, не напоёшь нам своим чудесным голосом «Колыбельную Мотыльков»?
Под одобрительный гул народа на сцену вползла смущённая нага, оправляя на ходу костюм горничной, от чего внушительный бюст стал ещё более монументальным.
Не теряя времени, Риса нырнула за диджейский пульт, включая нужный аккомпанемент:
Moth sleep in the field
Already curled at the river
Only a cat sleeps and everything looks out the window
Who is his protection from the storm?
(В поле спят мотыльки
Уж свернулся у реки
Только котик все не спит
и в окошко все глядит
Кто же от бури защит?)
Голос у многорукой змеи был мелодичный и пленяющий. Зал разразился овациями. Слова песни на полузабытом английском языке, казалось, обволакивали душу.
Нага, взмахнув руками, полностью отдалась мелодии.
Wolves all asleep amidst the trees
Bats all a-swaying in the breeze
But one soul lies anxious, wide awake
fearing all manner of ghouls, hags and wraiths.
Birds all silent for the night
Cows tumbling as daylight dies
But one soul lies anxious, wide awake
For the Witcher, brave and bold
Paid in coin of gold
He'll chop … and slice you
cut … and dice you
Eat you up whole
Eat you whole
Wolves sleep among the roots
The wind shakes the bats
Looking for the eyes of a sleeping soul
Ghosts and ghouls that are scary.
The night is quiet, no owls are heard
The cows are closed in a stable on a deadbolt,
But they are looking for the eyes of an awake soul …
Waiting for someone more dangerous than wolves -
Witcher, what a hundred coppers,
Cut, chop into a hundred pieces
You and eat the whole …
Eat you whole …
Wolves doze to dawn
Bat are sleeping in the forest.
Only one soul does not sleep
Protects us from ghosts.
No birds can be heard in silence
Cattle is silent in a stable in a dream.
Only one soul does not sleep -
The brave, valiant witcher.
Give him a golden dime
He knows how to kill,
Beat, stab and tear
He will come for you
He'll eat you alive.
(The Witcher 3 Wild Hunt — A night to remember)
Зал взорвался аплодисментами…
* * *
Кварианка с грохотом ползла по вентиляции. Сходу вскрыв очередную заслонку, она юркнула вниз, скользнув на палубу ниже, слыша за собой настойчивый писк. Сервисные роботы следовали за ней по пятам, не давая и минуты на передышку.
Извалявшаяся в пыли девушка была отмечена системой как активный загрязнитель и подлежала дезинфекции. Паломница, которая на днях чуть не прожгла свой лёгкий скафандр, случайно попав в небольшую каплю антисептика, щедро разбрызгиваемого машинами, справедливо опасалась за свою жизнь. Поэтому, превозмогая саму себя, буквально на ходу научилась взламывать советские системы, благо тут они были не сильно защищены…
Сьюзи испытывала нескрываемое удовольствие, стимулируя учебный процесс безбилетницы, подгоняя её прутиком вот уже пару часов. ИИ давала ей задачи по нарастающей, радуясь хорошей обучаемости, постепенно загоняя её к нужному действу.
Тали, обливаясь потом, продолжала ползти и взламывать, взламывать и ползти, не слыша за шуршанием нарастающие звуки музыки…
* * *
Мерцала цветомузыка, рваным светом выхватывая танцующих.
Yo, people
Хей, music
Хей, dj
Давай веселей
Давай, давай, давай, давай!
Риса с упоением качала зал, мастерски управляясь с микшером. Увлекающуюся натуру кошки тут раскрылась во всей красе.
Три лисы-ведьмочки залихватски отплясывали на сцене, поражая даже подключённых к «Коллективу» синхронностью, зажигая своих товарищей энергичным танцем.
Кислотный dj, хей
Кислотный music, хей
Кислотный people, хей
Давай, давай веселей
Кислотный dj, хей
Кислотный music, хей
Кислотный people, хей
Давай, давай веселей
Кислотный dj, хей
Кислотный music, хей
Кислотный people, хей
Давай, давай веселей
Кислотный dj, хей
Кислотный music, хей
Кислотный people, хей
Давай, давай веселей
(Оксана Почепа. Альбом Кислотный DJ)
Звонкий голос Рисы сплетался с музыкой, а ментальные образы усиливали картину, заставляя пылать танцпол всеми оттенками радости, порождая калейдоскоп цвета, звука и ощущений…
Джокер, не любивший танцевать, медленно тянул очередной коктейль, когда его уши услышали хруст под потолком. Его реакции хватило, чтобы отступить назад, уклонившись от упавшего куска вентиляции, поднявшего тучу пыли, но столкнувшись с роботом-стюардом, что врезал ему подносом по голове. Пилот, расставшись со своим шлемофоном столь экстравагантным образом и успевший прилично выпить, хорошо поплыл, поэтому не успел среагировать.
— И-И-И-И!!! — с испугу завизжала Тали, которая только успела оттереть забрало шлема и увидела подсвеченное рваным белым светом лысое чудовище. Зажатая толпой, бойкая девушка сделала единственное, что пришло в голову.
С неожиданной для неё самой силой она вскочила и зарядила этому нечто коленом между ног, заставив его мгновенно свернуться в букву «зю». Не дожидаясь, пока монстр очухается, она перепрыгнула через него, увидев других членов команды в гриме, от чего её страх сменился решимостью не даться живым этим монстрам.
— У-у-у-у, — со стоном сел на колени Джокер, держась за пострадавшую часть тела, что было просто бальзамом на процессор для ИИ, которую достали шуточки нагловатого пилота. «Ессс!» — радовалась Сьюзи, обошедшая ограничение воздействия на экипаж таким вот образом. Не, если бы кварианка схватилась бы за позабытый пистолет, она бы её первой и скрутила, но так её маленькая месть удалась по полной. Пусть даже за это ей и влетит от Шепа.
Экипаж в гробовом молчании проводил взглядом летящий, не разбирая дороги, кусок пыли, за которым следовали сервисные роботы, валящиеся из повреждённой вентиляции.
Первыми пришли в себя подвыпившие Петрович и Рекс… заржав в полный голос, показывая пальцами на пилота. Двух матёрых циников повеселила сцена, от которой и так бодрый вечер перестал быть томным окончательно.
— Поймать нарушителя, — отдал приказ Шеп, когда девушка уже вылетела из зала. Разгорячённая команда разом сорвалась с места…
* * *
Начинался новый день. Шеп, потирая шею, шёл в свою каюту. Кварианку-безбилетницу удалось поймать только в машинном отсеке, взяв в клещи, и то её пришлось долго уговаривать открыть дверь, а после отпаивать успокоительными. Поначалу он хотел её высадить в первом же порту, но потом проникся её проблемой и махнул рукой.
Вреда она не нанесла, перед Джокером, краснея, извинилась, а инженер на корабле пригодится всегда, тем более свою квалификацию она доказала делом, так сказать. Так что после курса прививок сможет приступить к обязанностям младшего инженера и наконец снять свой скафандр и есть нормальную еду…
Приложив руку к сенсору, он вошёл в свою каюту, ставшую ему за годы уже домом, почувствовав, что в ней кто-то есть, но мгновенно успокоившись, стоило его ушам услышать знакомый пульс.
— Миранда? — одновременно приветствуя и спрашивая, что она делает тут, произнёс подполковник.
Вместо ответа, девушка шевельнула рукой, применяя телекинез, воздействуя на сенсор закрытия двери. Смерив Шепа, которому отрезала все пути к отступлению, она очень на него красноречиво посмотрела, одним взглядом высказав вообще всё.
— Мне надоело ощущать себя дурой, — со вздохом произнесла она, так и не дождавшись от подполковника решительных действий. — Артём, кто я для тебя?
Понимавший, к чему всё идёт ещё в начале вечера, мужчина как-то сразу не смог сформулировать весь тот сумбур в голове, замявшись, что девушка истолковала по-своему.
— Я правда понимаю. Каждый раз смотрю в зеркало и понимаю… — начала она. — Особенно начала понимать пару месяцев назад…
Миранда продемонстрировала прядь своих черных как ночь волос, корни которых были цвета пшеницы, от чего сердце Артёма кольнуло.
— Я правда понимаю… — снова заговорила девушка, покачивая ногой, но руки, вцепившиеся в подлокотник кресла, выдавали её волнение с головой. — Пусть жизнь в её тени не то же самое, что видеть её призрак каждый день… Давай, ты меня пошлёшь, и я пойду?
Миранда встала и уже хотела было шмыгнуть мимо молчаливого Шепа, но её остановила сильная рука. Включившийся, пускай и с пробуксовкой, Артём молча заключил девушку в объятия, ощущая, как бешено колотится её сердце.
— А если не хочу? — спросил он, глядя в такие большие и притягательные глаза, ощущая ладонями прохладный шёлк обнажённой спины девушки, что позволяло сделать платье цвета ночи. — Но всё сложно…
— Я не прошу забыть, — тихо сказала она, заворожённо глядя в глаза. — Я знаю, что она будет там… просто сделай что-нибудь наконец.
Девушку откровенно потряхивало. Её прошлое давало о себе знать. Детство, проведённое в лаборатории, бесконечные биопсии сделали обычное человеческое прикосновение для неё сложнее, чем пойти в атаку на превосходящего противника.
Артём это знал, уважал и не действовал, даже видя, что они уже давно не просто товарищи и друзья. Его чувство такта и боль памяти сыграли именно так. Поэтому он сделал, что надлежало сделать годы назад…
— У твоих губ конфетный вкус… — невпопад сказал Шеп, ещё до конца не веря, разрывая поцелуй.
— Если ты сейчас напоёшь эту песню, знай… Я тебя побью! — скрыв высшую степень смущения за сарказмом, выдавила красная как варёный рак Миранда, отчаянно впиваясь в его губы уже сама, полыхнув нейросети бурей эмоций, прежде чем успела закрыться впопыхах для всех кроме Артёма.
Словно получив удар тока, на остатках самоконтроля, подполковник отключил все средства связи мысленной командой, закрываясь, ощущая, как падают последние иллюзорные оковы. Мир для него сузился до такого притягательного омута глаз.
Миранда обхватила его шею руками, удивляясь своей смелости, прежде чем её затопил ответный водоворот чувств. Платина холодности не выдержала рванувших на волю эмоций. Два разума полыхнули сверхновой звездой.
Лёгкая и невесомая розовая любовь, тягучая как патока алая страсть, светлое и звонкое счастье… Каскад чувств объял истерзанные разумы, сметая остатки самоконтроля, вымывая из ран тёмную застоявшуюся боль, оставив лишь сладкую грусть, звучащую в этом ансамбле тихой нотой.
Жар дыхания, прохлада кожи, пьянящий вкус поцелуев, от которых не хватало воздуха отбросившим свои заморочки людям. Два существа, скроенных из обычных смертных суперсолдат будущего, заплативших своей человечностью за силу, сейчас просто были человеками, рвущимися навстречу огню, сбивая дыхание в этой сладострастной гонке.
Лёд Миранды и пламя Артёма слились воедино, чтобы дальше быть в этой сумасшедшей жизни вместе, смело смотря из первых рядов на разверзшуюся бездну, куда была готова шагнуть галактика. Но это будет только потом…
Сейчас два израненных человека лечили друг друга, перестав лгать самим себе. Нежность и ласка стали их настоящим, а звук сердец с жарким дыханием — музыкой мироздания.