⬅️ТУДА ➡️СЮДА
***22***
Марина в какой-то момент почувствовала себя болидом, который разогнался от нуля до сотни за считанные мгновения. Кольца силы кружили вокруг нее с такой скоростью, что стали сферами, точно как в тот самый первый раз, когда ее везли в телеге к эльфам. Тони оказался придавленным ее телом, потому что Марина на голых инстинктах накрыла его собой, спасая от обвала.
— Малышка, — он уложил руки ей на спину. — Ты загнала нас в ловушку. Я не смогу обернуться, потому что…
— Лежи и не мешай мне, — отрезала она. Сумасшедшее давление, которое она сейчас испытывала, проверяло на крепость ее концентрацию. Рок молча сжал зубы, понимая, что Марине сейчас нелегко, а с другой стороны бесился, что снова не защитил, что опять она всё сделала сама, и принялся поглаживать Марину по спине. Он буквально в последний момент успел остановить трансформацию. Обернись он в дракона, ему бы этот завал… Он бы его и не заметил, а вот Марина вряд ли бы пережила, если бы он прорвался сквозь ее магию. Хотя, и Рок это признавал, неизвестно, кто из них сильнее. Вполне могло оказаться так, что это она бы осталась цела, а его дракона порвало бы кольцами силы. Но вот эту порочную практику, когда она спасает и себя, и его, нужно прекращать, дракон он в конце концов или детеныш виверны, сидящий на плечах хозяйки!
— Как только… — начал говорить Тони, но Марина снова его перебила, положив руку на губы:
— Держись крепче, моя очередь тебя катать.
Рок обхватил ее руками и ногами, чувствуя, как они приподнимаются над… Он бросил короткий взгляд вниз и крепче стиснул Марину, потому что вдруг упасть в то месиво, что представляла из себя теперь уже разрушенная кровать и покореженный пол. Нет, спасибо. Он хоть и дракон, но в человеческом теле боль-то чувствует почти как человек, так что выбор был вполне очевиден.
Сесилия стояла посреди устроенной ею разрухи и смеялась. Только смех этот был совсем не веселым. Она думала, что, уничтожив убийцу ее дракона и магичку, она успокоит сердце и душу, но внутри осталась только горечь, как от мечты, которая вроде как исполнилась, но оказалась на самом деле не мечтой, а пшиком. Новые смерти оказались бессмысленными. Она уже хотела развернуться и уйти, тем более что Арна дергала за подол, поторапливая, как вдруг завал начал вздуваться, и из-под него поднялся цветной полупрозрачный шар, от которого буквально разило магией, а внутри него два тела. Два живых тела — дракон и магичка!
Сесилия заорала. От обиды, от собственного бессилия, от того, что даже месть у нее не получилась так, как задумывала. Она подняла руки, вокруг ее кистей вплоть до локтей клубилась энергия, которой она поднимала каменные глыбы и обрушивала на дракона и его магичку, но камни от соприкосновения со странной сферой рассыпались в труху, зля Сесилию еще больше. А ведь Сно говорил, что эта магичка — универсал, которой послушны все стихии, но ведь такого не может быть. Правда?
Марина, улучив момент, погасила свою магию, выпуская Тони из своеобразного плена, а потом сама напала на Сесилию, спеленав ее вместе со служанкой, которая сжалась в комочек за ее спиной, воздухом и огнем так, что та не могла двинуться, только взгляды яростные бросала. Больше всего Марина боялась, что с Сесилией придется биться магически, чего не хотелось категорически. Да, Марина сжилась со своей магией, применяла ее с легкостью, но только для своего комфорта, а не для битвы. А Сесилия, похоже, умела кратно больше, чем она.
— Я могу убить тебя прямо сейчас, — Марина подошла к Сесилии и заглянула в ее глаза. — Но не стану. Я понимаю твою боль и даже сочувствую, но… Это жестокий мир, Сесилия. Я не имела выбора — оказаться здесь или отказаться от этого. Мой дракон тоже не имел выбора. Он сам решил свою судьбу. Зато сейчас у тебя есть выбор — умереть или просто забыть о нашем существовании.
— Даже если ты меня отпустишь, то твой дракон… — Сесилия говорила едва слышно, потому что жгуты воздуха, которые сжимали ее, не давали вздохнуть полной грудью, а огонь приводил в ужас.
— Я подчинюсь решению своей пары, — Тони подошел к Марине со спины и обнял ее.
— Пара, — горько сказала Сесилия, сразу стоило это понять. — Я принимаю твое предложение. Я уйду и забуду о тебе, о том, что твой дракон убил Сно. Обещаю не пытаться встретиться, как-то вредить вам обоим.
— Я отпускаю? — спросила Марина, оглянувшись на Тони, и тот кивнул согласно.
* * *
Драконы клана Блэк сидели за столом в просторном зале, пили вино, ели, обсуждали прошедший бой и заинтересованно косились на некромантку, рядом с которой, пугая угрозой в драконьих глазах, сидел Санд. Он улыбался! Не так, как раньше, когда сквозь любую улыбку была видна невосполнимая потеря, а абсолютно и бесповоротно счастливо. И причина этого счастья была кристально ясна — некромантка Катерина. Статная, красивая той самой зрелой красотой, которая слаще юной прелести. Длинные темные волосы были заплетены в косу и уложены в корону, карие глаза лучились мягким смехом, уверенные движения понимающей свою огромную ценность женщины завораживали Санда. Он хотел прямо сейчас обернуться драконом и растянуть перед ней крыло, чтобы вместе взмыть в небо, но торопиться… Это было глупо. Катерина сейчас не готова к подобным поползновениям. Он собирался дать ей время. Столько времени, сколько ей потребуется. Покой и счастье пары стало приоритетным для Санда. А еще нужно было слетать в питомник и выбрать ей птенца виверны.
— Вина? — спросил Санд, склоняясь к Екатерине Сергеевне.
— Не стоит, — она качнула головой. — Неспокойно мне что-то.
— Хочешь, я провожу тебя к Марин? — предложил Санд, желающий сделать для Катерины хоть что-нибудь.
— Тони и Мариночка отдыхают, не самая лучшая мысль им сейчас мешать, — она взяла вилку в руки, поворошила еду в тарелке и отложила. У нее было такое ощущение, как будто вот сейчас должно произойти что-то ужасное. Может, Санд прав, и стоило бы пойти и удостовериться, что у Марины всё в порядке. — А знаешь, я передумала, — она повернулась к Санду. — Давай сходим.
Тот с готовностью поднялся, подал руку, на которую Екатерина Сергеевна оперлась без всякого жеманства, они успели сделать всего пару шагов от стола, когда по замку прокатилась волна, как от землетрясения, а в двери, покачиваясь, вошла уже знакомая служанка с окровавленным лицом, нашла взглядом Джейсона, прохрипела: «Помогите госпоже Марине. На нее напала Сесилия» и упала навзничь.
Бежали к покоям, которые занимали Рок и Марина, все. Санд, подхватив Екатерину Николаевну, мчался следом за Джексоном, которому еще и успевал задавать направление. Внезапные препятствия в коридорах, в виде каменных стен, Джейсон проламывал, не задумываясь, просто веря Санду в том, куда нужно двигаться.
Всё произошло как-то по-дурацки. Марина на мгновение опоздала с тем, чтобы освободить Сесилию и Арну от своей силы, когда Джейсон, проламывая очередную стену, завалил ее на обеих девушек, ее сила в этот момент отозвалась на призыв хозяйки, а ввалившиеся следом драконы закончили начатое. Марина в ужасе смотрела на то, как по заваленным камнями телам топчутся драконы. Конечно, они даже не подозревали о том, что под завалом кто-то есть, но ужаса ситуации это не отменяло.
— Мариночка, что? — Екатерина Сергеевна обняла внучку, и та разрыдалась на ее плече, а Рок, передав Марину в надежные руки, принялся командовать драконами, сгоняя их с того места, где прямо сейчас погибала Сесилия и ее служанка. Рок чувствовал себя полным идиотом и неудачником. Такое ощущение, что от появления Марины в его жизни он стал каким-то слабоумным. Не в первый раз пообещав исправить все, он начал откидывать камни в сторону.
* * *
Думать, что Крейн и в самом деле был недоволен тем, как повернулась его судьба, было глупо. Он был рабом, полностью зависящим от воли принцессы Эльнилиэль. Тем, кто выполнял любую ее прихоть, любой приказ. Он служил ей так долго, что уже давно перестал вести счет годам своего рабства. Конечно, он сумел выцарапать из цепких пальчиков принцессы себе какие-то свободы, но все это меркло перед тем, что происходило сейчас. Он перестал быть рабом, и это чувствовалось как самое хмельное вино, которое давало чувство эйфории и полной свободы, когда, казалось, за спиной распускаются крылья. Он даже злиться по-настоящему на принцессу не мог, так рычал притворно, чтобы она берегов не теряла, потому что знал, насколько она избалованная и непривыкшая слышать отказы. Он и «Семейное уложение» напоказ читал, чтобы задеть ее, у него даже это получилось.
Чего Крейн не ожидал, так это того, что Эль, вместо того чтобы скандалить, начнет заниматься делами Синей Пади. Он был уверен, что она пойдет, отчитает слуг, разобьет пару ваз, а потом закроется в их спальне, но нет, она собралась и уехала в город, а потом стала уезжать ежедневно, а приходящие работники начали рассказывать о том, что принцесса выгнала примара и взяла всю власть в городке в свои руки. Но самое поганое, что на самого Крейна она почти перестала обращать внимание. Нет, они по-прежнему спали в одной постели, проводя жаркие ночи, но стоило Эль выйти за дверь, как она словно переставала его видеть, а уходила с головой в свои дела. Это, если честно, бесило Крейна, и он, полностью осознавая свои действия, начал делать всё, чтобы она снова стала той принцессой, которую он в самой глубине своей души любил.
— Ты снова в город? — спросил он утром, глядя, как она расчесывает волосы, а потом заплетает простую косу. Раньше ей всегда делали сложные прически несколько служанок, но в последнее время она не разрешала ей помогать.
— Да, — односложно ответила Эль, бросив жадный взгляд на Крейна, который развалился в постели в самой провокационной позе, едва прикрыв кусочком простыни бедра и…
— Я еду с тобой. В замке работа закончена, хочу посмотреть городок, — сказал Крейн и, поймав ее взгляд в отражении зеркала, потянулся, играя мышцами, а потом встал и пошел в ванную комнату. Обернувшись, он увидел, что она не сводит с него взгляда, подмигнул и добавил: — Дождись меня.
— Как хочешь, только учти, мне некогда будет проводить тебе экскурсию. Надеюсь, что ты справишься сам… И не заблудишься, — последнюю фразу она договаривала уже в закрытую дверь.
Как же он ее бесил! Как можно было ночью быть таким внимательным и страстным, а стоило солнцу подняться над горизонтом, как становился совершенно невыносимым. И чего ему вдруг заблагорассудилось ехать с ней? С одной стороны, она хотела бы разделить свои успехи с кем-ни… с Крейном, но с другой… Она не хотела насмешек, презрения, слов, что она мается дурью, а Крейн был вполне способен на это.
До городка ехали в карете, и Крейн, который ожидал привычной тряски и вдруг не почувствовал ее, потребовал у кучера остановиться. А потом вышел на дорогу и удивленно смотрел в обе стороны.
— Это ты сделала? — спросил он у Эль, которая так и сидела внутри.
— Нет, конечно, я приказала, а делали совсем другие, — ответила она, усмехнувшись.
— А зачем? — спросил Крейн, снова забираясь в карету и веля трогаться.
— Ты в курсе, что в столицу нам путь заказан?
— Да, но не вижу связи.
— Синяя Падь не всегда была забытым провинциальным захолустьем. Раньше здесь был курорт, куда съезжался в сезон весь свет, и я хочу возродить это место.
— Курорт? — спросил Крейн. Он никогда не интересовался подобным, поэтому ничего не знал.
— Именно. Синяя Падь — единственное место, где можно полюбоваться снегом, покататься на санках и коньках.
Эль воодушевленно рассказывала о своих планах, а Крейн впервые за свою жизнь увидел в ней не просто капризную принцессу, а интересную девушку. Это было занимательно.
➡️СЮДА