Ознакомительный фрагмент
Роберт Паттинсон не любит персонажа Эдварда Каллена и сожалеет о том, что согласился на эту роль. Он описывал своего героя как престарелого вампира с интеллектом подростка и выразил низкое мнение о книге, на основе которой был снят фильм.
Но Высшие силы пошутили над Робертом. Однажды после тяжелых съемок он уснул, а проснулся новообращенным вампиром Эдвардом Калленом. С депрессией справляться ему будут помогать Карлайл и сестры Денали. Как бы ни старался герой убежать от канона, он его будет настигать снова и снова.
AU, ООС
Предупреждение: не претендую на достоверность, образ Роберта будет в основном придуман мной.
Пейринг: Эдвард Каллен/ Таня Денали, Изабелла Свон/ Джаспер Уитлок, Элис Каллен/ Чарли Свон
«Если тебе почти сорок лет, ты проснулся и у тебя ничего не болит, значит, ты умер и превратился в вампира».
Когда ложился, в голове шумело, будто в пчелином улье. Сильно болела сорванная месяц назад спина, ныла травмированная накануне лодыжка. Что поделать, возраст. Труд актера тяжел и порой вреден для здоровья. Каждый полученный доллар отработал на все сто.
Утро порадовало, почти ничего не болит, разве что немного першит в горле. Так и не усвоил урок: после чрезмерной физической нагрузки не следует пить слишком холодную воду. Открывать глаза не хотелось. Еще очень рано. Чуть брезжит холодный рассвет: всё вокруг кажется застывшим, замороженным во времени, тени ещё цепляются за землю, но уже видно, как первые лучи солнца разгоняют тьму. Время, когда так хорошо думается.
Сегодня предстоит трудный день. Десятки, если не сотня дублей. Кто-то считает, будто мне все легко дается. Это в корне не верно. Камера меня так и не полюбила. Слова знаменитого критика отпечатались в памяти:
— Экзотически красив и в образе смотрится органично.
Так деликатно выразился, чтобы не обидеть, но от правды не убежишь. Уж себя-то обманывать не стоит. Из модельного агентства меня попросили не потому что перестал походить на девочку. Не все фотографы хотели работать с нефотогеничной моделью.
Странно, слышу звуки, которых в городе быть не может, и наоборот, нет привычного шума транспорта и людей. Как такое возможно? Отель находится в центре Лондона. Так заработался, что уже начались проблемы с памятью? Глубоко вдохнул, в воздухе отчетливо чувствуется свежесть, какая бывает после грозы. Видимо, открыто окно. Отчетливо слышу многоголосое пение птиц и как ветер играет листвой деревьев. В декабре?
Открыл глаза, резко вскочил и замер от сюрреалистичной картины. В пробившемся через плотные темно-коричневые портьеры солнечном луче танцуют разноцветные частицы. Пыль? Деревянный потолок, на котором взгляд до мелочей фиксирует каждую черточку и трещинку. Различаю самый мельчайший завиток растительного орнамента на винтажных обоях. Но не это главное. Это определенно не то место, где я засыпал. Спокойно… Прежде чем ударяться в панику, нужно подумать. Что последнее я помню?
Услышал шорох, дверь с легким скрипом отперлась, и в комнату вошел человек, отдаленно похожий на молодого бледного Питера Фачинелли. То, что это не Пит, ясно как божий день. Мужчина привычно носит старомодный костюм и на его лице нет грима. Натуральный блондин. Его внешность будто прошла апгрейд у самой лучшей нейросети. Ни малейших недостатков, идеальные, нечеловечески красивые черты лица. То, что как раз больше пугает, нежели привлекает людей. Что происходит?!
— Как и думал, мальчик растерян.
Я не отводил взгляда от незнакомца, не моргал. Он точно ни слова не произнес вслух. Это розыгрыш коллег? Сначала проверил уши. Наушника нет. Осмотрел помещение на наличие колонок. В принципе, напрасный труд, нынче девайсы могут быть совсем незаметными. А может, мне в голову внедрили нейрочип? Глупости!
— Эдвард, я доктор Каллен. Ты помнишь меня?
Серьезно?! Кому пришло в голову напомнить мне о позоре молодости? А голос у парня какой необычный. Вроде о таком тембре говорят медовый. Он плавно двинулся вперед, будто считает меня сумасшедшим. Ну хватит, это уже не смешно! А что, если я и правда повредился рассудком и сейчас вижу красочные галлюцинации? В голос расхохотался.
— Странно. Что его так рассмешило?
И опять он не произнес фразу вслух. Только не говорите, будто я слышу его мысли. А может быть, я умер и попал в свой персональный ад? А вот сейчас и проверим.
— Кто я?
Вздрогнул от звука не моего голоса.
— Как сказать ему о смерти родителей? А о том, что он теперь вампир? Как же сложно…
Какое еще нужно доказательство? Подскочил к окну и отдернул штору. Которая почему-то оторвалась вместе с гардиной. Но я уже ни о чем не мог думать. Мои кисти сверкают, будто кожу щедро присыпали бриллиантовой крошкой.
За что?! Где я так нагрешил? Недостаточно любил Сьюки? Так по-другому не умею. Мало уделял внимание дочери? Но я ведь много работаю, не прохлаждаюсь. Почему Сумерки, а не Поттериана? Почему не Седрик?
— Эдвард…
Не смей меня так называть! Гнев поднялся, будто волна в шторм. Хотелось куда-то бежать, крушить все подряд. Запал так же неожиданно угас. Какая разница, каким именем он меня называет. Я не собираюсь жить…
— Эдвард, твоя мама хотела, чтобы ты жил.
И опять проснулась всепожирающая злость. Конечно, мои родители желают для меня лучшего. Для меня! Роберта Дугласа Томаса Паттинсона, а не Эдварда Каллена! Или как там звали мальчишку? Если не изменяет память, первый сын Карлайла до обращения носил имя Эдварда Энтони Мэйсона-младшего. Отвратительное чувство, когда эмоции скачут в нереальном диапазоне. А еще мысли доктора мешают сосредоточиться на главном. Как мне быть?
Время, выделенное Высшими силами на принятие новой реальности и себя, вышло. Пришла она. Всепоглощающая Жажда. И мир окрасился в красное.
***
Привычно забрался на почти отвесную скалу. Отсюда открывается невероятный вид на почти девственный лес севера Штатов. Целый год я был словно в тумане. Мог думать только об одном — как утолить голод. Обрывками помню нежный голос и сильные руки девушки. Как она выглядела и кем являлась, узнать не позволило состояние новорожденного вампира. Были и приказы, вызывающие дикую боль. Так создатель контролировал птенца. Вот вам и утонченный и невероятно сострадательный доктор Каллен.
Нет, я не держу обиды на Карлайла. Как еще можно было контролировать беснующегося монстра, обладающего сверхсилой. Я либо хотел жрать, либо убить себя. Жажда полностью не ушла. Теперь она станет моим вечным спутником.
— Вечным.
А мой создатель действительно чуткий и милосердный. Обещал, больше не станет неволить. Я могу умереть, если будет таково мое желание. Пока решил задержаться на этом свете. Прыгнуть в огонь всегда успею. Да, если захочу покончить с жизнью, к Вольтури не поеду. Я не книжный идиот, не стану подставлять человека, который искренне хотел помочь умирающему мальчику. Тому кто страдал от одиночества.
В последнее время много думаю. А что еще прикажете делать существу, которое не устает, кому больше не нужно спать и прочее, прочее. Задаюсь вопросом: как я очутился в теле Эдварда? Куда делся мальчишка? Кому понадобилось переселять меня в придуманный Стефани Майер мир? И как такое вообще возможно…
Отчего-то была уверенность, настоящий Роберт спокойно проснулся в номере отеля и, не завтракая, отправился на съемочную площадку. Кто-то очень могущественный ночью снял с создания Паттинсона матрицу и переместил ее в голову вампира. Возвращаюсь к вопросам. Кому бы понадобилось поступать таким образом?
Пока я решил плыть по течению, нет желания ломать так называемый сценарий. Тем более, что в это реальности не все так однозначно плохо. Голод? В принципе, с этой неприятностью можно жить. Надо только хорошо подумать, как избежать грандиозных проблем. Где та реперная точка? Начало истории или намного раньше. Допускать того беспредела, что был на страницах книг и в фильме, я категорически не намерен. И всеми силами буду противостоять фатуму.
А еще мне хотелось встретиться с подругой Карлайла Таней, это она возилась с проблемным новообращенным, и поблагодарить ее за участие в моей судьбе. Увы, наши пути с семьей Денали разошлись и неизвестно, когда снова пересекутся.
***
Стефани Майер изначально представляла в образе Эдварда Каллена Генри Кавилла. На момент кастинга Генри было уже 24, и он выглядел слишком взрослым. Кстати, Роберт и роль Седрика Диггори увел из-под носа у душки Генри.
Кристен Стюарт:
— Как жаль, с ним бы я замутила.
Роберт Паттинсон:
— Леди с дилижанса — пони легче.
Генри Кавилл:
— Повезло. Не зря ходил в качалку:)
