Дневник странностей Рене - Главы 1-12
«С тобой точно всё хорошо, Алисия?»
Синевласке с огромным трудом удалось удержать лицо: через магический шар отец прекрасно видел её.
— Да, папа… Всё правда хорошо…
С такими же синими волосами, удивительно тёплыми, наполненными беспокойством глазами, граф Филипп Рошаль выглядел как примерный и, возможно, излишне беспокойный отец, который услышал, что его дочь попала в неприятности и лишь чудом смогла избежать их. Как ему не начать беспокоиться?!
Если бы он узнал о том, в какой опасности она на самом деле тогда оказалась, то, вероятно, уже давным-давно прорвался бы к ней в академию…
Алисия про себя печально вздохнула.
Она рыцарь! Рыцарь!!! Рыцарь же…
«Ты слишком много взяла от своей матери, — негромко пробормотал граф, пробежавшись глазами по окружению, словно в любой момент могло произойти нечто ужасное. — Не забывай про свой род, моя девочка… Если у тебя возникнут какие-то проблемы, то…»
— …я буду в состоянии их решить сама! — фыркнула Алисия.
«Конечно-конечно! — заверил насквозь фальшивым голосом граф. — Я просто напомню, дорогая, что я тоже заканчивал академию и знаю, что в ней можно легко наткнуться на… неожиданности…»
По тому, как забегал взгляд графа, можно было понять, что он имел в виду её мать.
«…среди моего окружения ходят странные слухи, что этих неожиданностей стало больше. Я знаю, что ты очень сильная и уверен, что у тебя всё хорошо, но просто знай, что если что-то…»
— Я поняла, папа!
«О Семеро, я очень надеюсь на это, — вздохнул граф, признавая поражение. — Я слышал, что ты сдружилась с Лавалем?..»
Неожиданная смена темы и неуловимое изменение в тоне отца заставило девушку вытянуться.
— Он, как и я, стал учеником учителя Ванье! — сурово произнесла Алисия. — Полностью заслуженно!.. Он очень достойный рыцарь, папа!
Или синевласке показалось, что сурово.
«Ещё бы он был недостойным рыцарем, — прищурился подозрительно граф Рошаль. — Он не обижает тебя?»
— Что ты такое говоришь, папа!..
«Я обязан был спросить, — покачал головой граф. — Про этого молодого человека в академии ходят необычные слухи…»
Алисия едва не застонала.
Контроль! Слишком много контроля даже в академии! Она взрослая! И довольно сильная! Ей уже не нужна была такая забота, о Семеро!..
— Он просто ответственно подходит к тренировкам!.. В этом нет ничего странного!
По лицу мужчины можно было понять, что его подозрения только усилились.
«Если он только подумает…»
— Он не подумает!
«Я ведь даже не договорил, — вздохнул граф. — Академия плохо влияет на твои манеры, Алисия».
Девушка поняла, что совсем забыла про манеры.
— Прости, папа…
Услышав извинения дочки, мужчина тут же сменил гнев (гнев?) на милость:
«Всё хорошо, дорогая. Защищать своих… друзей очень важно, — вымученно улыбнулся синеволосый мужчина. — Ты же знаешь, что папа просто беспокоится. Не хотел бы я тебя потом отбивать от орд сумасшедших рыцарей…»
Алисия моргнула.
— Что? К-каких рыцарей? О чём ты, папа?
«Влияние маленького баронства на севере королевства крайне не очевидно, дорогая, — страдальчески вздохнул граф. — Для любого древнего рыцарского рода фамилия Лаваль многое значит. Они готовы будут пойти за любым, кто носит эту фамилию. Я тебе этого не говорил, но даже королевская семья дважды подумает перед тем, как попытаться вступить с ними в конфликт…»
Синевласка удивлённо приоткрыла рот.
— Но… но ведь Рене даже не знал ничего про Стили! Как тогда…
«Это дела их рода, — дипломатично ответил граф. — Я хочу до тебя донести, что в случае чего даже мне будет трудно спасти тебя. Моя доченька, куда же твои увлечения тебя привели…»
Синеволосый мужчина прикрыл глаза, словно пытаясь скрыть от всего мира всю свою безграничную печаль. Мужчина, уже начавший покрываться морщинами, совсем не выглядел как тот, кто обладал в королевстве огромной властью и могуществом мага и аристократа.
Алисия вспыхнула краской не то от возмущения, не то от стыда.
— Меня не нужно будет ни от кого спасать, папа! Пожалуйста, хватит!.. Я уже взрослая!
На последних словах граф не выдержал и всплакнул, потянувшись за платком.
«Конечно… конечно взрослая, моя девочка!..»
Алисия и ответить ничего не успела: на стороне отца послышался звук открывающейся двери, после чего на лице графа промелькнул ничем неприкрытый ужас.
«Ты опять издеваешься над своей дочерью, Филипп?!»
Последнее, что девушка увидела в магическом шару, был подскочивший отец, начавший быстро-быстро формировать защитные круги. В следующий миг что-то взорвалось и связь прервалась.
Алисия удивлённо уставилась на потускневший шар, после чего счастливо улыбнулась.
— Спасибо, мама!..
Она всегда её защищала от излишней заботы отца!
Из-за этой же заботы девушке с раннего детства приходилось доказывать отцу, что она совсем не такая слабая и беззащитная, как он думает!
Чтобы доказать это, она даже настояла на том, что хочет начать развивать жизненную энергию, чем чуть вперёд ногами не отправила графа в гроб, но это дела давно забытых дней. Потом Алисия и впрямь загорелась этим, и даже подумывала над тем, чтобы поступить в Академию Рыцарей Лебон! Конечно, на деле это было невозможно: она была не просто дочерью графа, но магом с предрасположенностью. Её путь был предопределён ещё до рождения.
Достойное образование ей могли обеспечить и без академии, но для аристократии она была неплохой возможностью дать своим детям возможность познакомиться друг с другом, не говоря уже о том, что среди простолюдинов нередко можно было найти неплохих слуг, что затем могут войти в род. Правда, в таком ключе Алисия никогда даже и не думала, да её никто и не просил думать.
И всё же, синевласка не оставила тренировок и, даже поступив в академию магии, продолжила упорно развивать рыцарскую силу.
Из-за достаточно невинной внешности, довольно взрывного характера и странных увлечений, отношение к девушке в академии было далеко не лучшим. Никто даже не подумает издеваться над дочерью графа, но найти друзей…
Было очень тяжело. Почти невозможно. Быть может, некоторые простолюдины, будь то младшие или старшие курсы, и пытались с ней «подружиться», но такая «дружба» девушке была совсем не нужна! И тем более ей не нужны были слуги.
Поэтому синевласка решила сосредоточиться на учёбе и, в частности, на том, чтобы стать личной ученицей самой Лилиан Ванье. Магических рыцарей в королевстве было немного, и уж тем более тех, кто действительно достиг в этом какого-то успеха. То есть, настоящих магических рыцарей, а не магов, незначительно укрепивших себя рыцарскими тренировками!.. Как они вообще смеют себя сравнивать с настоящими рыцарями?!
Целый год Алисия пыталась привлечь внимание учителя. Целый год она доказывала, что горит этим и действительно на что-то способна! И лишь на втором курсе уважаемая мечница и маг обратила на неё внимание, приняв в личные ученики! Для Алисии это было настоящим праздником, который вскоре стал причиной сильной обиды: учеником стала не только она, но и какой-то первокурсник, палец о палец не ударивший!
К счастью, учитель, а вместе с ней и сам Рене наглядно ей всё объяснили и показали. Практически ничего не знающий про магию первокурсник оказался очень сильным. Абсурдно сильным. Настоящий рыцарь! Самый-самый настоящий!
Рыцарь, что упоро… то есть, упорно тренируется каждый день, совсем не беспокоясь о чужом мнении! Настоящий пример для подражания и… и…
…и не только пример!
Перед глазами синевласки вновь возникла сцена, в которой её схватили в крепкие мужские объятья и героически спасли, словно настоящий рыцарь спасает свою возлюбленную. Ей даже казалось, что вокруг них в тот момент распускались цве…
— О Семеро, стоп-стоп-стоп!!!
Алисия подскочила, резко отгоняя плохие-плохие мысли. Нет, может и не самые плохие, но точно не самые хорошие, да!
— Т-тренировки! — решила девушка, выглянув в окно.
Ну и что, что за окном общежития уже было темно? Какая разница?!
К сожалению, даже тренировка ей не помогла. На следующее утро девушка выглядела откровенно не очень: с растрепанными волосами, кругами под глазами и таким взглядом, будто она усиленно думала над тем, чтобы кого-то жестоко убить.
Впрочем, так как такой взгляд был для Алисии естественным, никто толком не обратил на изменение внимания, чему девушка была очень рада. До определённого момента.
Потому что виновник её состояния оказался слишком глазастым!
— Плохо спала?
С серыми, практически серебристыми волосами и такого же цвета глазами, он смотрел словно сквозь неё, нависнув над ней, поймав после занятий.
«К-как он узнал?!»
Алисия была уверена, что не показала своего шока, но выражение лица Рене всё равно изменилось, словно он точно знал, что у неё было на душе.
— Ладно, не буду спрашивать…
Алисия едва не провалилась сквозь землю, надувшись.
— Тебе что-то нужно?
Парень серьёзно кивнул.
— Ты мне что-то рассказывала про слухи вокруг учителя Дюпон. Я хочу лучше узнать про не… Всё хорошо?
Рене, словно что-то увидев, застыл.
На лице Алисии не дрогнул ни единый мускул, но взгляд изменился, а вместе с ним и аура. Миниатюрная девушка возмущённо фыркнула, развернувшись.
— Раньше нужно было меня слушать, пустоголовый дурак!
Настроение дочери графа стало ещё хуже. Теперь он вспомнил ещё и мадам Дюпон! Любая уважающая себя девушка в академии возмутится при упоминании мадам Дюпон. И как её ещё не уволили?!
Парень, словно вновь безошибочно прочитав её состояние, неожиданно выпятил челюсть.
— Появились все основания полагать, что она настоящая дьяволица.
Алисия вновь фыркнула, задрав нос.
— А я говорила!
— Настоящая, — повторил невозмутимо парень. — Настоящая беглая дьяволица.
Девушка уже хотела было вновь фыркнуть, но затем…
Растеряно моргнула.
— Стой… Ты хочешь сказать, что… Настоящая… то есть… Настоящая?
Атмосфера неуловимо изменилась. Мысли, преследовавшие девушку, отошли на второй план.
* * *
Первой, кто назвала дьяволицу настоящей дьяволицей, была Алисия. С моей стороны было бы странно идти к ректору, ещё страннее было бы обращаться напрямую к мадам Дюпон. Ещё бы кто-то из них в чём признался!
Естественно, одной синевлаской я не ограничивался.
— Ты как-то перебарщиваешь, Рене… — с сомнением произнёс Эмиль, делая очередной подход отжиманий. — Признавайся, учитель Дюпон всё-таки сделала с тобой что-то ужасное?!
В голосе моего лучшего друга было не беспокойство, а чистейшая зависть.
Я протёр глаза.
Семеро, это уже начинало меня раздражать…
— Я вспомнил, что мы с тобой так и не сражались, — задумчиво произнёс я, разглядывая толстячка. — Вставай, пойдём на тренировочную площадку, учитель Ванье сказала, что я могу приходить на неё в любое время.
Эмиль, уже собираясь сделать очередное отжимание, застыл на середине.
— Так когда мы начинаем расследование?
Я удовлетворённо улыбнулся.
— Семеро, ты всё равно не отвертишься, но мне нравится твой настрой.
— Стой, — осознал что-то Эмиль. — Если ты теперь можешь в любое время быть на тренировочной площадке, то почему обычную тренировку проводишь на территории академии?
Я пожал плечами.
— Я уже привык, да и претензий пока ни от кого не было.
— Ты странный, Рене!..
Спорить с этим было сложно.
Вместе собирать компанию я не собирался. Если к нам двоим неожиданно присоединится второкурсница и дочь графа, то это могло плохо сказаться на её репутации, прости Семеро.
Я не спешил подключать Маэль. Блондинка мне показалась немного… на своей волне, поэтому ни на кого вешать ярлыки заранее я не стал, живо себе представив, как по одной моей наводке на следующий день в академию уже может ворваться наряд боевых церковников.
Маловероятно, но чёрт знает.
Начали собирать слухи с Эмилем мы уже на следующий день. Правда, не сразу. Занятия неожиданно стали тянуться безумно долго, напомнив мне о том, почему школьники и студенты, даже горящие своей учёбой, могут вдруг её возненавидеть: наличие других дел просто сжирает всё внимание, заставляя отвлекаться. Сосредоточиться становится очень тяжело!
— Вижу, у тебя есть более важные дела, Рене?
Я отвлёкся от записи в дневнике на возникшего рядом со мной мрачного учителя Жозе. Спившийся невыспавшийся злодей, промышляющий какими-то культами, сейчас был не на повестке дня.
— Мне жаль.
— Останешься после занятий, уберёшь аудиторию.
Должно быть, моё выражение лица было бесценным: на лицо учителя вылезла редкая, но искренняя улыбка настоящего садиста. Я едва сдержал лицо и ещё больше не сморщился.
— Понял…
— Прекрасно.
Проводил взглядом учителя, сделавшего на радость дня гадость.
— Сам виноват, — буркнул сидящий рядом Эмиль.
Я пожал плечами, закрывая помятый дневник.
Справедливо.
Должен сказать, опыта сбора слухов у нас с Эмилем было немного. То есть, вообще не было. Просто подходить к первокурсникам и спрашивать, слышали ли они какие-то странные слухи про мадам Дюпон, было немного сомнительно, поэтому нам пришлось подойти немного с другой стороны.
— Какой подарок мог бы подойти для мадам Дюпон? — удивлённо воскликнул Николя.
Если он и отнесся с небольшим испугом к двум пусть и мелким, но аристократам с сомнительной репутацией, что решили вдруг подойти к нему, то быстро успокоился. Тема, как-никак, заслуживала особого внимания!
Простолюдин с короткими волосами и смугловатой кожей, щупловатый, имел какую-то свою компанию во главе с аристократом, неплохо учился. Большего мы не знали, да и нам не нужно было.
Мы с Эмилем невозмутимо переглянулись.
— Да.
— У неё что, скоро день рождения?! Как вы узнали?
Мы с Эмилем вновь невозмутимо переглянулись.
— Мы не знаем. Просто хотим сделать подарок.
— Неужели вы в чём-то провинились перед ней?! — ужаснулся паренёк. — Как же так, это же… это же мадам Дюпон!
На лицо парня вылезла глупая улыбка. К счастью, девушки поблизости если и проходили, то не вслушивались.
Я понял, что сейчас идеальный момент.
— Возможно, ты мог слышать что-то про неё? Или слышать про того, кто мог бы знать что-то? Мы пытались узнать что-то про учителя, но она оказалась намного более скрытной, чем мы думали…
— Дела… — протянул Николя, после чего неожиданно хлопнул себя по лбу. — Точно!
Оказалось, что аристократ, в чьих кругах Николя крутился, как-то упоминал одну историю, связанную с третьекурсницей, что стала жертвой одной… шалости мадам Дюпон. Её звали Жюли Риваль. В принципе, этого было достаточно.
Теперь оставалось найти её.
Если знать расписание курса, то даже с индивидуальными занятиями перехватить нужного человека было не так сложно: как правило предметы проходили в одних и тех же аудиториях. С каждым курсом у студента график становился всё более и более индивидуальным, но вычислить и перехватить нужного человека всё равно было возможно: расписания курсов, как это ни удивительно, были достоянием общественности.
Семеро, как-то это злобно прозвучало…
Правда, в конечном итоге нам всё равно пришлось убить на это два вечера поисков, пока, наконец, мы не достигли успеха.
— Учитель Дюпон?! Эта стерва! Что вам от неё надо?!
Мы с Эмилем переглянулись.
Жюли Риваль оказалась дочерью барона, с достаточно хорошим потенциалом к магии. Третьекурсница с кудрявыми рыжими волосами и карими, словно пылающими глазами явно не испугалась бы огня, попытайся её отправить на костёр инквизиция.
В такие моменты сразу видишь разницу между начальными курсами и ребятами постарше: если первокурсники ещё пытались осторожничать, жались и отвечали частенько неуверенно, то ребята постарше и держались увереннее, и слова подбирали… м-м-м… иначе.
Видя отношение к мадам, я сразу же выбрал другую стратегию:
— Думаем написать на учителя коллективную жалобу.
Эмиль выпучил на меня глаза, но ничего не сказал.
Вот так подарки в жалобы и превращаются…
Третьекурсница удивлённо моргнула, задумчиво сложив руки. По девушке было видно, что мои слова ей определённо пришлись по душе.
— Как странно… Мне тяжело поверить, что парни хотят в чём-то пожаловаться на дьяволицу…
Я даже ответить не успел, как девушка продолжила:
— В любом случае, мне всё равно, — отмахнулась пламенная третьекурсница. — Это бесполезно, мы уже пытались пожаловаться на мадам Дюпон. По какой-то причине ректор защищает её. Против слова ректора, пока учитель не совершит какое-нибудь массовое жертвоприношение, не пойдёт просто так ни один род. Оставьте эту затею.
— Тебе явно не нравится мадам Дюпон. У тебя с ней связана какая-то история? — как бы между делом уточняю.
— Я сразу поняла, что вы подошли ко мне не случайно, — хмыкнула Жюли. — О да, мне есть за что её не любить!..
Мы с Эмилем навострили уши, уже приготовившись к раскрытию ужасной тайны.
Но…
Всё оказалось намного прозаичнее, комичнее и одновременно с этим трагичнее.
— Из-за неё меня бросил Андре!.. — вспылила (совсем не образно) девушка. — Мой Андре, что дарил мне прекрасные букеты цветов! Что распевал мне песни о любви! Мадам Дюпон провела для него всего несколько дополнительных занятий! После них Андре совсем перестал на меня смотреть, начав пускать слюни на эту… эту дьяволицу! Как и все остальные парни!
Какая драматичная история, Семеро.
— Это ужасно, — поддакнул девушке я. — Но, честно говоря, не думаю, что от этого будет много пользы…
— Вот именно!
— Ты случайно не знаешь кого-то ещё, кто мог бы что-то рассказать про учителя Дюпон? — спросил Эмиль.
Правильный вопрос.
Жюли нахмурилась, приподняв взгляд.
— О Семеро, дай-ка припомнить…
Следующие дни превратились в поток из историй одна хуже другой.
* * *
«Дорогой дневник, я начинаю сожалеть о том, что решил подобраться к тайне учителя Дюпон через студентов…
Оказалось, что в академии полно девушек, готовых при первой возможности учителя придушить: одним своим существованием она разбила не одну и не две пары, довела нескольких девушек до депрессии, некоторые в какой-то момент даже приняли решение отчислиться, о чём, как оказалось, тихо шепчутся все девушки академии, словно собираясь устроить против учителя войну. Парни об этом не догадываются.
Семеро, это, конечно, очень всё по-дьявольски, но ни о чём не говорит! Тем более, что ничего по-настоящему запрещённого она со студентами не делала».
Я недолго помолчал, разглядывая написанный текст.
«…по крайней мере, явных свидетельств этому не было.
Нужно продолжать собирать слухи и начать заходить с другой стороны. У Алисии должна быть возможность откопать что-то более интересное. Наверное, нужно обратиться к Амели. Возможно, она сможет поделиться чем-то неожиданным. Пока делать какие-то выводы рано».
Возможно, я в принципе подхожу к вопросу не совсем правильно. Конечно, забавно услышать историю о том, как признающийся в вечной любви парень на следующий день прямо на глазах этой вечной любви признаётся уже широко лыбящейся дьяволице, но какой-то практической пользы не даёт. Лишь раскрывает учителя немного с…
О Семеро, с крайне сомнительной стороны, но, пускай меня проклянут все девушки этого мира, противостоять чарам дьяволицы и впрямь очень тяжело!
Я отложил ручку, облокотившись на стул.
В голове словно загорелась лампочка. Учитывая, насколько поздно я об этом задумался, лампочка слегка перегоревшая.
— Дьяволица, дьяволица… А что я вообще знаю про настоящих дьяволов?
Не зверей, а вполне разумных тварей из легенд, населяющих Преисподнюю.
Покопавшись в голове так и эдак, понял, что не то чтобы много. Лишь смутное упоминание хитрых и подлых существ, но это было слишком абстрактным описанием. И, внезапно, описанием, доставшимся мне ещё из прошлой жизни.
Семеро, кажется, на севере мне всё-таки отбили мозги…
Решено: завтра пробел нужно будет закрыть и узнать этот мир немного получше!
В частности, про историю, что произошла тысячу лет назад. Историю про дьяволов, Преисподнюю и нашу с ними войнушку. Возможно, странную войнушку.
