Раскололась девчушка мгновенно, начав вываливать на меня столько информации, что если бы не разговор с учителем Дюпон, то мне бы могло стать и немного плохо.
Амели явно не рассчитывала, что её столь быстро поймают за руку, тем более таким способом. В принципе, я мог её даже в чём-то понять!
Последнее, о чём думала попавшая в мир какой-то дешёвой, непопулярной книжки про то, как весь мир крутится вокруг абсурдно сильной простолюдинки и на неё буквально вешаются «красавчики на любой вкус», было то, что на неё вообще кто-то обратит внимание!
Это я рос в этом мире с первого дня. Постепенно вспоминал прошлую жизнь, пропитываясь этим миром от и до, становясь кем-то средним между прошлым и настоящим.
В случае же резко вспомнившей прошлую жизнь дочери графа получилась какая-то каша. Она определённо переняла какие-то повадки, черты и, в особенности, воспоминания прошлой личности, но неожиданно пробудившаяся вторая личность потерявшей веру в жизнь несчастной женщины средних лет просто с двух ног влетела в старую, и мне даже представлять было страшно, что у неё могло происходить сейчас в голове.
Возможно, девчушка… о Семеро, наверное, так уже неправильно будет к странной мадам обращаться?
В общем, с высокой вероятностью она вела бы себя намного адекватнее, если бы не поняла, что находится в книжке. Зацепилась за эту мысль, словно безумная.
Если я воспринимал мир через фильтр какого-то странного комикса, продолжая видеть перед собой, всё же, полноценный живой мир, пусть и чертовски странный, то моя новая подруга (куда она денется теперь?!) видела мир как обычный человек, при этом неосознанно не воспринимая его живым.
Можно сказать, что своими действиями я вежливо подошёл к ней, галантно снял с неё розовые очки, со смачным хрустом превратил их в кашу и сожрал, сладко облизнувшись.
О Семеро, почему-то, слишком ярко представив себе это, я увидел совсем не себя, а своего братца…
К счастью, я всё-таким был не им.
— И ты думаешь, что я поверю тебе? — сделал я крайне скептическое выражение лица.
С таким взглядом инквизитор смотрит на одержимого дьяволом крестьянина, решая, давать ему ещё слово перед смертью или сразу очищать в Священном огне.
— Н-но я не вру… — пискнула девушка.
Лишние глаза нам (скорее мне) не нужны были, поэтому пришлось взять паникующую девушку под руку и тихонько покинуть академию, чтобы засесть в ближайшей забегаловке.
Вообще покидать без предупреждений академию было не очень желательно, но, как меня заверял Эмиль, если ненадолго и не во вред учебе, всем было плевать.
Столица была хорошо защищена, редкие студенты гуляли и не скрывались, да и не стоило забывать, что мы были магами. Маги в этом мире были кем угодно, но не беззащитными и это знал даже вусмерть пьяный алкаш, держась от таких приключений на пятую точку подальше, если только не произойдёт странности.
Ох, что-то мне подсказывало, что вскоре походы за пределы академии могут серьёзно ограничить…
— Ты ведь понимаешь, как это звучит со стороны? — облокотился на спинку стула я.
— Я понимаю… — вздохнула незаметно для семьи постаревшая дочь графа, сняв очки. — Но я не вру…
— Не думала, что тебя могут быстро раскрыть?
— Я не думала, что так выбиваюсь из общего… фона…
— Не боишься, что тобой может заинтересоваться Церковь Семерых?
— Я же не дьяволица какая-то! — неожиданно фыркнула девушка.
Почему-то я был уверен, что помолодевшая мадам имела в виду совсем не какую-нибудь гипотетическую дьяволицу, а вполне конкретную.
Не один я сомневаюсь, что ли?
— Ясно, — задумчиво произношу, опустив взгляд на столик. — И всё-таки, чтобы убедиться, нужно показать тебя служителям Цер…
— Н-не нужно…
Кажется, моя новая подруга лишь теперь начала осознавать, в какой ситуации оказалась. Даже аура девушки словно… перестала так сбоить.
До этого аура Амели то сбоила цветами, то сменялась странным, неоформленным потоком ветра. Теперь же картина принимала более внятный характер: ветер, едва ли не сдувающий цветы, упорно цепляющиеся за жизнь.
Словно две личности лишь сейчас начали по-настоящему наслаиваться друг на друга…
Я помотал головой.
Семеро, если Боги и впрямь даровали мне эти глаза, чтобы видеть странности, это многое объясняло.
— Почему же?
— Ты и сам понимаешь, почему! — насупилась девушка. — М-мне же никто не поверит!..
— Тогда почему должен верить я?
Я видел, как мадам хотелось сказать мне много чего хорошего и не очень, но она всё-таки нашла в себе силы сдержать себя и серьёзно задуматься.
— Я знаю, что будет дальше и это должно доказать мою историю. Ну… — девушка совсем не аристократично сгорбилась. — В… в общих чертах знаю…
— И как мне это докажет что-то?
Мне не хватало только задумчиво взглянуть на ноготки и подуть на них.
Ответом мне стал настолько обиженный взгляд, наполненный вселенской несправедливостью, что мне оставалось на это лишь вздохнуть.
— Хорошо, я…
— Я единственная дочь графа Жюльена, — неожиданно злобно произнесла девушка. — Отец души во мне не чает. Тебе лучше дружить со мной, Рене Лаваль, иначе я найду способ тебя утащить за собой!
Уже думая улыбнуться и разрядить обстановку, я застыл, уставившись на девушку так, будто впервые увидел её. Обдуваемые цветочки словно удлинились, став какими-то… излишне подвижными, плотоядными.
Видимо, что-то такое увидев в моём взгляде, мадам мигом переменилась в лице, вернувшись к былому поведению:
— Я… я правда могу многое сделать, вот!..
Ох Семеро…
Я примирительно приподнял руки.
— Я думаю, что могу поверить тебе, если ты и впрямь сможешь доказать свои… знания…
— И никому не расскажешь!
Я выпучил челюсть.
— Это будет зависеть от того, как ты себя будешь вести.
Амели сморщилась.
— Не криви лицо, это выглядит некрасиво!
Я лишь больше выпучил челюсть, прищурившись.
Мощная челюсть — это мужественно!
Ответом мне стало страдальческое бухтение, но спорить со мной уже не собирались.
В каком-то смысле, мы пришли к соглашению.
— Хорошо… — потёр виски я. — Не могла бы ты в таком случае рассказать про… свой родной мир?
Амели не увидела в этом никакой проблемы. Правда, мой вопрос, кажется, ещё сильнее ударил по молодой мадам.
— Мой мир очень серый…
Очевидно, она не знала про мою осведомлённость, а потому пыталась рассказывать так, чтобы её понял хотя бы как-то и обычный абориген, описывая всё довольно расплывчато. Здания, уходящие в небо. Железные птицы и прочая классика.
Как я понял, она пришла из крайне похожего на мой мир, только из чуть более далёкого будущего, в котором найти работу из-за бума технологий стало крайне тяжело, чем с огромным удовольствием пользовались работодатели.
Но это полбеды! Не меньше головной боли женщине доставляла корпоративная культура, сформировавшаяся заметно раньше бума.
Я готов был поставить усиленную тренировку на то, что она была выходцем откуда-то из Восточной Азии.
— Какой странный мир, — с самым честным видом произношу.
Моё невинное замечание чуть не нокаутировало девушку. Она так и хотела закричать: «Нет, нет, да нет же, наоборот!..»
— Честно говоря… — пробормотала Амели. — Ты поверил мне намного быстрее, чем я думала…
— У меня хорошее зрение.
— Хватит так выпячивать челюсть, это выглядит странно!..
Я, естественно, слушать не стал.
Мы поговорили про много вещей. Амели призналась, что в романе совсем не помнила упоминания пробудившегося магического зверя. Его точно не было — в этом она не сомневалась.
Много про этого пробравшегося на практическое занятие Диего она тоже не могла сказать.
Да, какой-то шпион-потенциальный-похититель из соседнего королевства. Да, Амели знала, что он имел какое-то отношение к королевскому дворцу, но…
На этом информация обрывалась.
По сути всё сводилось к тому, что с ним была связана какая-то странная романтическая история, он иногда то появлялся, то исчезал, и чем это закончилось — девушка так и не узнала.
— То есть… — я вновь потёр глаза. — Ты хочешь сказать, что на протяжении всей истории биография этого Диего почти не упоминалась?
— Красавчики должны быть загадочными! — загорелись глаза Амели. — И времени каждому должно быть уделено не слишком много! Ровно столько, сколько нужно! Но этот Диего!..
Я готов был поспорить, что услышал скрип зубов.
То есть, информация, которой обладала девушка, не только могла не соответствовать действительности, но и была крайне фрагментированной.
Она могла сказать, что у этого шпиона не было желания навредить Мари и он был по-настоящему очарован ей, но…
А что ещё надо-то?!
— Ах, я вспомнила! — воскликнула Амели. — У Диего была печальная история из детства!..
Бинго.
— Семеро… — прикрыл глаза я. — Хорошо, я понял. Что должно произойти дальше? Или, правильнее сказать, кто?
По тому, как мечтательно и вместе с тем решительно загорелись глаза молодой мадам, я определённо мог сказать, что новый интерес Мари (даже если она об этом ещё не знала) определённо нравился Амели.
— Красавчик-дракон!..
До конца академии я, определённо, успею поседеть.
* * *
Эмиль вернулся к вечеру следующего дня. Вообще парня могли подлатать довольно быстро, но у меня были подозрения, что толстячку просто хотелось официально пропустить один день и немного отдохнуть.
Правда, как я осознал едва ли не сразу после его возвращения, мне стоило перед ним извиниться.
— Я чувствую прилив энергии!!! — воинственно воскликнул Эмиль.
Парень тренировался прямо в нашем номере общежития. Я видел, как горели его глаза и даже некогда невзрачная аура бурлила силой и мотивацией достигнуть новых вершин.
На самом деле день отдыха мой лучший друг потратил совсем не на отдых, а на усиленную тренировку.
— Я думаю, что ты можешь уже успокоиться… — с сомнением произношу. — Ты моло…
— Нет! — резко встал толстячок после отжиманий, принявшись приседать. — Я понял, что всё это время ленился!..
— Да я бы не ска…
— Можешь меня не оправдывать, Рене, — появилась на щеке Эмиля скупая слеза. — Я многое осознал… Когда ты стоял без верхней одежды и все красотки разглядывали тебя…
— Тебя ведь почти сразу забрали, о чём ты гово…
— Мне хватило одного взгляда! — взвыл промокший от пота и, видимо, слёз Эмиль. — Моя семья почитает твой род, Рене, и теперь я полностью понял, почему!.. Ты настоящий пример для подражания, как и твой отец!.. Мне так жаль, что я продолжал лениться, несмотря ни на что!!!
Семеро, избитый злодеем толстяк окончательно сошёл с ума.
Вроде бы или в конце семестра, или в конце курса нас смогут посетить родственники. Не отрицаю, что кто-то из моей семьи сможет приехать. Отец маловероятно, поэтому поставлю больше на брата.
Если это и впрямь будет он, то…
Я прищурился.
Познакомить их, что ли?..
Приседающий паренёк неожиданно остановился, неуверенно уставившись на меня.
— Почему-то я чувствую от тебя какую-то зловещую ауру, Рене…
Замечание Эмиля я пропустил мимо ушей.
Взгляд моего друга на реальность был столь далёк от этой самой реальности, что это было даже немного грустно: сначала всем было на меня просто плевать, что более чем устраивало меня.
Затем, не прошло и месяца, меня начали сторониться.
Теперь же…
Я ловил на себе такие взгляды, будто стал среди первокурсников местным криминальным авторитетом. И, судя по всему, даже среди старшекурсников.
Возникало такое чувство, будто вокруг меня формировалась репутация бешеного рыцаря, по ошибке потерявшегося в академии магии.
Но не всё было так плохо!
Не стоило забывать, что моим личным учителем поставили рыцаря-мастера и мага Пятого Круга Лилиан Ванье. Красноволосая мадам не только была довольна формирующейся вокруг меня репутации, но и знала подноготную ситуации.
Словом, меня почти даже не били, решив впервые показать то, что я, как потомственный рыцарь, должен был знать как свои пять пальцев.
Если до этого учитель меня скорее проверяла и наглядно показывала, как можно объединить магию и жизненную энергию (пусть и с явным перекосом в магию), то теперь разговор начал набирать более… предметный оборот.
Алисия была от этого в восторге.
— Наконец-то, наконец-то, наконец-то…
Суровая синевласка едва не превратилась в счастливую первоклассницу, которой купили полный набор куколок.
Жаль, что её счастье было направлено на обучение тому, как эффективно разрубать ближних своих.
— «Стили» — это ответ рыцарей на круги магов, — серьёзно произнесла учитель Ванье. — Жизненная энергия намного более неповоротливая и тяжелая. Это даёт как свои преимущества, так и недостатки. Рыцарь не может из жизненной энергии создать тонкие кружева из энергии, как маг. Даже просто выпустить направленный поток энергии за пределы тела уже довольно сложно.
Мадам выдержала паузу.
— Но в этом и нет необходимости.
Я моргнул.
Женщина начала выполнять, на первый взгляд, самые обычные взмахи мечом. Смесь из обычных взмахов мечом, переплетающихся с ударами ног, что чем-то напоминали достаточно странный танец.
Странный, и как будто… не очень эффективный, но мои глаза подсказывали мне, что это было не так.
С каждым выполненным действием огненная аура женщины словно начинала пульсировать, пока, в один момент…
Очередной взмах мечом закончился самым настоящим лучом энергии, что смог остановить лишь установленный на небольшой арене барьер, впрочем, ощутимо задрожав.
Миниатюрная синевласка едва сдержала счастливый визг, с широко раскрытыми глазами и не менее широкой улыбкой на лице провожая рассеявшуюся энергию.
Это даже на жизненную энергию не было похоже. Столь незначительное количество, что я едва мог уловить её.
— Это был эфир? — задумчиво произнёс я.
Принцип её воздействия и впрямь был похож на магию, но техника исполнения и конечный результат отличались разительно.
Учитель удовлетворённо улыбнулась, впрочем, задумчиво приподняв взгляд.
— Ты прав. Удивительно, что ты до этого не сталкивался со стилями, Рене…
Меня это, конечно, тоже возмущало. Я сам считал себя недорыцарем, но реальность оказалась ещё ужаснее. Даже слуги семьи ни разу не упоминали никакие стили, и это казалось мне ещё более странным!
Дни продолжили как ни в чём не бывало идти один за другим.
К счастью или сожалению, возмущённое письмо я отправил домой с вопросами ещё раньше, а потому не стоило удивляться, что уже довольно скоро мне пришёл ответ.
Когда я его прочитал, то, должно быть, имел не лучший вид.
— Рене? Рене, что с тобой?!
Паренёк подумал, что меня хватил удар, начав трясти. Семеро, это был не лучший способ оказать помощь, но мне и впрямь стало лучше.
— Ты был хорошим другом, Эмиль… — обнял я друга, чувствуя, как жизнь начала покидать меня.
— О Семеро, что случилось?!
Парень таки обратил внимание на письмо на столе, судорожно схватив его.
Увидел он на моё возмущение короткий, написанный аккуратным почерком, вопрос:
«Ты не забываешь про тренировки, сын?»
Кажется, аура от письма была такой, что даже не знавшего контекста Эмиля проняло.
— П-почему это письмо такое холодное?!
Я ответил не сразу, чувствуя, что зря поднял тему этого треклятого стиля.
— Оно пропиталось холодом севера…
И брутальной, ломающей законы реальности, мощью барона.
Ещё через несколько дней про себя решила напомнить другая странность академии.
А именно, обещавшая встретиться жрица.
* * *
Блондинка нашла меня ранним утром во время тренировки.
— Твоё упорство в тренировках достойно восхищения, Рене Лаваль!
Подтягиваясь на ветке дерева, я, едва сдерживая все известные ругательства, возмущённо опустил голову.
— О Семеро, кто так подкрадывается?!
Не чувствовал. Я совершенно не чувствовал её, словно передо мной было пустое место! На практическом занятии мне на местоположение жрицы указал жетон, но без него…
По правде сказать, почему-то она меня немного пугала.
— Мы, служители Церкви Семерых, должны оставаться незримой опорой для мира, — важно произнесла Маэль, хихикнув. — Не-зри-мой!..
Я спрыгнул с ветки, выдохнув. Облачко пара лучше всего мне говорило о том, что дело шло к зиме, но, по правде сказать, пока температура в столице меня нисколько не впечатляла.
— Ты могла прийти и раньше.
— Я была занята! — серьёзно произнесла Маэль. — У меня есть серьёзные подозрения, которые нужно подтвердить!.. И я хочу, чтобы ты помог мне, благородный Рене Лаваль!
Я удивлённо застыл.
Это она мне должна была, а не наоборот!
— С чего бы я должен соглашаться?
К моему ужасу, блондинка быстро затараторила:
— Во имя Аларика Хранителя Драконов, Бога Защитников и Магических Существ, во имя Кассиана Рождённого Звёздами, Бога Пророчеств и Снов, во имя Бальтазара Несломленного, Бога Знаний, во имя Венеры Владеющей Зеркалами, Богини Любви и Судьбоносных Встреч, во имя Дравенкорт Покрытой Вуалью, Богини Испытаний, во имя Серафи…
— Я понял, — вздохнул я. — Давай, всё же, начнём с того, что ты выполнишь своё обещание…
— Ох, конечно! — счастливо воскликнула Маэль. — На самом деле в моей силе нет ничего особенного. Меня скрывает благословение Дравенкорт Покрытой Вуал… куда ты уходишь?!
Видимо, служительница Церкви Семерых не слишком привыкла к общению в социуме, приняв меня совсем за идиота, помощью которого можно пользоваться просто за спасибо!
Семеро, всё настроение испортила. А я ждал и надеялся услышать что-то полезное…
— Я не обманываю тебя и докажу свои слова! — воскликнула девушка. — М-мне нужна помощь, я хочу кое-что проверить, но не могу!..
Я продолжил уходить в неизвестном направлении, но упорная и, возможно, слегка упоротая блондинка меня догнала, вцепившись самым наглым образом в спину:
— Это очень серьёзно!.. Я практически наверняка уверена, что в академии поселился дьявол! Дьявол из Преисподней, Рене! Самый настоящий! Прошу, помоги отыскать его…
Я застыл, словно вкопанный, удивлённо обернувшись на едва не плачущую блондинку. Она прибегала к слишком страшным методам!
— Дьявол… из Преисподней?
— Я прибыла в академию по другому вопросу, — быстро-быстро заговорила блондинка. — Н-но в процессе исследования академии поняла, что чувствую что-то с-странное… Помоги мне раскрыть эту странность! Дьявол, он очень хорошо скрывается, Рене, слишком хорошо!.. Мне кажется, что я что-то упускаю, но я не могу понять, что… Только отважный потомок героя сможет помочь мне, да! Во имя Аларика Хранителя…
Ох, у кого-то явные проблемы с убеждением.
Я поднял взгляд на здание академии, буквально моментально представив себе в голове до невозможного яркий образ одной мадам. Настолько открыто действующей, что это вызывало головную боль.
Мимо нас пробежал пропотевший до нитки Эмиль, долгим взглядом проводив вцепившуюся в меня блондинку, после чего как ни в чём не бывало побежал дальше. Он ничего не сказал, но ему и не надо было говорить. Аура паренька горела пламенем.
Я протёр глаза, абстрагировавшись от тараторящей имена Богов жрицы.
«Дорогой дневник, сегодня у меня возникли подозрения, что дьяволица может оказаться… настоящей.
Но это ведь было бы слишком очевидно, не так ли?.. Или… или… Я схожу с ума.
Кажется, мне нужно кое-что срочно проверить…»
Ожидание появления «красавчика-дракона» можно было скрасить и другой… прости Семеро, тайной.