Алый Зверь: Достижение Ярости - Глава 48.
Глава 48 — Прибытие подмоги.
На самом деле причина, по которой Хаку попросила налепить печать именно меня достаточно проста — между нами за последние сутки было уже предостаточно всевозможных смущающих ситуаций, из-за чего девушка, в какой-то мере, успела ко мне привыкнуть. А вот Какаши — человек новый и смущаться ещё и перед ним она точно не хотела…
Вот только, я понятия не имею каким образом объяснять это моему одноглазому сенсею! Нет, конечно, можно всё вот так прямо и сказать, но, боюсь, его реакция на «было уже предостаточно всевозможных смущающих ситуаций» будет как бы не более выразительной, чем на то, что уже случилось… Сейчас хотя бы есть простор для безобидного толкования.
Потому, Какаши, пусть и посверлив меня взглядом, таки принялся объяснять как заставить печать работать. Ничего особо сложного, пусть и заметно муторнее, чем простая как лом Кибаку-Фуда. Однако, с моим нынешним контролем чакры — раз плюнуть.
После объяснений сенсей таки покинул чердак, оставив нас с Хаку «наедине» (кавычки из-за того, что тут ещё был клон).
— Оригинал, а можно я? — с каким-то… неадекватным взглядом подался в мою сторону клон.
— …Чо? — нахмурился я, глядя на своего двойника.
— Можно мне прикрепить печать?
— …
— …
— А может ты просто мирно и безобидно вобьёшь себе в грудак расенган?
С каждым прошедшим часом я всё больше и больше убеждаюсь в том, что мои клоны странные!!!
— Чего? Нет! Я не позволю всем этим воспоминаниям кануть в забвение! — аж отшатнулась моя копия. — Не переходи черту, Оригинал! Есть в мире вещи на которые нельзя покушаться!
Я сказал «странные»? Они, блять, абсолютно ёбнутые! Дефектные!!!
— Всё ради прекрасного!!! — раскинул в руки стороны клон после чего… развеялся!
Сука!
По мозгам тут же ударила концентрированная волна чужих воспоминанй, длинной не меньше десяти часов.
Наблюдение за спящей девушкой, момент её пробуждения, бег в деревню за всякими «удобствами», помощь в переодевании…
Я почувствовал, как моё лицо стремительно наливается краской даже не смотря на то, что мозги всё ещё гудели от избыточного количества информации.
— Курода-сан, с вам всё нормально? — тут же обеспокоилась лежащая неподалёку Хаку.
— Можешь звать меня просто Рёдзи, — сказал я…
И только спустя пару секунд понял что именно я ляпнул!
Девушка тут же покраснела до кончиков ушей, а я с трудом сдержал желание шлёпнуть себе ладонью по лицу. Ебучие теневые клоны!
Это те, с кем я долго общаюсь, уже привыкли к моей «некультурности» и прямолинейности, из-за которой я в лёгкую отбрасываю любой официоз, начиная называть людей по имени. Хаку, думаю, тоже уже что-то такое прочувствовала, но едва-едва, ибо своей фамилии она не называла, а применять всяческие суффиксы по отношению к пленникам — странно… Но вот когда я попросил её называть себя просто по имени…
Чтоб вы понимали — в оригинальной японии даже супруги, прожившие бок о бок лет десять, могут продолжать применять всяческие «-саны», «-куны» и «-тяны»! Чёрт, да большинство по фамилии друг к другу обращается! Во вселенной Наруто, слава богу, всё в не настолько терминальной стадии, но где-то половинка подобного отношения имеется… То есть, просьба обращаться к тебе по имени напрямую намекает, что человек предлагает тебе перейти на более близкий уровень отношений!
Можно взять очевидный пример — если в какой-то момент Какаши позволит обращаться к нему просто по имени, без всяких «-сенсей», то из отношений ученик-учитель мы перейдём к шиноби-шиноби. То есть, в таком случае, он признает, что я стал равен ему.
Выглядит достаточно безобидно, да?
Но это только в случае брутальной мужской дружбы! А вот в отношениях парень-девушка… Это, блять, переворачивает всё с ног на голову!
…
Ладно, ещё есть шанс отыграться. Слова то назад уже не заберёшь, но вот сыграть неотёсанного варвара — самое оно.
— Все эти «-куны», «-саны» и прочее, честно говоря, мне дико не нравятся, — продолжил я, стараясь придать своему лицу максимально добродушное выражение. — Какой смысл то? Да и вообще, не вижу прикола так вежливо относиться к своему врагу.
— Врагу… Но я уже не считаю тебя врагом…
Кх…
Я чуть было не согнулся пополам от настолько смертельного выстрела в сердце.
Красное лицо, смущённый взгляд, тихий нежный голос… и слова…
Какого хера?! Ладно, бог с ним, я словил влюблённость, но она то куда?! Я ведь пытался срубить башку её обожаемому господину!
Или это… стокгольмский синдром?
— Нет, я имею ввиду…! — тут же вскинулась девушка, видимо осознав что именно сказала, и как можно понять её слова. При этом, покраснела ещё сильнее, хотя, казалось, дальше уже невозможно… — Имею ввиду… Всё ведь уже закончилось! Мы пойманы и больше не можем вам противостоять… Наше попадание в Коноху — вопрос времени… А там, либо нас убьют, либо мы станем частью селения. Я бы предпочла второй вариант.
С каждым сказанным словом, она успокаивалась всё сильнее, а я, неожиданно, осознал простую истину…
Хаку и правда не испытывает к нам ненависти за поражение.
Подобный фатализм к собственной судьбе казался в равной степени странным и притягательным, и, видимо… Это тоже одна из причин, почему у меня в голове сместились шестерёнки, выстроившись в портрет Хаку, а армии тараканов начали дружно скандировать её имя.
Конечно, я сильно сомневаюсь, что она бы показывала такое же отношение, если бы мы убили Забузу, но… Сейчас то он жив. Более того, мой клон, в разговоре, честно признал методы, что он использует для удержания нукенина и пусть девушка немного обеспокоилась, но приняла… Тем более, что, по факту, физически Забузе ничего не угрожает, а психически… Кто же ему виноват, что он такой гордый? Обычный человек на его месте уже спустя минут двадцать бы забил на болтовню клона, а через час она бы вообще превратилась в фоновый шум.
Судя по всему Момочи изначально обладал какого-то рода отклонениями и заскоками, проявляющимися в формате: «Я не имею права быть слабым», так что… Это даже не издевательства были! Это была психологическая помощь! Я просто помогалему осознать наличие проблемы! Любой психолог содрёт за такое три шкуры, а я всё бесплатно! Просто из любви к ближнему!
— Я бы тоже, — вздохнул я, поддерживая последние слова Хаку.
И тут уже без всякого самообмана. Честно говоря, мне бы не очень хотелось, чтобы её вот так вот просто «выкинули».
— Ладно, — встряхнулся я. — Давай уже налепим эту бумажку.
— Хорошо… Только… Отвернись пожалуйста, — слегка отвернула лицо в сторону Хаку.
Я молча повернулся к девушке спиной, совершенно не беспокоясь о возможном нападении. Даже в отрыве от хрен пойми откуда взявшегося доверия… Хаку всё ещё слишком слаба. Да, теперь, она в состоянии передвигаться самостоятельно, но в данный момент её сможет скрутить даже Тазуна. Мне тупо нечего бояться.
Кстати, походу нашего общения и всяческой помощи, мне удалось сделать несколько любопытных наблюдений… Тело Хаку — слабое. Вернее нет, не так… По сравнению с обычным человеком она тот ещё монстр, но даже в сравнении с тем же Наруто — вообще не тянет. Однако… Её фишка в другом.
** ** **
Сила — Средний
Скорость — Гениальный
Выносливость — Средний
Дзюцу — Чудовищный
Ум — Гениальный
Дух — Гениальный
** ** **
Как-то так. К слову, у Забузы тоже симпатичные статусы — почти тоже самое, только у него ум «средний», а сила и выносливость на «гениальных» уровнях. Ну и, разумеется, ни одного «чудовищного» статуса. Дзюцу у него — «гениальный».
Опять же, казалось бы, как такое возможно, что имея далеко не самое сильное тело, Хаку обладает таким талантом в скорости? Всё просто. По моим предположениям, «Скорость» отвечает не только за движения, но и за реакцию и рефлексы, а эти параметры у нашей пленницы пробивают все возможные потолки.
Скорость же движений она обеспечивает за счёт своего кекей генкая.
— Я всё… — тихо откликнулась Хаку, когда шелест одежды за моей спиной прекратился.
Обернувшись, я, непроизвольно, замер на несколько секунд.
Хаку сейчас всё также сидела на футоне, спиной ко мне, и… Спущенная до пояса рубашка, висящая на сгибах локтей, открывала вид на тонкую, хрупкую спину. Фарфорово-бледная кожа, сейчас слегка розовая от смущения, аккуратные лопатки, напряжённые из-за того же… Ни один из снарядов Саске на попал девушке в спину, отчего с этой стороны не было никаких цепляющих взгляд «нюансов», отчего вид был ещё более… совершенный.
Всё вместе — невероятная, почти неестественная хрупкость, контрастирующая с той чудовищной мощью что скрывалось внутри, — создавало невероятный образ. Словно тончайший фарфоровый сосуд, внутри которого бушует ледяная буря.
Я буквально ощутил, как мой мозг на секунду отключился, словно завороженный.
— Курода-са… Рёдзи? — её голос, тихий, немного неуверенный, вывел меня из ступора, чтобы вновь загнать обратно.
Она и правда начала называть меня по имени!
Следом за этим, Хаку слегка обернулась через плечо, и… уж не знаю что такого было в этом движении, но это однозначно заставило моё горло нелепо сжаться.
— Да, — выдавил я, заставляя себя двигаться. Голос прозвучал… чуть хриплее, чем я планировал. — Всё в порядке. Просто… Оцениваю фронт работы, да, — спешно добавил я, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания.
Чёртовы клоны! Всё точно из-за них!!!
Я присел на корточки позади неё, стараясь сосредоточиться на отдельном участке кожи между лопаток — идеальное место для подавляющей печати, — но периферическое зрение упрямо фиксировало линию её плеч, изгиб шеи, рассыпавшиеся по спине пряди тёмных волос…
Кажется, теперь я понимаю откуда у японцев такой фетиш на шеи.
— Может, немного больно будет, — предупредил я, беря себя в руки и собирая капли чакры в кончиках пальцев. — Потерпи.
— Я привыкла, — тихо ответила она, и в этих двух словах было столько всего… тут же захотелось обнять, пожалеть, а ещё… шлёпнуть себя по лицу!!! Блять, надо менять тему!!!
— Ну, знаешь, привычка — странная штука, — начал я, прикладывая пальцы к её коже. Несмотря на бледность и хрупкость, она была тёплой, приятной на ощупь. — Вот, например, у меня была привычка драться топорами. Потом начал привыкать к этому здоровенному тесаку Забузы. А теперь, гляди-ка, приходится привыкать к тому, что надо аккуратно бумажки на спины клеить. Прогресс, блин!
Я чувствовал, как под моими пальцами её мышцы слегка напряглись — то ли от самой процедуры, то ли от моего бессвязного бормотания. Чакра потекла с кончиков пальцев, формируя сложный узор — почти точное отражение того, что начертан на печати подавления. Моя энергетическая поделка должна вплестись в структуру её кейракукей и закрепиться там до тех пор, пока не будет прилеплена печать — собственно, потому, в боевой обстановке эта штука и неприменима. Даже обычный ток чакры внутри тела Шиноби в лёгкую смоет внедряемую энергетическую конструкцию и тогда ничего работать не будет. То есть, пленник должен сознательно обрубить ток чакры в нужной области.
— Ты… всегда так много говоришь, когда нервничаешь? — неожиданно спросила Хаку, отчего я чуть не запорол весь рисунок печати.
— Я? Нервничаю? — фыркнул я. Слишком уж бодро фыркнул… — Да я в таких ситуациях как рыба в воде! Сиди себе, лепи печати на спины красивым девушкам… Э-э-э… то есть, пленникам. Имею в виду, профессиональным противникам с высоким уровнем угрозы.
Наступила пауза, наполненная лишь тихим шуршанием текущей чакры. Я чувствах, как мои уши начинают медленно, но верно наливаться жаром.
— А я… красивая? — вопрос Хаку прозвучал так тихо, что, сначала, я подумал, что мне показалось.
Я закончил последний завиток печати, и символ вспыхнул мягким голубоватым светом, прежде чем раствориться, впитавшись в кожу. Следом за этим, ровно на то же место, я положил небольшой, размером с ладонь, изрисованный лист бумаги, что тут же прикрепился сам по себе… Но я так и не убрал руку, застыв на месте. Мой мозг лихорадочно соображал, как бы выбраться из этой ситуации.
— Хаку, — сказал я наконец, убирая руку и отводя взгляд в сторону, пока она начала надевать рубашку обратно. В этот раз без бинтов… — Если бы я ответил «нет», то был бы вруном… Либо слепым идиотом. А если отвечу «да»… Это прозвучит как… ну, ты понимаешь. Так что давай остановимся на том, что твой учитель — психопат с нулевым эстетическим вкусом, а мир в целом — несправедливое и очень глупое место.
Она повернулась ко мне, уже одетая, а на лице у неё играла тень улыбки — немного грустной, но искренней.
— Это самый запутанный комплимент, который я когда-либо слышала, Рёдзи… Правда, не то чтобы я слышала их слишком много.
— Зато честный, — вздохнул я, поднимаясь. — А по второму — без комментариев. Я не могу единолично отвечать за тупость и слепоту всего человечества… Всё, печать стоит. Попробуй собрать чакру в ладони. Может быть неприятно…
Хаку послушно попробовала, и её лицо слегка дёрнулось от боли. Да, печать работает.
— Отлично, — констатировал я, чувствуя странную смесь удовлетворения и какой-то гадливой тяжести на душе. — Теперь ты официально безопасна. Ну, кроме случаев, когда ты решишь задушить меня взглядом. С этим, боюсь, я ничего поделать не могу… Но, на всякий случай, я всё равно оставлю клона-наблюдателя — сама понимаешь. Да и тебе так веселее будет.
— Хорошо, — тепло улыбнулась Хаку.
Я быстро сложил несколько печатей, призывая двойника, после чего, без лишних слов, двинулся к выходу. Мне нужно прийти в себя… Желательно где-нибудь в тихом углу, побившись головой о стену.
Ну так… для ясности мысли.
***
Так и отправился Рёдзи выбивать из себя «лишние мысли» с чётким намерением успешно пережить и перебороть нежданно овладевшую его мыслями любовную лихорадку, но… То ли из-за своих эмоций, то ли из-за врождённой неосторожности и непоследовательности, он совершенно забыл о том, что вновь совершил ошибку, о которой не так давно мысленно стенал.
Он снова оставил с Хаку своего клона.
***
Так прошёл день. За ним ночь, а следом и ещё один день.
Получивший «освобождение» Забуза, отоспавшись, начал стремительно возвращать себе здоровье и былую бодрость. А так же перестал походить на Зомби-Психа… Правда, только в те моменты, когда рядом с ним не мелькал один примечательный силуэт с волосами огненного цвета.
Это о Рёдзи, если что.
Что касаемо Хаку, то тут всё было несоизмеримо проще, но, при этом, стократ сложнее… Ещё два раза парень развеивал своего клона, чертыхался, а после вновь наступал на те же грабли, отчего, в последний вечер, охраной девушки занимался уже он лично… По очень непонятной причине. Пытаясь нивелировать опасность, исходящую от клонов, он, считай, самолично кинулся в огонь. И без того странные отношения стали становиться всё страннее и страннее, тем не менее, вплотную приближаясь к совсем не странному итогу.
Что самое забавное, Наруто и Какаши, будучи теми ещё деревянными столбами в вопросах отношений и романтики, умудрились пропустить сей факт мимо своего сознания. В отличие от Цунами, которая, пусть и контактировала с пленницей по минимуму, всё же, после установки печати, вызвалась помочь с перевязкой и попутно немного разболтала излишне мягкую девушку.
После чего ещё долго ходила по дому со звёздочками в глазах, постоянно бросая на Куроду странные взгляды, которые все замечали, но как-то расшифровать не смогли.
Случился и обещанный разговор с Какаши по поводу «методов сдерживания» Рёдзи. После долгого, одухотворённого монолога, пепельноволосый джонин решил, что проще забить и простить, чем пытаться как-то повлиять.
Он уже давно заметил, что Рёдзи в пределах селения, и Рёдзи на миссии — словно два разных человека.
В Конохе, парень, скованный ограничениями своего статуса и постоянно измотанный тренировками, был куда серьёзней и будто бы взрослее, а сейчас, имея в обязанностях лишь наблюдение за пленниками и «вахту», он, наконец, стал походить на ребёнка… Странного ребёнка. Очень-очень странного ребёнка.
Впрочем, Хатаке таким было не удивить — серому, скучному человеку, не имеющему за спиной ни характера, ни идеологии, никогда не достичь чего-то значимого. В этом вопросе, ему очень «повезло» с командой, ибо ни одного из его учеников нельзя упрекнуть в отсутствии любого из двух названных качеств.
К слову о Какаши — к утру четвёртого дня, на сутки раньше, чем предполагал, он окончательно вернулся в форму. И даже больше! Случившееся сражение будто бы открыло давно скрытые за слоем лени и апатии резервы, высвобождая немалую часть потенциала, что до последних пор джонином реализовывался постольку-поскольку.
И, опять же, утром четвёртого дня, произошло ещё одно весьма давно ожидаемое событие…
* * *
— Стройка идёт года.
Гато карманы набивает.
А мост? Всё нет его.
— Ты опять сочиняешь хокку? — покосился на меня, сидящий неподалёку клон Наруто, на что я просто пожал плечами.
А что ещё поделать? Скучно!
Всё же, не стоит забывать, что наше задание заключалось не в охране дома Тазуны, а его самого. И эту самую охрану мы должны предоставлять вплоть до окончания стройки… Что долго! Я уже размышлял над тем, чтобы запрячь Узумаки, вместе с его армией клонов, в процесс, но… Боюсь, это, скорее, всё замедлит чем как-то ускорит.
Всё же, руки у него, конечно, золотые… жаль, что не из того места растут.
А вот тройка моих клонов, со всеми силами Шиноби, помогала мужикам куда как результативнее. Всё же, напомню, в своей прошлой жизни я успел много где поработать и восстановление опор моста было в списке. Конечно — далеко не всеобъемлющий опыт, но, по крайней мере, я знал что стоит делать, а что нет, чтобы ничего не испортить.
По прогнозам Тазуны, с моими клонами, строительство будет завершено в течении семи-восьми дней. Без них же, всё грозилось растянуться на две недели! В таком контексте выполнение миссий сложности «C» уже не казалось таким выгодным. Считай, почти месяц в поле! За этот же месяц, если сильно постараться, можно завершить заданий двадцать-двадцать пять, что, по суммарной выручке, даст плюс-минус столько же, если не больше!
Радовал меня лишь тот факт, что, по заверениям Какаши, миссия должна перерасти в полноценный «В», а то и «А» ранг. Даже если не будет соответствующей доплаты (в чём я сомневаюсь. Думаю, старик Хирузен основательно стрясёт с даймё этой страны. Даже если денег нет в данный момент, всегда можно будет поставить на счётчик), сама отметка в личном деле — уже немало. По крайней мере, думаю, с такими вводными получить звание чунина — легче лёгкого.
И тут, сидящий рядом со мной клон Наруто, вдруг, резко встрепенулся.
— Саске вернулся! — воскликнул он в ответ на мой вопросительный взгляд.
— Опа, — радостно и облегчённо улыбнулся я.
Отсутствие нападений в последние дни одновременно успокаивало и настораживало. Почему-то, мне с трудом верилось, что Гато решил забить на свои планы по срыву строительства, а значит, вероятнее всего, подобная задержка вызвана тем фактом, что он ищет подходящего момента.
И тут варианта всего три:
Он никого не нашёл и всё ещё ищет.
Он кого-то нашёл и теперь договаривается.
Он с кем-то договорился, но наёмник ещё не успел прибыть.
Разумеется, последние два варианта самые проблематичные, ибо за ними следует почти закономерное нападение. Тем более, что, как по мне, Гато досконально известно на какой стадии строительства находится мост. Мы с Какаши пару раз замечали и устраняли его наблюдателей — он, за счёт опыта и личной силы, я — за счёт развивающихся будто на дрожжах инстинктов.
Однако, порой, наблюдатели умудрялись скрыться до того, как мы их заметили, либо же, что вполне допускаю, мы просто проморгали часть. Вполне вероятно, что даже среди строителей моста есть парочка его людей, что отсылают доклады (я бы на месте кого-то столь богатого и влиятельного как Гато непременно бы кого-нибудь подкупил), но их обнаружить куда сложнее.
— Один? — тут же повернулся я к Узумаки.
— Нет! С ним команды Чоджи и Хинаты-тян.
Значит, Асума и Куренай? Неплохо… Эти двое достаточно сильны, чтобы, случись что, оказать нам достаточную поддержку.
Впрочем, несмотря на всё моё нетерпение, встретился я с пришедшей подмогой лишь к вечеру — нужно было ждать конца рабочего дня.
— Малец! — хмыкнул с зажатой в зубах сигаретой Сарутоби.
— Асума! — хмыкнул ему в ответ я, подходя и протягивая руку.
— Теперь уже «Асума-сан», малец, — хмыкнул он, пожимая мою ладонь. — Привилегии школьника закончились, ты теперь генин.
— Хрена с два, — вздёрнул я подбородок. — Вот когда женишься на своей очаровательной спутнице, тогда и заслужишь должное уважение.
От моих слов, стоящая неподалёку Куренай слегка заалела.
— Кстати, рад с вами познакомиться, — тут же повернулся я к очень даже симпатичной женщине. Особенно её глаза — просто что-то с чем-то. Курапика из Хантера бы оценил! — Асума много о вас рассказывал, Куренай-сан.
— И мне приятно, Курода-кун, — улыбнулась она, быстро справившись со смущением. — Я тоже многое о тебе слышала.
— Надеюсь только хорошее? — ухмыльнулся я.
— Мечтай! — тут же прилетело мне по макушке пудовым кулаком Асумы. — Что хорошего можно сказать о таком мелком засранце?
— Ну, например… — покосился я на мужчину, поправляя волосы. — О моём уме, таланте, силе, красоте… — принялся я загибать пальцы, пока, в какой-то момент, отогнутым не остался лишь один на обеих руках. — …И, разумеется, затмевающей все прочие мои выдающиеся черты скромности… — сложился и последний в кулак.
— Вот если бы хоть один из перечисленных пунктов ещё соответствовал реальности, то это одно дело, а так…
— …
— …
— Пф, — хмыкнул я. — Рад тебя тут видеть, Асума.
— Всегда рад помочь беспомощному сопляку, — козырнул мне мужчина.
— Ну не надо быть таким строгим к Какаши. Он же обидится.
— … — мрачно зыркнул в мою сторону названный джонин.
— БВА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Какаши, он тебя сделал! — тут же зашёлся громкоголосым хохотом Сарутоби.
Я же радостно улыбался.
Да, с такой командой нам даже один из Акацуки будет по плечу!