— Какая скука… — подбирая теперь не левым, а правым кулаком свой висок, произнёс Король Демонов, не собираясь даже вставать со своего трона.
Он спокойно наблюдал за тем как даже без его личной помощи три проклятья заставляют меня бегать по всему тронному залу, уклоняясь от заклинаний и многочисленных атак. Один против троих, шансы были действительно не равными, однако всё же уравнивались… уравнивались из-за моего нежелания использовать всю силу.
Очень редко я отвечал ударами своего меча, да и то не вкладывал туда всю силу. Как и Энунцию использовал по минимум. Создавая барьеры и иллюзии, я уклонялся и отступал, очевидно тянул время. Мне надо было подождать пока кольцо сомкнётся, после чего уже навалиться на глупца толпой.
Было ли это бесчестно? Нет, это было умно. Потому что если ты пришёл на битву и у вас равные условия, то кто-то из вас или даже вы оба — полные дураки, которые вместо подготовки к сражению занимались ерундой. Я же таким не был и подготовился на полную, дабы равного сражения не получилось.
И вот очередная атака драконьих когтей отбросила меня назад, где меня ждала жуткая змея, готовая меня сожрать. В это же время страх сковал меня вновь, замедляя и не давая более прыгать. Однако в этот же момент внутрь зала начали вваливаться другие бойцы, тесня последних защитников.
Джон появился неожиданно и быстро сориентировался, после чего его губы неслышно двинулись. В одно мгновение Лисса была разорвана на кусочки и вынуждена пересобирать своё тело. Я же спокойно смотрел как атаку продолжает Мисса, в своём драконьем обличии, но на её пути появился Алор, создавший в своей руке щит и подпитываемый Аркацием, который в отличие от Закеиля и Вестгота не учинял проблем.
— ДЕРИСЬ СО МНОЙ ТРУСЛИВЫЙ ПОДОНОК!!! — взревел я, указывая остриём своего меча на Короля Демонов, чья гордыня уступала лишь Принцу Наслаждений.
Но он ничего не ответил, как и всякая попытка к нему подобраться, будь то атака Аримана или попытка демонов подойти к нему — всё заканчивалось провалом. Его защита была слишком высока, хотя продолжать так бесконечно он бы не смог. Это был лишь вопрос времени, когда мы потесним эти три проклятья, а затем задавим его количеством. Ведь нас тут была целая армия, полная талантливых личностей.
— Надо убрать одну из них, я дам возможность, — прямо в мой разум произнёс Джон, после чего в сражении вступил и Ариман.
Уставший, но всё ещё продолжающий борьбу, Ариман серьёзно ограничивал влияние проклятий, давя на них и не давая раскрыться потенциалу в полной мере. Что же касается плана Джона, то он был весьма прост, хоть и подразумевал использования большей части имеющихся ресурсов. Одного я не понимал — откуда к нему такое доверие? Но видно для ответа требовалось проводить чуть больше времени в своём королевстве, чем тот же Джон.
И прежде чем я дал ответ, Джон уже начал действовать. В одно мгновение сама идея была передана Птичке, после чего ретранслировалась уже к тем, кто был необходим для его плана. Вихрем устремились заклинания, вперёд рванули души и демоны, начиная продавливать и отделять проклятья друг от друга. По своей воли или же против собственного желания — все гнались прямо на врага, не давая тому продохнуть.
А затем вихрем в атаку пошла уже сама Птичка, увлекая огромное количество энергии, что словно река протекла в образовавшуюся брешь. Но стоило ей лишь издать клёкот, как энергия остановилась и река словно заледенела, стала расширяться и на мгновение все три проклятья оказались разделены хрусталём. В этот же момент в движение пришёл и сам Джон, готовясь к контратаке врага.
Но прежде свой ход сделал я. Выбрав самую слабую цель, коей было проклятье Лиссы с её отчаянием, я тенью переместился к ней, прямо внутрь клетки, что могла быть разбита за один удар подобными нам. Хотя даже один удар играл большую роль.
Представ предо мной в образе змея, покрытого щупальцами, она попыталась меня атаковать и заставить уйти в оборону. Одновременно же бить и защищаться я не мог, на это был её расчёт. Затем же вновь присоединятся другие проклятья. Однако едва я ещё начал перемещаться, одна из моих многочисленных рук, скрытых от взора простых смертных, вылезла из Плаща Изменений.
Она буквально легла на плечо Вестгота, находящегося в неконтролируемом бешенстве. А затем рванула на себя, утаскивая из битвы с Сиберусом, чтобы бросить впереди меня. Словно разъярённый бык, он мгновенно продолжил атаковать ту цель, которую увидел первой. И им была Лисса, чьё извивающееся тело уже совершало бросок, как у кобры.
С горящими огнём глазами, расплёскивая вокруг себя собственную кровь, Вестгот позволил ей пробить собственную грудь, после чего обрушил свой тяжеленный меч прямо на середину её тела. В следующее мгновение он растворился, став облаком энергии, всё ещё имеющей структуру, но не готовую принять какой-то облик. Он был крайне уязвим, Лисса могла его сожрать.
Однако и сама она получила рану, после чего атаковал уже я, превращая её в такое же облако энергии.
— НЕТ!!! — закричала в безумстве Мисса, уже летящая чёрной стрелой и прорубая барьер, пока замерев в удивлении за происходящим смотрела Нисса, сумевшая отбросить вымотанного Аримана.
Но было поздно, ведь я не собирался давать врагу возможности переродиться. Как и барьер, внутри которого находился я вместе с Лиссой, всё ещё был цел. Джон же встал на пути Миссы, в очередной раз отбросив её Энунцией и попутно лишившись куска своей души из-за отдачи столь могущественной силы. А из тела моего, прямо из глубин плаща, вылезло девять щупалец, что стремительно обвивали и затем разрывали сущность Лиссы, утаскивая затем обратно ко мне.
В какой-то момент обезумевшая Мисса всё же смогла превзойти саму себя, словно бы смерть Лиссы вызывало боль ещё сильную, чем была до этого. В яростной атаки, она даже не стала тратить время на убийство Джона и других врагов, просто разбросав всех и прорвавшись ко мне. Но было поздно, она просто не могла успеть без помощи Короля Демонов.
А тот в свою очередь… он просто поднял правую руку, слегка удивлённый, смотрел за тем как повинуясь его воли остатки души тянутся потоками, соединяются и пытаются принять физическую форму. Лисса была его мечом, но когда показалось, что вот-вот всё образумится и своей силой Король Демон сможет исцелить её раны… она просто окончательно растворилась, слившись с Имматериумом.
В этот момент наступила тишина, более не гремели заклинания, Аримана утащили обратно в физический мир, Джон пытался подняться на ноги, но вложил слишком много сил в Энунцию и сам был при смерти. Мисса просто упала на колени, до сих пор не веря, что подобное может случится. За столько времени… и такая простая смерть… никто раньше не мог их убить и кажется они считали себя бессмертными…
— Почему… — прошептала она, обращаясь к Королю Демонов, а в голосе её явно слышались нотки предательства.
Ведь Король Демонов мог всё изменить и не допустить этого, но даже сейчас продолжал сидеть. Никто не мог сказать, что он испытывал в этот момент. Ведь сила его была настолько огромна, что напоминала собой чёрную дыру, которая не позволяла ничему лишнему показаться наружу.
— Мне жаль тебя, — произнёс я, поворачиваясь к нему и установив зрительный контакт, пытаясь пробиться через его ментальную защиту. — По-настоящему жаль, ведь проходя через испытания я видел твоё прошлое. Это его мне положил в шкатулку Принц Наслаждений. И эти проклятья… они же являются душой той, кто была для тебя всем. Сильнейший из людей, твоя воля была колоссальна, но даже ты проиграл. Твой пример должен был стать для меня уроком смирения, что если тебе не удалось победить Бога, то и мне подавно не удастся этого сделать. Однако я куда лучше и твоей судьбы не повторю.
Лишь мой голос звучал в зловещей тишине, после чего медленно Король Демонов начал подниматься. Он продолжал смотреть на меня, а его аура начала меняться. Горделивый и идеальный Рыцарь, тот кто в одиночку сумел пройти через весь варп, одолеть всех своих врагов, пройти испытаний Тёмных Богов, а затем добраться до самого Дворца Наслаждений… он шёл за душой своей любимой Иссы.
Медленно последние светлые частички его души спадали прямо на моих глазах. Прогнившие и ослабленные за столько тысячелетий разложений, он всё это время гнил изнутри. Сила самого Принца Наслаждений была главной его мощью. Именно из-за неё он менялся, убивая в себе всё то лучшее, что раньше было. Не было больше славного Рыцаря, никаких добродетелей и высоких целей… был лишь человек, что пал настолько низко, насколько никто уже пасть не сможет.
Взмахнув рукой он достал последний кусок дара Слаанеш, после чего швырнул в меня. Осколок растворился, показав мне в моменте весь его путь. От рождения и до сегодняшнего дня. Как велики были его деяния и каков был его потенциал. Весь мир обратился против него, но стоял и выстоял бы куда дольше, если бы не единственная его слабость.
— Исса была для меня всем. И ты действительно лучше, раз защитил себя от любви, не давая ей расцвести. Очень умное решение в мире вечной войны… — прошептал Король Демонов, превращаясь в невероятно уродливого монстра, описать внешности было невозможно.
Словно истинный всеобъемлющий грех… он взобрался выше всех и затем упал также ниже всех. Однако был один очень важный момент, что узрел я в прошлом. В его собственном прошлом, в том, в котором исчезла навсегда из мира его любимая Исса и появились три проклятья, которых он сам прозвал: Лисса, Нисса и Мисса, в честь той единственной.
— Но правда в том, что я победил, — произнёс Король Демонов, спускаясь с первой ступени и позволяя своей истинной натуре явиться обжигающим светом в этот мир. — Когда предо мной предстал Принц Наслаждений… его лик не смог меня совратить. И я покинул Дворец Наслаждений с Иссой.
И вот уже я не мог оторвать взгляда от Короля Демонов. Я хотел отвернуться, но просто не мог, медленно падая на колено. Его сила была воистину огромной, он не врал, но хуже всего было от того, что я переживал то, что случилось после с ним. Ведь посмев победить саму Слаанеш он тем самым нанёс той оскорбление, что нельзя было никак измерить. Так сильно никого ещё не ненавидел Принц Наслаждений, который разумеется отомстил.
Ведь хоть сам Рыцарь был неуязвим для тех чар, но без труда пала сама Исса, что более не испытывала любви ни к кому, кроме самого Принца Наслаждений. Каждый последующий день был вечностью проведённой в аду. Смотреть на неё, слышать от её слова, которые ранили сильнее любых мечей, рассказы как было прекрасно во владениях Слаанеш… Он не бросал попыток всё изменить, но с каждым разом опускался на всё большее дно.
Чудовищные эксперименты, опасные обряды, он пытался исцелить свою любимую, снять это проклятье. Но Слаанеш знала что делала… Прошли века, на протяжении которых он исполнял любые прихоти Иссы, меняя самого себя. Одним за другим совершались грехи, медленно Рыцарь сходил с ума. Слаанеш не могла его победить, зато он вполне мог осквернить себя сам, ещё и доволен был, когда видел вместо гримасы ненависти на лице Иссы, её язвительный оскал, что появлялся в момент совершения греха.
В какой-то момент до Рыцаря начало доходить, что в этом и был план Слаанеш. Тогда он пошёл с другой стороны, начал пытаться изменить душу самой Иссы. Вырезая отравленные участки, он думал что сможет спасти хоть что-то, ведь были и чистые участки души. Что же… это тоже был план Слаанеш, ведь когда Рыцарь под крики и агонию собственной любимой вырезал последний отравленный кусок…
Он обнаружил, что проклятья Слаанеш больше действительно не было. Но осталось от его любимой лишь боль, отчаяние и страх. Тогда Слаанеш явилась к нему сама, для второй и последней встречи. От ослепительной чистой брони ничего не осталась, Рыцарь пал быстрее самого гнусного и малодушного раба. А взамен Слаанеш даже наградила его, предав облику боли, отчаяния и страха облики его любимой, наделив их самосознанием и силой.
И хоть много времени прошло, как и всё Король Демонов понимал, ведь был способен смотреть на себя со стороны, но… ничего не мог поделать. А вся его любовь теперь была привязано к этим трём проклятьям. Вернее уже двум, ведь одно из них было подло убитого на его глазах из-за его же промедления. Чувство вины разрушило остатки последнего света в его душе, а затем это же чувство стало причиной гнева и боли, которую он теперь желал выместить на всём мире, предварительно начав с меня.
— Я показал тебе то дно, где был сам. Но смотреть со стороны это совсем не то, что там оказаться… Я заставлю тебя это понять, — прошептал Король Демонов, чей образ стал почти столь же ужасен, как и сама Слаанеш, на которую он сам пожелал быть похожим.
Исказилась его тело, в мгновение Мисса стала его бронёй, что сплавилась с кожей в чёрном пламени. Дым ударил из щелей его доспеха и пока он спускался завеса накрыла всех, мешая трезво мыслить. Растворилась и Нисса, став уже не ожерельем с подвешенной книгой, а шипастым ошейником, что не давал ему дышать. Оружия у него не было, мечом Лиссе уже не суждено было стать.
Но и без этого Король Демонов сам по себе был оружием, в то время как все эти проклятья были лишь дополнением. Он шёл прямо ко мне, я и пошевелиться не мог, просто парализованным стоял на колене, также как трижды стоял во время принятия трёх других даров.
— Надо его остановить! — воскликнул Алор, чем привлёк к себе внимание.
Один только взгляд и все союзники Алора растворились, не выдержав влияния ауры. Сам же Алор помчался в атаку один, после чего Король Демонов лишь отмахнулся, превратив в щепки и щит, и броню, и меч, и самого Алора в такое же облако. Добивать его он не стал, продолжая двигаться ко мне, ведь быстрой смерти никто теперь не заслужит.
Попытался сказать ещё одно Слово Джон, но даже не смог ветра поднять, просто упав, начав захлёбываться в собственной крови. Его предел был достигнут. Пламя Торквемады не оставило и следа на чёрной броне, что была выкована в самом чистилище. Фрэнсис в героя играть не собирался и просто наблюдал с крайне почтительного расстояния.
Закеиль на чёрный крыльях спикировал на Короля Демонов без шума, словно напавший из тени лев. Но колыхнулись ветра эмпериев, и легко опережая удар клинка, Король Демонов развернулся, перехватывая левой рукой рукоять меча и правой снося голову Закеилю. Сразу же после этого тот совершил ещё и рывок, пронзая мечом Закеиля грудь и Сиберуса.
Ещё два облака осталось позади, не в силах не уйти обратно в домен, ни уж тем более вновь принять физический облик для реванша. Теперь только от двух зависела моя судьба. И к не счастью Король Демонов читал эту битву настолько легко, что любой назвал бы его провидцем. Хотя это было недалеко от правды, ведь о том, что случится дальше, он уже предупреждал меня.
— Сейчас! — скомандовал Аркаций, передавая всю свою силу Птичке, что рванула наперерез атаке Короля Демонов.
Ещё в воздухе она стала превращаться в комету, напитываясь силой от Аркация, что начал таять прямо на глазах. В ужасе он осознал, что этого всего мало, начал отдавать ещё больше и ещё, не жалея себя и в конечном итоге не оставил сил себе, чтобы даже поддерживать облик, став ещё одним облаком.
А Король Демонов только и ждал последнего хода, продолжая лететь ко мне в рывке. Пальцы его превратились в когти, что должны были вырвать моё сердце, но вместо этого пронзили Птичку, создав чудовищный взрыв, которых разнёс весь его дворец, окрасив пурпурные небеса голубизной чистейшего неба Терры.
— Ты забрал у меня часть её души… взамен я заберу у тебя Надежду, — разрывая изнутри своими когтями душу Птички, говорил Король Демонов. — Скажешь мне спасибо, что избавил тебя от того, что тебя сковывает и тянет на дно? Ведь этим ты оправдал убийство Лиссы? Но не переживай, это лишь начало, ведь я всегда плачу за долги многократно.
И взмахом руки Король Демонов стряхнул остатки Птички, поглотив половину и предав надежде уродливый вид, а остатки развеял, поступив равно также, как до этого поступил я.