Глава 106: Мир Наруто: Команда №7
Все ок! Нашел того кто сливает. Остальным — приятного чтения!)
22 января. 64-й год Конохи. 7:30
Джон открыл глаза, и первое, что он почувствовал, — это боль; тупая, ноющая боль в левом глазу, где чужая сила пульсировала, как незаживающая рана.
Удивительно, но не было никакой вспышки чужих воспоминаний и чувств. Он ожидал шквала вины, трагедии и потерь, но голова была ясной. Словно он попал не в трагичного Какаши, а в пустой манекен.
Парень сел на жёсткой кровати и огляделся.
Джон понял, что Какаши все это время жил в спартанской комнате; одинокая кровать, полки, забитые книгами серии «Ича-Ича», и одна-единственная фотография на стене — трое детей, и их учитель с жёлтыми волосами.
Поднявшись, он приблизился к фотографии и, взяв ее, осмотрел. Команда Минато. Его прошлое, которое не было его. Поставив ее на место, он начал разминаться.
Тело было лёгким, натренированным, как натянутая тетива. Он сделал несколько быстрых движений, сложил пару ручных печатей — пальцы двигались с непривычной, но инстинктивной скоростью. Он почувствовал, как внутри него течёт чужая энергия — чакра. Она была слабой, истощённой, но она была.
Подойдя к зеркалу он понял почему Какаши был тем еще красавчиком.
Полюбовавшись собой он вызвал статус. Как и ожидалось, все ассимилированные шаблоны, кроме неиспользованных, были заблокированы. Из способностей… он пролистал длинный список, ища ту, что выбрал в пустоте между мирами.
[Bleach: Банкай: Сенбонзакура Кагейоши (Эпическая)].
Способность: есть.
Инвентарь: есть; он был доступен, со всеми предметами, кроме тех, что были материализованы в Марвеле и остались там. Это было всё, что ему нужно было знать.
Он надел маску, затем жилет, повязал бедренную повязку, проверяя подсумки и нагрудные карманы у жилета. Затем, снова подойдя к зеркалу, он попробовал изобразить знаменитую улыбку Какаши глазами, видимую даже через маску. Сначала получилось слишком напряжённо. Он расслабил плечи, слегка ссутулился, прикрыл один глаз.
«Йо!», — сказал он зеркалу, и голос прозвучал почти правильно. Ещё пара минут — и поза, голос, манера держать руки в карманах стали второй натурой.
Но глубоко внутри, под этой маской, Джон Смит оставался. Он был не Какаши; он был актёром, которому досталась самая сложная роль в его жизни. И он собирался сыграть её безупречно.
Сунув руки в карманы, он покинул квартиру. Его первая задача — безупречно играть роль, не вызывая подозрений. Вторая — выяснить, в какой точке сюжета он находится. И третья, самая главная, — понять, что именно Система считает «Главным Сюжетным Заданием» и выполнить все побочные задания!
Но сначала… сначала нужно было отдать дань уважения «закулисному» боссу и подруге этого тела. Он свернул в сторону мемориального камня.
Академия Конохи. Класс выпускников. 10:45.
Прошло почти три часа с тех пор, как Ирука-сенсей зачитал списки команд.
Другие команды давно ушли со своими новыми наставниками-джонинами. Ушла Команда 8. Ушла Команда 10. Осталась только Команда 7, и воздух в классе густел от напряжения.
— ОН ОПАЗДЫВАЕТ!
Наруто Узумаки, не в силах больше сидеть, вскочил на стол, высматривая кого-нибудь в коридоре.
— Почему только наш сенсей опаздывает?! Все уже ушли! Даже Ирука-сенсей ушел!
— Сядь, Наруто! — раздраженно воскликнула Сакура Харуно. Внутренне она ликовала: «Больше времени наедине с Саске-куном!», но внешне была возмущена. — Просто сядь и жди!
Саске Учиха не сказал ни слова. Он сидел, сцепив пальцы перед лицом, и смотрел в окно. Его не волновало опоздание. Его не волновали ни Наруто, ни Сакура. Его волновала только сила и человек, которого он должен был убить. Этот джонин был лишь ступенькой. Раздражающей, медлительной ступенькой.
— А! Я придумал! — глаза Наруто загорелись дьявольским огоньком. Он схватил губку для мела, пропитанную меловой пылью, и направился к двери.
— Наруто, что ты делаешь?! — взвизгнула Сакура.
— Это ему за то, что он опоздал! — хихикая, Наруто пристроил губку на приоткрытую дверь, устроив классическую ловушку.
— Ты идиот! — Сакура уперла руки в бока. — Наш сенсей — Джонин! Элитный ниндзя! Ты действительно думаешь, что он попадется на такую дурацкую детскую ловушку?
— Йа-ха-ха. Вот увидишь Сакура-чан. Все получится!
Саске бросил на них короткий взгляд.
«Идиоты».
Хотя… он не мог отрицать легкого любопытства. Неужели элитный джонин и правда попадется на это?
В этот момент в проеме показалась рука.
Дверь медленно отъехала в сторону.
Все трое затаили дыхание.
В класс шагнула фигура: высокий мужчина с копной серебряных волос, бросающих вызов гравитации. Его лицо было скрыто маской, а лоб — повязкой Конохи, косо закрывающей левый глаз.
Шлеп.
Губка для мела с глухим стуком упала точно ему на макушку, подняв облачко белой пыли.
Наступила мертвая тишина.
Джон стоял неподвижно.
Меловая пыль щекотала нос.
Перед ним, как живые, стояли иконы его прошлого мира: гиперактивный будущий Хокаге, гениальный мститель и… будущая жена мстителя. Это было абсурдно. Он, Джон Смит, стоял здесь, в центре одного из ключевых моментов истории, и его главная задача — притвориться ленивым идиотом. Он внутренне усмехнулся.
«Что ж, роль не самая сложная», — подумал он, ведя подсчёт: «Опоздание — выполнено…»
Первым взорвался Наруто.
— ИЯ-ХА-ХА-ХА! ПОПАЛСЯ! ОН ПОПАЛСЯ! Я ЖЕ ГОВОРИЛ!
Сакура, напротив, была бледна от ужаса и смущения.
— СЕНСЕЙ! МНЕ ТАК ЖАЛЬ! Я ПЫТАЛАСЬ ЕГО ОСТАНОВИТЬ, ЧЕСТНО, ОН МЕНЯ НЕ СЛУШАЕТ, Я БЫ НИКОГДА…
Саске отвернулся, пряча шок.
«Он… попался. Этот джонин — полный ноль».
Джон медленно протянул руку и снял губку с головы. Он оглядел троицу своим единственным видимым глазом, затем его глаз изогнулся в знаменитой улыбке-полумесяце.
— Хм-м-м… Как бы это сказать…
Он сделал паузу, поглаживая подбородок.
— Мое первое впечатление о вас…
Наруто, Сакура и Саске напряглись.
— …Вы все мне не нравитесь.
Атмосфера в комнате мгновенно застыла.
— ЧТО?! — хором взревели Наруто и Сакура.
Джон равнодушно засунул руки в карман.
— Встретимся на крыше.
И прежде чем кто-либо успел моргнуть, он исчез в облачке дыма и листьев.
— Вау! Он исчез! — крикнул Наруто.
Сакура сглотнула, глядя на место, где только что стоял их сенсей.
Саске нахмурился. Техника Мерцания Тела. Может, он все-таки не полный ноль.
Крыша Академии
Солнце стояло высоко, заливая теплом выложенную плиткой крышу. Джон, прислонился к перилам, глядя на деревню. Вдалеке виднелась Скала Хокаге — вечное напоминание о том, где он находится. Его единственный видимый глаз был лениво прикрыт. Он идеально играл роль скучающего джонина, который скорее бы читал «Ича-Ича», чем нянчился с детьми.
Сзади послышался топот. Дверь, ведущая на крышу, распахнулась, и троица генинов вывалилась на солнечный свет, тяжело дыша. Наруто, разумеется, был первым, Сакура — второй, Саске неторопливо замыкал шествие, хотя и у него сбилось дыхание.
— Эй! Зачем было так быстро исчезать! — пропыхтел Наруто.
Джон медленно повернул к ним голову. Он собирался начать стандартную процедуру — знаменитую речь про «ваши симпатии и антипатии, мечты и хобби», а затем назначить тест на выживание. Это был канон. Этого от него ждали.
Но в ту секунду, как он открыл рот, перед его единственным глазом вспыхнуло полупрозрачное синее окно, которое мог видеть только он.
[…Обнаружено запланированное бездействие…] […Запущен корректирующий триггер для побочных заданий…]
Джон мысленно моргнул.
«Что еще?»
[НОВОЕ ЗАДАНИЕ]
[ТИП]: Побочное
[НАЗВАНИЕ]: «Хватит отыгрывать ленивца!»
[ЦЕЛЬ]: Твои новые подопечные — сырой материал с нулевым контролем. Их навыки — мусор. Исправь это. Обучи Команду 7 базовому контролю чакры до начала основного сюжетного задания в Стране Волн.
[ОПИСАНИЕ]: Отправлять их на миссию ранга «C», которая неизбежно станет рангом «A», с их текущими умениями — это не «тест», а служебная халатность. Прекрати следовать сценарию, который писал не ты, и начни работать, Копирующий Ниндзя.
[НАГРАДА]: Открывает доступ к второму этапу!
[ШТРАФ ЗА ПРОВАЛ]: Нет
Джон замер.
«Зараза» — подумал он, но потом успокоился, поскольку теперь побочные задания запущены.
Но… его идеальный план — пройти по канону, провести тест с колокольчиками, а потом расслабиться наслаждаясь ежемесячными розыгрышами только что сгорел.
Он не мог рисковать потерей побочных задании. Без них не видать двух, а то и трех легендарных карт.
С внутренним вздохом он посмотрел на троицу. Наруто, переполненный энергией, которую не мог контролировать. Сакура, с идеальным контролем, но без малейшего понятия о его применении. И Саске, с огромным потенциалом, но слишком сфокусированный на мести.
Система была права. Они были полными нулями.
Внешне Какаши не изменился. Он все так же лениво улыбнулся глазом.
— Ну, раз уж все в сборе… Давайте начнем.
Он сел на перила.
— Прежде чем мы начнем наш «тест», давайте познакомимся. Расскажите немного о себе.
— Рассказать о себе? — тут же встряла Сакура. — А что именно нам говорить, сенсей?
— Ну, — Какаши пожал плечами. — Что вам нравится, что не нравится. Ваши мечты на будущее. Хобби. Что-нибудь в этом роде.
— Эй, эй! — выкрикнул Наруто. — А может, вы сначала о себе расскажете? Чтобы мы знали, как надо! А то выглядите вы подозрительно!
Какаши приложил палец к подбородку.
«Мне нужно изменить план. Тест с колокольчиками… он все еще нужен. Но после него…»
— Я? — переспросил он. — Меня зовут Какаши Хатаке. Что мне нравится и что не нравится… вам незачем это знать.
— ЧТО?! — снова хором.
— Мечты на будущее… — он задумчиво посмотрел на небо. — У меня их нет. А что до хобби… У меня много разных хобби.
Наруто и Сакура сникли.
— В итоге мы узнали только его имя… — пробормотала Сакура.
— Ладно, — кивнул Какаши. — Теперь ваша очередь. Начнем с тебя. Ты, справа.
Наруто поправил повязку на лбу, сияя от возбуждения.
— Я УЗУМАКИ НАРУТО! Я ЛЮБЛЮ РАМЕН ИЗ «ИЧИРАКУ»! А ЕЩЕ БОЛЬШЕ ЛЮБЛЮ, КОГДА ИРУКА-СЕНСЕЙ УГОЩАЕТ МЕНЯ РАМЕНОМ! НЕ ЛЮБЛЮ ЖДАТЬ ТРИ МИНУТЫ, ПОКА ЗАВАРИТСЯ ЛАПША! МОЯ МЕЧТА… СТАТЬ ВЕЛИЧАЙШИМ ХОКАГЕ! ЧТОБЫ ВСЯ ДЕРЕВНЯ НАКОНЕЦ ПРИЗНАЛА МОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ!
Какаши кивнул.
«Громко. Энергии много, цели ясные. Но контроль и терпение…» — он вспомнил задание Системы. — «Да, с ним придется поработать в первую очередь».
— Следующий.
Сакура встрепенулась.
— Меня зовут Сакура Харуно! То, что мне нравится, это… — она бросила быстрый взгляд на Саске и покраснела. — Э-э-э… Человек, который мне нравится, это… — она снова посмотрела на Саске. — Моя мечта на будущее — это…
Она захихикала, закрыв лицо руками.
— …А то, что я не люблю… ЭТО НАРУТО!
— ЧТО?! САКУРА-ЧАН!
Какаши внутренне вздохнул.
«Фанатка. Нулевая боевая ценность. Отличный контроль чакры. Потенциал для гендзюцу и даже ирьёниндзюцу. Нужно будет дать ей пару базовых упражнений. Посмотреть, что из этого выйдет».
— И последний.
Саске Учиха даже не шелохнулся. Его темные глаза смотрели на Какаши с неприязнью.
— Меня зовут Саске Учиха. То, что я не люблю, — это многое. То, что мне нравится, — у меня нет.
В воздухе повисла тишина.
— И у меня нет «мечты», потому что я живу реальностью. Я восстановлю свой клан… и убью одного человека.
Наруто сглотнул.
«Круто…»
Сакура смотрела на него с обожанием.
«Саске-кун такой загадочный…»
Какаши смотрел на него безразличным взглядом.
«Классический мститель. Весь в пафосе. Но он прав насчет реальности. И ему понадобится чертовски много усилий, чтобы хотя бы выжить в битве с Итачи».
Он хлопнул в ладоши.
— Отлично. Вы все… уникальные личности. Рад это видеть. А теперь к главному.
23 января. Тренировочная площадка №3.
Испытание с колокольчиками прошло в полном соответствии со сценарием, ведь Джон следует пути Какаши.
Он, конечно же, опоздал.
Прибыв на тренировочную площадку №3 рядом с мемориальным камнем, он лениво достал книгу «Ича-Ича» и таймер. Какаши, расслабленно читая, с легкостью расправился с тремя генинами: Саске был нейтрализован, Наруто попался в простейшую ловушку, а Сакура пала жертвой базового гендзюцу.
Когда время вышло, он привязал Наруто к столбу, разложил бенто и наблюдал, как Саске, и Сакура нарушили его приказ, чтобы накормить товарища.
Затем он появился в столбе дыма, разыграл гнев и, наконец, произнес свою философию, заученную и отыгранную с идеальной интонацией:
— В мире шиноби тот, кто проваливает миссию — мусор. Но тот, кто бросает своих товарищей… хуже мусора.
Все трое прошли.
***
На следующий день, рано утром, Команда 7 снова была в сборе; назначено было на 6:00.
— ДАТТЕБАЙО! ОПЯТЬ ОПОЗДЫВАЕТ! — предсказуемо взорвался Наруто.
— Успокойся, Наруто! — одёрнула его Сакура, хотя её собственный голос был напряжён. — Опаздывать на час на снова… Он либо проверяет нас, либо ему совершенно наплевать. И я не знаю, что хуже.
«Как я должен стать сильнее, если мой наставник не способен даже прийти вовремя? — подумал Саске, прислонившись к дереву. — Это пустая трата времени. Моего времени».
Ровно в 7:05, в вихре листьев, Какаши появился перед ними.
— Йо. Доброе утро всем.
— ВЫ ОПОЗДАЛИ! — взревел Наруто. Сакура хотела сказать то же самое, но сдержалась, вместо этого уперев руки в бока.
— Сенсей, это, по меньшей мере, непрофессионально! Мы ждём уже час!
Какаши неловко почесал затылок, его глаз изогнулся в улыбке.
— Простите, простите. Понимаете, сегодня утром я заблудился на дороге, которую называют «жизнь».
Он не собирался доставать «Ича-Ича» из подсумка, а его единственный видимый глаз перестал улыбаться; взгляд стал серьезным и собранным.
— Вчера вы прошли. Усвоили главный урок — важность команды. Но во всем остальном… вы не готовы.
Троица напряглась.
— Наруто, — обратился он к блондину. — У тебя гигантский запас чакры, но твой контроль — абсолютный мусор. Ты как дырявое ведро.
— Эй! — возмутился Наруто.
— Сакура, — Какаши перевел взгляд. — У тебя, наоборот, идеальный врожденный контроль. Ты могла бы стать специалистом по гендзюцу или ирьенином. Но ты не тренируешься. Ты тратишь все свое внимание на Саске и витаешь в облаках. На поле боя ты — обуза.
Сакура вспыхнула; было неясно румянец смущения это или же краска стыда. Она опустила глаза.
— И Саске, — Какаши посмотрел на Учиху. — Ты одержим силой и техниками, но игнорируешь фундамент. Твоя выносливость и контроль чакры не выдержат долгого боя. Твоя месть не свершится, если ты будешь выдыхаться через пять минут.
Саске напрягся, его рука сжалась в кулак, но он промолчал; слова сенсея, к его ярости, попали точно в цель.
— Вы все несбалансированны, — заключил Какаши. — И мы это исправим. Начиная с этой секунды. Прежде чем мы возьмем хоть одну миссию, вы научитесь тому, чему должны были научиться еще в Академии. Контролю чакры.
Он подошел к ближайшему высокому дереву.
— Ваша задача — научиться ходить по деревьям. Без рук.
С этими словами Какаши сконцентрировал чакру в ступни и спокойно, не используя рук, пошел вверх по стволу дерева, пока не остановился, стоя параллельно земле.
— Ч-ЧТО?! — Наруто ткнул пальцем в фигуру своего сенсея, который невозмутимо стоял на стволе. — Даттебайо! Я тоже так хочу! Научите, научите!
«Концентрация в ступнях… — мозг Сакуры, лучшей ученицы по теории, лихорадочно заработал. — Но как он регулирует поток? Это должно требовать невероятной точности…»
«Интересно, — подумал Саске, его напряжённая концентрация сменила кислую мину. — Если я смогу овладеть этим, я смогу поддерживать «Технику Великого Огненного Шара» дольше. Сам трюк с хождением по деревьям — показуха для слабаков, но принцип можно использовать для чего-то более достойного, чем просто лазание по стволам».
Какаши посмотрел на них сверху вниз; его голос был спокоен и методичен.
— Принцип прост. Концентрация чакры в ступнях. Ваша задача — повторить.
Он спрыгнул с дерева, приземлившись перед ними без единого звука, и метнул три куная; они с глухим стуком вонзились в стволы деревьев на высоте десяти метров.
— Ваша первая цель — дойти до куная и забрать его. Без рук. Кто не справится до обеда — останется без бенто.
— ЧТО?! БЕЗ БЕНТО?! — взревел Наруто, для которого эта угроза была страшнее любой другой.
Сакура лишь решительно сжала кулаки; она не собиралась позориться. Саске проигнорировал это, считая еду досадной необходимостью, отвлекающей от тренировок.
— Разбегайтесь, берите по дереву и начинайте, — скомандовал Какаши, отходя на несколько шагов и прислоняясь к другому стволу. Его единственный видимый глаз, теперь серьёзный и внимательный, молча наблюдал за ними.
— И не ждите от меня подсказок, — добавил Джон, и в его голосе не было ни капли тепла. — Вы шиноби. Думайте. Или оставайтесь голодными. Время пошло.
Троица генинов немедленно бросилась к своим деревьям. Наруто, взревев, рванул вверх по стволу и тут же был отброшен назад взрывной силой; Саске, более методичный, сделал пять шагов, прежде чем кора под его ногой треснула от избытка силы; а Сакура, самая осторожная, дошла почти до середины, прежде чем крикнуть мальчишкам о своём превосходстве и тут же, потеряв концентрацию, съехать вниз.
Джон кивнул; они были заняты надолго.
«Ученики тренируются. Значит, и учителю пора».
Он отошел в сторону, на небольшую поляну, где его не было видно, но он все еще слышал ругань Наруто.
«Система заблокировала все шаблоны. Остался только я, инвентарь и лепестки сакуры».
Джон воззвал к своей единственной способности; потоки чакры потекли по его каналам, и в его руке из частиц света материализовалась Сенбонзакура. Он почувствовал не саму катану, а что-то другое, что-то живое; словно он держал в руке не просто меч, а дремлющий дух, отзывающийся на его чакру тихой, едва слышной песней.
Рукоять была обмотана тёмной тесьмой, а гарда имела форму четырёх стилизованных лепестков. Сенбонзакура.
Тысяча вишнёвых лепестков. Глядя на этот меч, Джон понимал, что его красота была обманчива; это была красота хищника, красота бури, застывшей в стали.
Он встал в позу, и в его сознании мгновенно отразилось фехтование Какаши.
Это был не танец Капитана Америки и не акробатика Чёрной Вдовы; это было нечто иное, экономичное, безжалостное. Каждый удар был рассчитан на убийство, каждый блок — на создание контратаки. Это был стиль человека, который вырос на войне.
«Это тело помнит, — подумал он. — Посмотрим, насколько хорошо».
Следуя инстинктам тела, он начал свою тренировку. Первый взмах. Воздух рассекся с тихим свистом. Затем смена стойки, блок, выпад; движения были плавными, ни одного лишнего шага. Джон полностью погрузился в процесс, синхронизируя свой разум с рефлексами Какаши. На фоне этой тихой, смертоносной практики раздавались крики Наруто:
— ДАТТЕБАЙО! ПОЧЕМУ ОНО МЕНЯ СКИДЫВАЕТ?!
Джон не обращал на них внимания; он чувствовал, как разрыв между его разумом и чужим телом исчезает. С каждым взмахом, с каждым шагом, рефлексы Какаши становились его собственными. Маска ленивого джонина, которую он носил снаружи, и маска актёра, которую он носил внутри, приблизились, пытаясь слиться в одно целое.
Прошел час; поляна была вся изрыта следами от ног Наруто и покрыта трещинами у дерева Саске.
Она наблюдала за ними несколько минут, анализируя; Наруто вкладывал слишком много чакры — его отбрасывало, Саске — слишком много физической силы — он ломал кору.
«Значит, — поняла она, — дело не в силе, а в балансе. Как в учебнике. Постоянный, тонкий, равномерный поток».
Она сделала выдох и, следуя теории, а не инстинктам, приложила ногу к стволу… и пошла.
Шаг, два, три… она дошла до куная, вытащила его из коры и села на толстую ветку прямо над ним, и посмотрела вниз на двух своих товарищей, победно ухмыльнувшись.
— А это оказалось проще простого!
На земле Наруто, державшийся за большую красную шишку на голове, радостно окликнул ее:
— Сакура-чан! Какая же ты молодец! Что и ожидалось от девушки моей мечты!
Саске, вытиравший пот с лица, нахмурился.
«Как?.. Раз даже Сакура, самая слабая из нас, справилась, значит, я просто недостаточно стараюсь. Мне нельзя отдыхать».
С этими мыслями он молча, с удвоенным упорством, принялся тренироваться дальше.
Сакура тем временем, удобно устроившись на ветке, принялась рассматривать окружение в поисках Какаши-сенсея.
«Ну и где он?!»
Внутри её сознания маленькая, разъярённая версия её самой с криком «SHANNARO!» уже колотила кулаками землю.
«Мы тут вкалываем, а он, наверняка, опять дрыхнет где-нибудь со своей дурацкой книгой!»
Спрыгнув на землю, она с гордым видом прошла мимо Наруто.
— Саске-кун, я доложу Какаши-сенсею об успехе и спрошу, что делать дальше.
Не дожидаясь ответа, она направилась вглубь леса, ожидая найти его дремлющим у дерева со своей книгой, но вместо этого вышла на залитую утренним солнцем поляну. Утро было прохладным; и лучи света пробивались сквозь кроны деревьев, рисуя на влажной от росы траве длинные тени. В центре поляны стоял он. Какаши-сенсей.
В его руке была катана, простая, без изысков, её лезвие казалось почти чёрным в утреннем свете. Он стоял неподвижно, с закрытыми глазами, словно прислушиваясь к лесу. А затем он начал двигаться.
Это был медленный, плавный, почти гипнотический танец; его ноги скользили по росистой траве, не оставляя следов, а каждый его поворот вторил колыханию ветвей над головой. Его клинок разрезал воздух с мягким шёпотом, оставляя на коре старого дуба идеальный, тончайший срез, словно нанесённый кистью каллиграфа.
Сакура замерла за деревом, боясь дышать. Она пыталась проанализировать его стиль, но не могла; в нём не было известных ей стоек, он был как вода, обтекающая камни. Он сделал выпад, и его тело на мгновение растворилось в тени, чтобы тут же появиться в другом конце поляны; лезвие снова пропело, и с ветки над его головой, срезанный с предельной точностью, упал одинокий сосновый лист.
Сакура смотрела, и её академическое понимание мира шиноби рушилось; она всегда думала, что сила — это громкие техники и взрывы, но то, что она видела сейчас, было тихой силой, рождённой из единства с окружающим миром. И в этот момент Какаши-сенсей, ленивый, вечно опаздывающий извращенец, показался ей самым опасным человеком, которого она когда-либо встречала.
Танец прекратился. Какаши-сенсей замер, всё ещё стоя к ней спиной.
— Достаточно насмотрелась, Сакура? —голос Джона был спокоен. — Или хочешь присоединиться?
***
К обеду Саске и Наруто, измотанные и покрытые синяками, наконец, присоединились к Сакуре. Им удалось забрать свои кунаи, хотя их успехи были куда скромнее, чем у розововолосой куноичи.
Сидя у того самого столба, к которому Какаши когда-то привязал Наруто, трое маленьких гениев из команды №7 жадно уплетали своё заслуженное бенто. Даже угрюмый Саске не остался в стороне — тяжелая тренировка и голод оказались сильнее его образа эмо.
Первым с этим делом справился, разумеется, Наруто. С вылизанной до блеска пустой коробкой в руках он, словно озвучивая общее любопытство, поднял глаза на своего сенсея, который стоял поодаль, прислонившись к дереву:
— Какаши-сенсей! А почему вы не кушаете?
Саске и Сакура тут же замерли. Этот вопрос витал в воздухе с самого первого дня их знакомства. Уже третий день Какаши не снимал свою маску, и обоим было чертовски интересно — что же он скрывает под ней?
«Йа-ха-ха, — Наруто хихикнул про себя, — может, у него губы — лепёшкой?»
«Точно, — Сакура мысленно хлопнула себя по лбу. — Может, у него заячья губа? Или… клыки?»
Саске лишь фыркнул, но тоже внимательно посмотрел на джонина.
«Прятать лицо — это либо признак слабости, либо хитрый тактический ход. Он скрывает эмоции, не даёт читать по губам. Или… под маской может быть что-то, что он использует как оружие. Раздражающе эффективно».
Какаши лишь вздохнул. Он окинул троицу ленивым взглядом и, будто не заметив вопроса, ловко сменил тему.
— Раз уж вы немного освоились с контролем чакры, пора поговорить о том, чем шиноби, собственно, зарабатывают на жизнь. О миссиях.
Он поднял палец.
— Все миссии делятся на ранги, в зависимости от сложности. От D до S.
— Круто! — тут же загорелся Наруто, вскакивая на ноги. — Наша первая миссия будет ранга B? Или A? Мы будем сражаться с плохими парнями?
— Нет, — ровно ответил Какаши. — Ваша команда, как и все команды генинов, начнет с миссий ранга D.
— Ранг D?! — Наруто вытянулся, как пружина, и его улыбка мигом сползла. — Эй, да как так-то, даттебайо! Почему самый низкий уровень?!
— Маа… не надо кричать Наруто, — лениво заметил Какаши. — Да, ваши первые миссии будут самыми обычными: прополка огородов, покраска забора, помощь в магазине, присмотр за соседким ребенком и так далее…
— ЧТО-О-О?! — взревел Наруто. — Но это же не работа для ниндзя! Я не для этого заканчивал Академию! Я хочу настоящих миссий!
— Миссии ранга D, — продолжил Какаши, игнорируя его вопль, — это основа экономики деревни и основа вашей работы в команде. Вы учитесь взаимодействовать, выполнять приказы и доводить дело до конца. К тому же, — его глаз слегка изогнулся, — за них платят.
— Платят? — это слово тут же привлекло внимание Сакуры.
— Да. За миссию ранга D платят от 5 000 до 50 000 рё. Это пойдет в вашу копилку и на нужды команды. Например, на новое снаряжение, — он бросил взгляд на Сакуру. — Или на рамен хоть каждый день, — это уже для Наруто.
Затем его взгляд остановился на Саске.
— А ты Саске… получишь доступ к более сложным миссиям. Миссии ранга «C» и выше не доверяют командам, которые не доказали свою эффективность на «мелочах». Хочешь встретиться с сильными противниками? Докажи, что достоин, прополов грядку.
Мысль о деньгах и более сильных противниках немного охладила пыл Наруто, хотя он все еще выглядел разочарованным.
— А теперь, — Какаши хлопнул в ладоши. — Обед закончен. Возвращайтесь к деревьям. — Он посмотрел на часы. — Тренировка по хождению по воде начнется, как только вы сможете добежать до верхушки и не упасть.
***
С того самого дня, как Саске и Наруто забрались на верхушки деревьев, начался настоящий цикл будней ниндзя — монотонный, утомительный, но дающий фундамент, без которого не стать сильными.
Утро за утром команда №7 собиралась у здания миссий.
Наруто неизменно являлся первым — сонный, но шумный.
Сакура приходила аккуратной, собранной, но уже успевшей мысленно устать от его криков.
Саске стоял в стороне, скрестив руки и демонстративно игнорируя обоих.
Какаши же появлялся последним — слегка взъерошенный, будто только что вылез из постели, с неизменной книжкой в руке.
— А-а-а… доброе утро, — зевнул он, хотя по их лицам прекрасно видел, что «добрым» оно было только у него.
И начинался новый рабочий день.
Прополка огородов, из-за которой у Наруто вечно были комья земли под ногтями.
Уборка мусора, на которой Саске чуть не подпалил кучу хлама, увидев внутри дохлого танаки.
Покраска заборов, где Сакура вышла самой ответственной и единственной, кто действительно красил, а не устраивал гонки на ведрах.
Помощь в продуктовом, таскание ящиков, сопровождение бабушки до рынка.
Однообразие казалось бесконечным.
И всё же… что-то крепло в них день ото дня.
Выносливость. Терпение. Командность — пусть ещё и хрупкая.
Но вечером всё менялось.
После сдачи отчёта они неизменно шли в сторону реки.
Там начиналась настоящая часть дня — та, ради которой стоило терпеть краски и огороды.
Хождение по воде.
— Тсс… всего-то! — самоуверенно заявил Наруто… и мгновенно ушёл под воду с громким «Бульк!».
Саске лишь покачал головой, а Какаши где-то на берегу для вида лениво листал книгу, но на деле неотрывно следил за их практикой.
Следующие дни слились в череду всплесков, падений и всё более уверенных шагов по поверхности.
Чакра слушалась. Баланс держался.
С каждым утром команда 7 становилась немного сильнее.
А когда солнце заходило, троица возвращалась в свои дома — усталая, грязная, но с тем самым чувством, которое и делает ниндзя сильнее: чувством, что завтра они станут лучше, чем вчера.
На этот вечер Какаши закрыл свою книгу чуть раньше обычного. Он сидел на берегу, лениво наблюдая, как троица возится на реке. Наруто отчаянно балансировал; Сакура спокойно гуляла по поверхности; Саске же стоял чуть в стороне, уверенно, но время от времени хмуро поглядывал на Наруто, когда тот очередной раз падал. Он уже собирался сделать шаг, чтобы помочь, когда раздался тихий голос Джона.
— Не вмешивайся, Саске. Слабые должны учиться сами. Или утонуть.
Слова были спокойными, почти жестокими. Саске замер, его кулаки сжались; он посмотрел на барахтающегося Наруто, потом в сторону сенсея. И, проигнорировав приказ, молча шагнул и подал Наруто руку.
Наруто моргнул, ошарашенный, потом усмехнулся:
— Хе, спасибо, Саске-тэмэ. Не ожидал.
— Не обольщайся, — буркнул тот, отводя взгляд. — Просто надоело слушать, как ты захлёбываешься.
Сакура, наблюдавшая за этим, прыснула со смеху, не выдержав.
…И вдруг — впервые за эти дни — троица засмеялась вместе; громкий смех Наруто, сдержанное хмыканье Саске и звонкий смех Сакуры.
Какаши опустил книгу, и уголки его глаз мягко дрогнули. Ветер тронул листву, и в шелесте деревьев, в отблесках заходящего солнца на воде, ему на мгновение привиделись другие лица. Другая команда. Образы, запертые глубоко в памяти этого тела, на секунду ожили, отозвавшись на знакомую сцену — трое детей, смеющихся у реки. Минато. Обито. Рин.
Те же искры в глазах. Та же глупая, упрямая вера в будущее.
Джон почувствовал укол чужой, почти забытой теплоты, смешанной с горечью.
Он снова поднял книгу, скрывая свой взгляд. Спустя несколько секунд, он закрыл её, сунул руки в карманы и тихо прошептал в воздух, обращаясь не столько к ним, сколько к теням прошлого, которые видел только он:
— Пожалуй, из вас выйдет толк… Постарайтесь закончить лучше, чем мы.
На следующий день
Наруто стоял на воде, широко раскинув руки, словно пытаясь удержать равновесие. Поверхность под ногами дрожала от неустойчивого потока чакры, но… не рушилась.
Сакура, сложив руки на груди, улыбнулась:
— Вот видишь, если контролировать дыхание — чакра распределяется ровнее.
Наруто сиял как фонарь:
— Ха! Получилось! Я стою! Смотрите, я… Шлёп!
— …плаваю.
Саске, стоявший неподалёку, едва заметно фыркнул и подал ему руку:
— Вставай уже, пока не утонул в собственных понтах.
Наруто схватился, поднялся, выдохнул и попробовал снова. И на этот раз удержался. Шаг. Второй. Он действительно шёл по воде.
Джон закрыл книгу «Ича-Ича» и довольно кивнул:
— Ну что ж… неплохо, неплохо. Вижу, прогресс есть.
Он сунул руки в карманы и добавил:
— Думаю, такой успех стоит отпраздновать. Пошли, я угощаю.
На пути к заведению ночная Коноха встречала их мягким светом. Луна серебрила крыши, шелест листвы перекликался с приглушённым гулом улиц. Фонари отбрасывали тёплые золотистые блики на каменную мостовую. Прохладный воздух нес запах древесного дыма и свежих лепёшек из уличных лавок. По дорогам прогуливались шиноби в повязках, семьи с детьми, смеялись торговцы — деревня жила тихим, мирным вечером.
Барбекю-ресторан Yakiniku Q сиял, как уютный остров среди ночи. Шум, смех, звон посуды, аппетитный запах жареного мяса — всё перемешалось в один живой поток. Возле каждого столика жаровня, искры, дым, довольные лица.
Джон почесал затылок и повернулся к ученикам:
— Нуу… постарайтесь не взорвать заведение, ладно?
Но не успели они войти, как кто-то окликнул:
— Эй, Какаши!
Все кроме Джона обернулись, он немного запоздал.
К ним направлялись трое знакомых: Шикамару, Чоуджи и Ино. Позади, с сигарой в зубах и ленивой улыбкой, шёл их сенсей — Асума Сарутоби.
— Йо, Асума, — спокойно поздоровался Джон привыкая к имени, ведь кроме своих учеников генинов, ни с кем другим он за все это время не общался, можно сказать.
— Как дела, старик, — кивнул тот. — Давненько не виделись. Ученики держатся бодро?
— Более-менее, — ответил Какаши, глядя на Наруто, который уже пытался проскользнуть к жаровне первым, но Чоуджи его определил.
Ученики тем временем переглянулись. Ино, завидев Саске, вспыхнула и радостно вскрикнула:
— Саске-кун!
Но её тут же перехватила Сакура, преградив дорогу:
— Держись подальше от моего Саске-куна, Ино-свинина!
— О, — протянула Ино, смерив соперницу взглядом. — Не вижу никого… только доску для объявлений перед глазами.
Обе нависли друг над другом, лбы соприкоснулись.
— Свинина!
— Доска!
— Перекрашенная свинина!
— Завистливая доска!
Наруто и Саске стояли рядом, в полном ступоре.
— Эм… может, нам уйти? — тихо пробормотал Наруто.
— Поздно, — вздохнул Саске. — Они уже вошли в раж.
Тем временем Джон с профессионализмом Какаши прошёл мимо них с идеальной невозмутимостью, словно всё происходящее — фон к его внутреннему спокойствию. Асума последовал за ним, кивая официантке.
— Как жизнь наставника? — спросил он, наливая чай.
— Как всегда, — усмехнулся тот. — Ленивая команда, но с потенциалом. Шикамару всё тянет время, Ино — громче всех, а Чоуджи… ну, сам видишь.
Чоуджи тем временем с сияющими глазами переворачивал мясо, ловко подхватывая каждый кусочек.
— О, готово! — объявил он и мгновенно закинул его в рот. — Ммм… идеальная прожарка!
Шикамару лениво махнул рукой Наруто:
— Эй, садитесь уже, пока всё не съели.
Наруто и Саске наконец очнулись от шока и присели рядом с Какаши. Воздух наполнился запахом жареного мяса, смехом и лёгкими разговорами.
Два наставника — Какаши и Асума — обсуждали миссии, обменивались наблюдениями. Кто-то вспоминал очередную глупость Наруто, кто-то — хитрость Шикамару.
Ночь текла спокойно. За окнами мерцали фонари, а внутри, за столом, рождалось то, что позже будет называться настоящей командной дружбой.
Поздняя ночь уже укутала Коноху мягкой темнотой. Толпа в барбекю-ресторане редела, столы пустели. Снаружи тихо шелестели листья, прохладный ветер приносил свежий воздух смешивавшийся с запахи дыма и жареного мяса.
Наруто, Сакура и Саске ушли первыми — шумные, довольные, переговариваясь и споря, кто заплатил за лишнюю порцию. Шикамару и остальные последовали за ними.
— Какаши-сенсей сказал, что угощает! — крикнул Наруто уже за дверью.
— Он сказал, что «пошли, я угощаю», а не «я плачу за всё, что ты съешь», идиот! — парировала Сакура.
— Хватит орать, я заплачу, — устало буркнул Саске.
Какаши с Асумой остались за столом. Оба сидели молча, глядя на все еще жаркие угли в жаровне. В зале стало тихо, только треск дыма да редкие шаги официантов.
Асума выдохнул облачко дыма, отнял сигару и чуть усмехнулся:
— Забавно, правда? Глядишь на них — и будто снова двадцать лет.
— Что ж… — протянул Какаши. — Иногда я думаю, что и правда попал в прошлое. Только вместо Обито теперь у меня Наруто.
— А вместо Рин — Сакура? — усмехнулся Асума.
— И Саске, который смотрит на всех так, словно уже знает всё лучше нас, — добавил Какаши, и в его голосе прозвучала нотка самоиронии. Асума понимающе хмыкнул; он помнил другого гения с таким же взглядом.
— Всё-таки странное чувство, — сказал он. — Видеть, как они растут. Ошибаются, спорят… но не сдаются.
— Это и есть смысл, — кивнул Асума. — Передать дальше. Чтобы те, кто после нас, не только дрались — но и понимали, зачем.
Он снова поднёс сигару к губам, затянулся, и сквозь дым посмотрел на Какаши:
— Твои ребята хорошие. Особенно этот блондин.
— Наруто? Да, в нём есть что-то… знакомое.
— Надежда, — ответил Асума.
Джон на мгновение замолчал.
«Наивность», — подумал он про себя. Но затем он посмотрел на догорающие угли и кивнул.
— Да. Пожалуй, ты прав. Надежда.
Наступила тишина в которой они просидели несколько секунд слушая, как ветер за окном перебирает ветви. Луна скользила по стеклу, освещая полустёртый символ Конохи на повязке Асумы.
Какаши поднялся, сунул руки в карманы и усмехнулся:
— Ммм… пока они верят — нам остаётся просто следить, чтобы не натворили глупостей.
Асума хмыкнул:
— Не надейся. Это же Коноха. Глупости — её фирменный стиль.
Оба рассмеялись. Джон кивнул, поправил повязку и направился к выходу. На мгновение, проходя мимо окна, он взглянул на небо — на ту же луну, под которой когда-то стояла старая команда Какаши.
— Минато-сенсей, — тихо прошептал Джон, сливаясь с чувствами этого тела. — Кажется, твой сын делает всё по-своему… но правильно.
Парень вышел на прохладную ночную улицу. Он пришёл в этот мир, чтобы выполнить задание Системы. Но, глядя на этих детей, на эту деревню… он вдруг понял, что, возможно, нашёл здесь нечто большее. Не просто миссию, а… причину.