Алый Зверь: Достижение Ярости - Глава 59.
Всем привет! Итак, Новый Год близок и надо к нему готовиться… Думаю, вы уже поняли мысль, да? На некоторое время я вынужден уйти в тень. Следующая глава, скорее всего, будет уже только в 2026-м году.
Всех заранее поздравляю, желаю хорошо отдохнуть)))
Глава 59 — Митараши Анко.
— Время пришло, — прозвучал в висящей тишине зычный голос Ибики. Готов поспорить, что в этот момент вздрогнула половина класса, слишком уж сильно занятая попытками слямзить у кого-то ответы. — Итак… Оглашаю десятый вопрос.
Все участники напряглись, глядя на экзаменатора настороженными взглядами. Что же, ничего удивительного в их настрое не было — где-то треть присутствующих не смогла найти ни единого способа списать. Либо слишком узкоспециализированны, либо слишком слабы. Для таких десятый вопрос — последний шанс.
Впрочем… уже сейчас могу сказать, что этим чудикам в дальнейших этапах ничего не светит. А ведь как глазами буравили, когда мы зашли! Какие моськи угрожающие корчили!
И да, я самым наглым образом злорадствую и не собираюсь этого скрывать!
— А перед тем, как его задать… я введу несколько дополнительных правил.
Вот и оно.
Я откинулся на спинку общей скамьи, с ожиданием во взгляде глядя на Морино. Класс зашевелился, так же отрываясь от своих листов и поднимая напряжённые лица, что до сего момента были склонены над столами.
— Во-первых, вы должны выбрать будете ли вы пытаться решить десятый вопрос, — прищурился Ибики.
— Выбрать?! — вскрикнул знакомый голос. Чуть скосив взгляд, наткнулся на Темари, которой не повезло оказаться в самом первом ряду. — А что будет, если мы откажемся от вопроса?
— Если вы откажетесь, ваши баллы обнуляются, — громыхнул голос экзаменатора. — Иначе говоря… вы не сдали.
Тут же тишина аудитории сменилась многоголосым гомоном. В основном, народ возмущался подобной постановке вопроса. В духе: «Чего?! Конечно мы будем его решать!!!».
— А теперь ещё одно правило… Если вы попытаетесь решить этот вопрос и ответите неправильно, то навсегда потеряете право принимать участие в экзамене.
— …!!
Вот это жёстко.
Я вздохнул, скашивая взгляд через плечо, где сидел Учиха. Он сложил руки «домиком» перед лицом, уперев локти в парту, и закрывая нижнюю часть лица. Со стороны его вид мог показаться мрачным, но я отчётливо видел только одну эмоцию…
Недоумение.
В целом, могу его понять… «Потеряете право принимать участие в экзамене»? Каким дураком нужно быть, чтобы поверить во что-то такое? Шиноби растёт и развивается. С каждым годом, даже самый никчёмный талант будет становиться самую капельку лучше. И что, уничтожать всем будущее из-за прихоти одного экзаменатора?
Да, существует такое определение как «Вечный генин», но… таких единицы. На всё селение можно по пальцам рук можно пересчитать, наверное, да и то… Скорее всего, больше половины из них сами не хотят повышения.
Плюс, с нами в аудитории присутствует немало ниндзя из других деревень и если в случае маленьких селений я ещё могу представить, как Коноха ставит ультиматум, заявивляя, что конкретно эти индивидуумы не должны становиться чунинами (что вообще не в характере Листа. Хирузен не любит разговаривать с позиции силы), но… Есть ведь ещё и Суна! Тут три ребёнка Казекаге, вообще-то! Неужели глава другой великой деревни будет слушать приказы Конохи, запрещающие повышать собственных детей до чунина???
Бред же! Скорее, подобный трюк порвёт все текущие союзные соглашения и развяжет новую войну, ибо Казекаге не может просто взять и утереться, после такого вот плевка в лицо. Начало войны, в таком случае — вопрос гордости деревни!
В общем, подобное высказывание Ибики — бред сивой кобылы.
— Это что ещё за правила?! — вскочил с места Киба, а на его загривке заливался лаем Акамару. — Тут же есть люди, которые и раньше сдавали!!!
— Ха-ха… Ха-ха-ха… — скупо рассмеялся Морино. — Вам просто не повезло… — ухмыльнулся. — В этом году правила устанавливаю я! Впрочем… я же предоставил вам путь к отступлению. Если кто-то не уверен в себе, просто отказывайтесь от вопроса. Попытаете силы в следующий раз.
— …покрути карандаш, если да. Дёрни головой если нет, — раздался шёпот Саске.
Внутренне хмыкнув, я катнул карандаш по столу.
— … мы отвечаем?
Катнул в обратную сторону.
— …уверен?
Резко хлопнул ладонью по карандашу. Неожиданный звук заставил несколько человек вздрогнуть.
— …понял. Как передать Наруто?
Здесь я уже не удержался и хмыкнул вслух. Хрустнул шеей, оправил полы куртки.
Я сам.
— Я… Я сдаюсь! — раздался чей-то выкрик из аудитории.
— Номер пятьдесят не сдал! — заключил один из чунинов. — Номера сто одиннадцать и сто тридцать так же. На выход.
Следом, будто только и дожидаясь этого сигнала, один за одним, участники начали покидать аудиторию.
Три человека. Шесть. Девять…
Наруто вроде сидел на месте, несколько напряжённо оглядываясь по сторонам. Впрочем, даже без моего сигнала, он явно не собирался поднимать руку.
Ну, думаю достаточно.
— Морино-сан, раз уж экзамен подходит к концу, теперь можно задать вопрос? — вздёрнул я руку вверх с улыбкой.
— …Нет, — хмуро посмотрел он на меня.
— Да я даже не про десятый вопрос. Просто хотел указать на небольшую дыру в ваших правилах, — продолжал я ухмыляться.
— …Ладно, — едва заметно вздохнул он. — Спрашивай.
— Баллы не снимете?
— Нет.
— Хорошо! — ухмылка превратилась в натуральный оскал. — За одно нарушение ведь снимается два балла, верно? Любая попытка списывания, даже самая наглая, засчитывается как одно нарушение, верно? — очередью выстрелил я два риторических вопроса. — Значит ли это, что я могу сделать, скажем… Вот так?
С этими словами я лениво поднялся с места. Прошёл несколько шагов в сторону и замер за спиной Хаку. Она перевернула свой лист исписанной частью вниз в тот же момент, как Морино заикнулся о десятом вопросе, так что реального обвинения в списывании можно не ждать.
Сделав вид, что активно изучаю этот самый перевёрнутый лист, я склонился прямо над плечом девушки, отчего та слегка покраснела и отвернула лицо, после чего разогнулся и прошёл обратно.
— …Технически, — уселся на своё место. — Попытка списывания была лишь одна. Я мог взять с собой свой бланк и просто всё переписать, после чего сесть обратно и вы бы, по своим же правилам, смогли снять только два балла.
Народ вокруг недоумённо заморгал.
Неужели о таком варианте и правда никто не задумался? Лежало же на поверхности.
— Если бы кто-то так сделал… — угрожающе начал Ибики, когда я закончил говорить. — …То я бы лично рекомендовал этого человека к повышению, — улыбнулся он под конец.
— А! — встрепенулся я. — Значит, не дыра, а проверка на внимательность? Круто! Может и десятый вопрос такой же? — прищурился я, не убирая с лица улыбку. — Тогда добавим жару! Эй, Народ! — окликнул я весь зал. — Каждого, кто останется в аудитории, я… УНИЧТОЖУ.
Все доступные мне резервы Яки выплеснулись наружу. На миг я даже почувствовал, как моё тело меняется под воздействием Режима Зверя, а сознание отходит на второй план, однако, мне удалось удержать себя в руках.
Лица всех людей, кому не повезло погибнуть от моих рук, встали перед глазами. Забавно, но многие из них были смазаны. Я уже их почти забыл… Но то ощущение, которое испытывал каждый раз, как обрывал чужую жизнь, оно… Незабываемо.
В следующий миг в воздух взметнулось ещё несколько десятков рук. И прозвучало многоголосое «Я сдаюсь!!!». Самые слабые и робкие поспешили свалить.
Ибики же хмуро смотрел на меня, видимо, жалея, что дал высказаться.
А что ты хочешь, мудила? Твоё имя было начертано в моём плане по вызволению Хаку с пометкой «устранить». Да, ты просто делал свою работу, но… Именно ты запер Юки в подземельях.
Если есть возможность насрать тебе за шиворот, я с превеликим удовольствием это сделаю!
Мелочно? Глупо? Недальновидно?
Да мне насрать! За шиворот!
Я продолжал давить Яки, впрочем, ощущая, что ещё немного и надорвусь. Моё «убийственное намерение», которое, как по мне, нихрена не «убийственное намерение», а что-то совершенно иное, было чудовищно сильным. Ещё одна, очередная аномалия имени Куроды Рёдзи.
Но долго держать его я не мог. Как и контролировать давление в сторону «слабее». Только наращивать.
Такой вот «кастрированный», но от того не менее полезный инструмент, на который, к тому же, ещё и влияют перки: « Навыки запугивания +35% » и « Повышение Харизмы +55% ».
Морино молчал, не предпринимая ни одного действия, чтобы остановить исход бегущих из аудитории людей. Он попал в ловушку собственных правил, ибо сама суть десятого вопроса — запугивание и отсеивание слабых. Я же… просто немного поднял планку.
Было бы ещё круче, будь у меня подходящая моему заявлению репутация, но тут уж как вышло.
К тому моменту, когда я уже устал держать Яки, в кабинете осталось чуть меньше пятидесяти человек.
Ничего не делая, одним махом уменьшил количество соперников на следующем этапе! Круто, да?
Тяжёлый выдох замер в груди. Я закрыл глаза, скрывая расфокусированный взгляд и мелькающие перед ним алые пятна. Надо успокоить беснующуюся в сознании Стаю.
И тем не менее, даже с закрытыми глазами, я продолжал чувствовать на себе пристальный взгляд Ибики. И не только его. Из-за своей выходки я стал центром внимания всех оставшихся в аудитории людей.
— …Хорошо, — спустя десяток секунд прозвучал его голос. — Как я понимаю, все оставшиеся, решили ответить на десятый вопрос? — ответом ему было мёртвое молчание. Но никто больше не изъявил желания встать и выйти. — Отлично… Поздравляю, вы все сдали первый тест.
Тишина…
И ещё тишина. Много тишины, честно говоря.
— П-Постойте… — раздался подрагивающий голос, в звучании которого я, с некоторым удивлением, узнал Сакуру. Умудрилась перетерпеть моё давление? Неплохо… — М-мы уже сдали? А… А к-как же десятый вопрос?
— Его не было, — равнодушно ответил Ибики. — Сам вопрос — выбор. Решать или сдаться. Те кто выбрали «решать», те прошли.
Дальнейшего я уже не слушал, сосредоточившись на собственном дыхании и попытках угомонить Зверя. Разумеется, при этом, старался внешне делать вид, что всё круто и вообще «мне всё равно и море по ху… кхм… по колено».
Что? Опять выёбываюсь перед Хаку? Да побойтесь бога! Чтобы я?! Да выёбывался?!
…
Ну да, выёбываюсь! И что?! Нельзя что ли?!
Почему-то этот забавный внутренний диалог подействовал на мой зверинец как хорошая доза валерьянки и те перестали царапать стены в попытках выбраться наружу. Хм… Ещё одно доказательство того, что светлые эмоции Стае противопоказаны. Правда, почему-то, срабатывает это вообще не каждый раз.
Наконец выдохнув, я открыл глаза, фокусируя взгляд на Ибики, что продолжал толкать речь и походу неё даже немного подобрел. По крайней мере, сейчас он вполне нормально улыбался.
— …Первый тест экзамена на чунина закончен. Желаю вам удачи.
— Пасиба, — буркнул я, после чего потянулся всем телом, готовясь встать.
И тут щёлкнули инстинкты.
Тело само напиталось чакрой, кулаки сжались, взгляд устремился к окну, а успокоенная Стая начала нарезать внутри меня беспокойные круги.
В следующий миг, окно, к которому был прикован мой взгляд, разлетелось осколками стекла и внутрь аудитории ворвалось… чёрное пятно?
Моргнув, я с некоторым недоумением опустил взгляд на особенно крупный осколок, неосознанно пойманный мной в десяти сантиметрах от шеи, после чего перевёл взгляд обратно к доске.
Моргнул. И ещё раз…
Чёрным пятном оказалась огромная… простыня? Занавес? Плакат? Хрен его знает… короче огромный чёрный кусок ткани, на котором белыми буквами было намалёвано: «Время второго этапа экзамена на чунина! Готовьтесь к смерти!!!»… Сам же этот «плакат» был пришпилен к потолку парой кунаев, в кольца которых были продеты углы «простыни».
Пробивную силу же этому «чёрному пятну» обеспечил вес девушки, что, в момент «пробития», была в него завёрнута. Очень даже колоритной девушки, между прочим.
Чёрные волосы, с лёгким сиреневым отливом, стянутые в короткий конский хвост, чем-то напоминающий любимый причесон Шикамару. Светло-карие глаза, кругловатое, симпатичное личико, короткая коричневая юбка и светлое пальто… Но всё это меркнет по сравнению с самой заметной частью.
…
Двумя самыми заметными частями, если быть точнее. И эти «части» были плотно обтянуты некоей извращённой вариацией на армированную сетку. Чем-то походило на капроновые колготки в сеточку, только натянутые не на ноги, а на торс — от шеи до середины бёдер.
И бог с ним с таким выбором — мало ли у кого какие предпочтения? Однако… Под сеткой ничего не было! Да, она была тёмной и плотной. Да, она скрывала от глаз всё, что должно быть скрыто, но… То самое что оно «скрывало» было настолько очерчено, что даже голой сия мадам выглядела бы менее вызывающе!
— ЭЙ, МОЛОДЁЖЬ! НЕ ВРЕМЯ РАССЛАБЛЯТЬСЯ!!! — выкрикнула она, хлопнув рукой по «плакату», повисшему за её спиной.
— …какой разврат, — шёпотом раздалось справа голосом Хаку, заставив меня мгновенно отвести взгляд от новой гостьи.
Благо, Юки моего ступора не заметила, уставившись на ворвавшуюся на экзамен девушку взглядом, в котором смешались смущение с возмущением.
— Я — ВТОРОЙ ЭКЗАМЕНАТОР! МИТАРАШИ АНКО! А ТЕПЕРЬ… ЖИВО ЗА МНОЙ!!!
«Какая эмоциональная», — мысленно протянул я, возвращая взгляд на лицо новоприбывшей и всеми силами стараясь смотреть именно на него, а не куда-нибудь ниже.
Хм… Чем-то она мне Мияко напоминает (уж точно не телосложением, но про это даже в мыслях буду молчать. Жизнь мне дорога…).Только, если в случае Инузука такой характер, скорее — маска, то у Митараши…
— …Ты не вовремя, — мрачно констатировал Морино, выбираясь из-за «плаката», что полностью скрыл первого экзаменатора от взглядов присутствующих.
Не знал бы должности Ибики, точно подумал бы, что он обиделся, чесслово. Ему только губу выпятить оставалось и вуаля(!) — сто процентное попадание в образ!
— Кхм… — смутилась Анко, отводя взгляд. Заодно пробежалась по всему кабинету. — Сорок восемь человек? — приподнялись у девушки брови. — А ты хорошо постарался…
— Хах, — усмехнулся я.
Громко так, чтобы слышно хорошо было.
Что? Я же говорю — не нравится он мне!
— Хм-м-м? — покосилась на меня Анко, этак задумчиво прищурив глаза. — Ну, после моего этапа от них и половины не останется.
Если она думала кого-то этим напугать, то у неё не получилось. Народ до сих пор был несколько сконфужен после моего Яки, а кого особо не задело (таких было достаточно) тех и угрозы экзаменатора не напугали.
Меланхоличная реакция на угрожающее заявление несколько выбила Митараши из колеи, заставив обвести класс новым взглядом.
— …Не слишком ли ты перестарался, Ибики? — вздёрнула она брови, заметив отчётливую бледность большинства присутствующих.
И я не преуменьшаю. Из тех, кто смог стойко перенести моё Яки, наберётся дай бог два десятка человек.
— Я? Нет, — расплывчато ответил Морино.
Очень двоякий ответ, к слову! С одной стороны можно подумать, что он просто не считает свои методы слишком уж жёсткими, а с другой, собственно, что он реально не при делах. Хитрожопый какой. И, видимо, Анко ему не слишком то по душе, раз он не стал давать ей полную информацию о случившимся.
Хм… Или здесь некая профдеформация? Учитывая должность этого типа, не удивлюсь.
— Ну ладно, — пожала плечами Анко, не придав случившемуся большого значения. — Объявляю первый этап завершённым! Все, за мной!
** ** **
Достижение — Законченный Теоретик (Редкое)
Сдайте теоретическую часть экзамена на чунина на максимальный бал. Процесс выполнения — 1/1.
Награда:
— Развитие менторских навыков +30%
** ** **
Тц… Ожидал чего-то поинтереснее. Ну да ладно, пойдёт. С учётом уже имеющегося модификатора, общий эффект от менторства достиг пятидесяти процентов! Буду кого-нибудь уму разуму учить.
** ** **
Достижение — По рельсам канона (Редкое)
Примите участие в экзамене на чунина вместе, описанном в оригинальной истории. Процесс выполнения — 1/1.
Награда:
— Параметр живучести +15%
** ** **
О, наконец засчиталось! Интересно, почему только сейчас? Потому что получил первые официальные результаты? Хз… Ну да и бог с ним! Награда суперская! До сих пор я получал живучесть только за «Долгую Жизнь» и набрал всего пятьдесят процентов, но с таким бонусом… Очень качественное улучшение!
* * *
Когда участники, возглавляемые Митараши Анко, покинули аудиторию, Ибики смог выдохнуть. В мыслях.
Дети… Он никогда не любил детей.
Впрочем, в этот раз, среди участников набрались весьма перспективные ребята…
— Ух, этот парень был страшный, — оттянул ворот кителя Казухиро. — Маленький монстр… Придавил так придавил. И откуда только взялся такой?
— Ты не знаешь? — вздёрнул бровь чунин, чья голова была плотно умотана бинтами. — Этот парень — ученик Какаши и протеже Инузуки Мияко.
— Тот самый? — хмыкнула единственная на весь коллектив девушка, внешне чем-то похожая на Хаку. — Насколько я знаю, его ещё и Кёкагэ-доно тренировал! Лично!
Едва слышно хмыкнув, Морино, не демонстрируя внешнего интереса к разговорам подчинённых, прошёл меж рядов к тому самому месту, где сидел обсуждаемый генин.
— У меня сын в одном классе с ним учился, — проскрежетал голос страшно выглядящего лысого мужика, на лбу которого был нататуирован кандзи «Предсказатель». — Говорил про какого-то парня, что заработал себе прозвище ещё в академии… — задумчиво, совершенно не соответствуя своей пугающей внешности, протянул он. — Как там оно было…
Ибики поднял бланк со стола, вчитываясь в написанные ответы.
Ни одной ошибки.
— …Точно, вспомнил, — хмыкнул лысый мужчина. — Духовный последователь Гая.
— А, точно, теперь и я вспомнил! — воскликнул молодой парень, чьё лицо, на уровне переносицы, пересекала полоса бинтов. — Алый Зверь!
* * *
— Фью~, — присвистнул я, задирая голову.
— Добро пожаловать на место проведения второго этапа. Тренировочная зона «44»… — мрачно ухмыльнулась Митараши. — …так же известная как «Лес Смерти».
Забор, выполненный из толстой сетки-рабицы, где каждое звено было размером с кулак и до кучи обтянуто спиралью шипастой проволоки, казался игрушечной изгородью на фоне того, что возвышалось за ним. Это даже, блять, деревьями не назвать! Натуральные исполины! Гиганты! Чёрт… даже нормальных сравнений не подобрать. Помнится, я восхищался растительностью, что окружала стены Конохи? Так вот, по сравнению с этим , те деревья были жалкими кустиками! Карликовыми!
Натуральные живые небоскрёбы из древесины и коры, уходящие высоко в небо и… чудовино толстые. Если их рост ещё плюс-минус укладывался в мои понятия нормы, то вот обхват — это просто пиздец. Ни одного цензурного выражения. Стволы, толщиной с многоэтажный дом, были покрыты мхом, сталактитами лиан и какими-то огромными, похожими на полноценные балконы грибами, а каждая видимая мне ветвь такого вот дерева вполне могла сойти за полноценную дорогу, по которой бок о бок вполне могли разъехаться две телеги.
Ещё и название такое… символичное. Две четвёрки. Учитывая, что сия цифра у Японцев — омофон слова «смерть»… Думаю, дальше пояснять не нужно.
— Ну и местечко, — протянул Наруто, так же как и я задирая голову. Ещё и руку ко лбу приставил на манер козырька.
— Хе-хе… — ехидно усмехнулась Митараши, будто бы услышав тихое восхищение блондина. — Скоро вы узнаете почему его называют «Лес Смерти».
— Бе-бе-бе, — скорчил рожу Узумаки. — Фкоро вы уснаити посему его называют «Леф фмерти», — активно коверкая голос принялся передразнивать он. — Напугать меня хотели?! Я ничего не боюсь!!! — последнее он выкрикнул девушке прямо в лицо. Ещё и палец указательцем указательным в её сторону ткнул.
Охо-хо… Кажется, кого-то сейчас будут убивать.
Я вздохнул, покосившись на Саске, что приложил к лицу раскрытую ладонь.
Ну, ничего не поделаешь… пусть и придурок, но свой же!
— Ути-пути… — «мило» улыбнулась Митараши. — Какие мы смелые…
В следующий миг, рука Анко «размылась от скорости» и в сторону Наруто, подобно выпущенной из лука стреле, полетел кунай. Сама же она тоже «исчезла».
Почему столько кавычек?
Потому что…
— Медленно… — фыркнул я, удерживая брошенный кунай перед лицом Узумаки. По идее, он должен был порезать ему щеку.
— Хн… — хмыкнул Учиха, успев за время полёта куная вытащить из ножен свой танто и… приставить прямо к горлу Анко, появившейся за спиной Наруто. — Таковы нынче Токубецу Джонины? Не впечатляет…
— Хм-м… — протянула Митараши, скашивая взгляд на лезвие, почти касающееся её кожи. Потом подняла глаза на меня. — Знаменитый дуэт гениев, да? — растянула она губы в улыбке. — Это будет интересно…
— Стоите хорошую мину при плохой игре, Митараши-сан? — улыбнулся я, подбрасывая кунай ей обратно.
Наруто же, к слову, от случившегося, каких-то особых эмоций не испытал. Я видел как его взгляд провожает летящий кунай. Думаю, для него бы не составило особых проблем чуть наклонить голову в сторону, полностью избежав любых проблем. Хотя он и растерялся немного из-за самого факта атаки — всё же Узумаки не из тех, кто ждёт подлянки от союзников. А в его глазах любой, на чьём протекторе выгравирован символ Конохи — союзник.
— Смог остановить мой небрежный бросок и уже возгордился? Вот за что я не люблю гениев… — покачала головой Митараши, делая шаг назад и… падая на землю. — …А?
Скосив взгляд на ноги, Анко широко распахнула прищуренные до сего момента глаза, ибо её лодыжки были крепко стянуты стальной леской, на конце которой болталась металлическая болванка моего йо-йо.
Повисла ошеломлённая тишина.
— Я же говорил. Медленно.
Что? Опять выёбываюсь? Да нет же… Ой, да ладно уже! Шутка сказанная в третий раз не смешная.
Но вот что я могу поделать?! Честное слово, оно не специально выходит! Одного присутствия Хаку в толпе за глаза хватает, чтобы я начал своершать не свойственные мне в обычное время поступки! Я конечно люблю почесать пузико своему ЧСВ, но не настолько, чтобы заведомо ухудшать отношение с экзаменатором и, по совместительству, союзным джонином (пусть и токубецу)!
Да и с Ибики та же херня была. Я много кого не люблю, но ведь не ставлю их авторитет под сомнение перед толпой народа! Во всём виновато это дурацкое желание распушить павлиний хвост перед понравившейся девчёнкой!
И да, я отдаю себе полный отчёт в этом, но… ничего не могу сделать! Оно реально само!
— …Курода Рёдзи, верно? — нахмурилась Анко, поднимаясь на ноги, и в этот раз на её лице не было ни следа улыбки.
Жутко…
Однако вместо того, чтобы сгладить ситуацию и дать посрамлённой девушке сохранить репутацию, мой язык продолжал жить своей жизнью…
— Нет, вы перепутали, моё имя — Сабаку но Крякуро.
— ЭЙ!!! — воскликнул голос из толпы.